Шанс на счастье - Настасья Карпинская

– Спасибо, – произношу, шмыгая носом.

– Держи, – она протягивает мне стакан с водой. – Этот человек теперь в чёрном списке. Артём сейчас разбирается с охранной. Устала? – я лишь качаю головой. – Давай завтра выходной возьмешь?

– Нет.

– У тебя что-то случилось, да? – тоже лишь киваю, делая глоток воды. – Ладно, не буду лезть в душу, но ты можешь поделиться со мной, когда захочешь. Я постараюсь помочь.

– Спасибо, – отвечаю, смотря в стакан. Чем она мне может помочь? Ничем.

– Давай мы подвезем тебя до дома.

– Не надо, Кира Алексеевна. Я сама доберусь. Итак, вам блузку испачкала своими слезами. Спасибо за всё.

– Не за что, я ничего не сделала. А блузка – это ерунда. У меня где-то капли были успокоительные, – она поднимается с дивана и, вытащив из шкафа лекарство, добавляет его в мою воду. – Выпей, станет легче. Завтра приходи к восьми, выспись хорошо. И если надумаешь взять выходной, сообщи.

Ещё раз благодарю Киру. Выйдя из её кабинета, быстро переодеваюсь и, натянув капюшон, выхожу из клуба. Морозный воздух пощипывает лицо, а ветер пробирает до костей, но мне сегодня всё равно. Наоборот, хочется замерзнуть посильней, чтобы холод вытравил из души всё остальное. Я не спеша иду в сторону остановки, не сразу обратив внимание, что какая-то машина потихоньку следует за мной. И только, когда раздается сигнал я, вздрагивая, резко оборачиваюсь. Стекло медленно опускается, и я вижу Демида.

– Садись.

***

– Испугал?

– Немного, – отвечает, закрывая дверь.

– Что это? – я повернул её лицо к себе, рассматривая ссадину на лице.

– Неудачный приват, – она аккуратно отводит мою руку, прикоснувшись своими холодными пальцами к моей ладони, и отворачивается.

– В «Эре», что ли? – я сжимаю её ладонь в своей, согревая замерзшие пальцы.

– Да.

– Куда смотрела охрана? – отчего-то хочется вернуться к клубу и отчитать оболтусов Артёма.

– Они вбежали, как услышали мои крики. Я не успела нажать на кнопку.

– Твою ж мать.

– Артём с Кирой разобрались уже со всем. Теперь этот человек в чёрном списке клуба.

– И часто такое случается?

– У меня впервые. Ленку год назад до синяков схватили за руку. Больше и не припомню.

– У тебя дома хоть перекись есть?

– Есть, не волнуйся. Заживёт, как на собаке, – она попыталась убрать руку из моей ладони, но я не отпустил.

– Ты замерзла совсем.

– Ветер холодный, сейчас согреюсь, – тихо проговорила Вика.

– Завтра выходной?

– Нет.

– Ты с таким лицом работать собралась?

– Наложу грим, надену красивую маску и всё. Не ногу же сломала.

– Возьми выходной, у тебя круги тёмные под глазами, – она усмехнулась.

– Нет. Если я возьму выходной, то в конце недели мне придется выйти на «другую работу», а я вот не горю желанием. Лучше на пилоне жопой покручу.

– Много не хватает?

– Неважно, справлюсь, – она замолчала. Мы уже подъезжали к её дому, когда она снова заговорила. – Останови тут, мне в магазин зайти надо, Басе корм купить.

– Басе?

– Кошке. Она в подвале живёт, я её подкармливаю. Иногда бабушка одна из соседнего дома что-то ей приносит. Сейчас холодно уже, чтобы выжить ей кушать надо хорошо.

– У меня тут куриные крылышки остались полкоробки. Она ест такое? – покупал перекусить в дороге, но было некогда. Так и остались лежать на заднем сиденье.

– Она всё ест, даже хлеб, – я остановил машину у дома Вики. Она вышла и пошла ко входу в подвал.

– Бася, Бася, Басечка, – кошка выглянула из своего укрытия, услышав знакомый голос. Вика подняла валявшуюся рядом картонку и выложила на неё крылышки. Кошка с аппетитом набросилась на лакомство. Я присел, рассматривая это облезлое, голодное чудо. Дворовая кошка черепахового окраса с половиной правого уха уплетала свой ужин, не отвлекаясь и не обращая на нас никакого внимания. Я протянул руку, чтобы погладить её, но Вика тут же остановила меня, схватив за локоть.

– Не надо, Демид. Никогда не гладь бездомных животных, если не хочешь забрать это животное домой. Ты погладишь её, а она будет идти за тобой, надеяться, что ты возьмешь её с собой. А ты ведь не возьмешь. Не давай ей пустую надежду. Хочешь чем-то помочь, положи поесть и уходи, – почему-то в этот момент мне показалось, что Вика имеет в виду не только эту облезлую кошку…

– Тогда пошли, провожу тебя.

– Не надо, езжай.

– Я один раз почти уехал, и к твоему горлу приставили нож. Так что не спорь.