Осколки - Александра Эльданова

— Я, кстати, ни разу не видел, как ты играешь, — говорит Сергей, убирая телефон и кивая на лежащую на диване гитару.

— Мне будет неловко при вас, — отнекиваюсь я, — у меня это для больше хобби.

— Я не стану выискивать косяки, обещаю.

Я перебираю в голове все свои песни, стараясь выбрать что-то нейтральное, незатейливое, потому что я все равно собьюсь при нем, запутаюсь в аккордах. А Сергей воспринимает мое замешательство по-своему.

— Саша, пожалуйста, — он касается моего запястья кончиками пальцев, легко, мимолетно, но кожа вспыхивает, словно от ожога. Черт побери этого Топольского! Нет, не стану я выбирать ничего легкого, может быть, так будет даже лучше.

Беру гитару, сажусь на диван, а Сергей устраивается в кресле напротив.

Трогаю струны, вдох:

Я играю, пытаясь не смотреть на Топольского. Черт бы его побрал с его теплым внимательным взглядом и легкой полуулыбкой от которой сердце замирает.

Это правда личное, поэтому я и не отдаю ее группе, изредка играя на квартирниках и дружеских посиделках. Личное, сырое, написанное совсем недавно. И зря я ее выбрала, потому что Сергей явно что-то понял — посерьёзнел, задумался.

Последний аккорд и неловкое молчание.

— Это очень красиво, — нарушает молчание Топольский, — правда. Трогательно, красиво, нежно, грустно. Это нужно играть, Саша, такие песни должны вызывать эмоции, а не лежать мертвым грузом в ящике.

Я неловко пожимая плечами, вдруг засмущавшись:

— Преувеличиваете…

— Чистая правда, — Сергей поднимается, — можно? — кивает он на гитару в моих руках.

— Конечно.

— Она ведь на заказ? — Топольский присаживается рядом на диван, — Просто звук необычный, хороший инструмент.

— Да, на заказ. Мама на мой юбилей подарила, на двадцать лет, — я тут же пожалела — зря я так акцентирую на возрасте.

Сергей разглядывает гитару. Жениться он на ней собрался, что ли? Не выдержала, спросила. А кто бы удержался?

— Сергей Георгиевич, а….

— Что? — быстрый взгляд на меня и мягкая полуулыбка.

Набравшись наглости сказала:

— Сыграйте, пожалуйста?

— Хорошо, но у меня только одно условие, — Топольский был готов к моей просьбе.

— Какое?

— Ты постараешься мне не выкать, — говорит он.

Плата мне показалась приемлемой.

— Хорошо.

— Что тебе сыграть? Хотя, погоди.

Нервные пальцы привычно пробежались по грифу. Меня всегда завораживало это. Настоящий гипноз.

Мелодия… Я никогда ее не слышала раньше — грустная, но светлая, нежная, кружевная, невероятно прекрасная. Хотя, чего греха таить, мне вся его музыка нравится. Да, я точно знаю, что это именно его мелодия. Плюю на приличия, забираюсь на диван с ногами и разворачиваюсь к Сергею лицом. Откровенно любуюсь, другого слова я подобрать не могу. Это не так, как быть зрителем на концерте, сейчас он играет для меня и это больно и прекрасно одновременно.

Его краткий чуть насмешливый взгляд и вдруг понимаю, что не хочу, чтоб обрывалась музыка, не хочу возвращения Андрея. Хочу сидеть вот так, прядом с Сергеем, слушать, как сменяется мелодия за мелодией, смотреть на него, наслаждаться этим чувством защищенности и легкости…

Как завороженная смотрю на его пальцы, бегающие по грифу. Каждая нота, каждый звук отдаются во мне чем-то сладким, щемящим. Гений. Мне так никогда не научиться, это дар.

Сергей.

Я только на минуту задумался, что ей сыграть. Эта мелодия совсем сырая, сложившаяся буквально на днях, но такая похожая на девушку напротив. И мне, почему-то, было важно увидеть, поймет она это или нет.

Поняла. Я вижу, как меняется выражение лица и глаз. Саша чувствует именно то, что я вложил в эту мелодию. Ах, черт побери, как приятно играть для того, кто понимает, что ты хотел сказать, кому не нужно ничего объяснять. С кем так легко и просто. Кто смотрит на тебя так — с восхищением и теплом. Что мне нужно делать, чтоб именно эта девушка почаще на меня так смотрела?

Об этом всем я буду очень много думать.

Поток моих мыслей прерывает Андрей, появившийся в проёме двери. Очарование куда-то пропадает, волшебство было только для двоих.

— Я вам помешал? — гитарист явно прочел что-то лишнее в моем взгляде. Ревнует?

— Нет, конечно. Андрюш, что с ноутбуком? — Саша излишне суетлива и мне интересно, почему?

— Северному мосту каюк, сейчас в сервис закину, пока мне по пути, да у ребят время есть. Ближе к вечеру точно скажу, что там по деньгам выходит.

Спохватываюсь, что мне тоже пора.

Саша поднимается:

— Я провожу, а то Зета не выпустит. Она Андрея-то не всегда выпускает.

Уже выйдя за калитку, на миг замешкался. Хотелось сказать что-то теплое, напоследок. Чтоб она улыбнулась.

— Спасибо за компанию, — я протягиваю ей руку.

— Это… тебе, — не выкать мне Саше тяжело, — спасибо. Это было… Так красиво. Даже немножечко больно. Это ведь новая мелодия, да?

— Да, просто мне оказалось, что она подходит тебе и к моменту. Захочешь — повторим. Для тебя приятно играть, — ее