Город драконов. Книга седьмая - Елена Звездная

И я вновь подняла взгляд на Карио.

Его алая радужка полыхнула насмешкой, не стал герцог скрывать и усмешку, а после, протянув руку в мою сторону, попытался разжать невидимый захват.

Чудовищная боль, вырвавшая невольный глухой стон у меня, продемонстрировала нам обоим несостоятельность ржавого дракона в деле управления тем, что он считал собственной магией.

– Какого дьявола?! – воскликнул герцог, стремительно поднявшись. – Анабель, вы пытаетесь избавиться от оков заклинания?

– О, – я с трудом дышала, – вынуждена признать, что я не в состоянии противиться заклинанию, коего не знаю в принципе. Но прошу вас оставить попытки ослабить ментальный захват.

И боль вернулась к изначальной стадии, ощутимой, но вполне терпимой, а сам Карио медленно опустился на валун, напряженно взирая на меня.

Отдышавшись, я постаралась вернуть себе самообладание, как можно глубже спрятать собственный страх, и вернуться к разговору:

– Должна признать, с самого начала было весьма трудно разобраться в этом деле. Смерть профессора Стентона, крушение всех планов, переезд в Вестернадан, более напоминавший ссылку на каторгу, и смерть прекрасной девушки, для которой я не смогла сделать совершенно ничего, помимо облегчения ее предсмертных страданий.

Помолчав, я тихо добавила:

– Мне известно, что именно вы убили собственную дочь.

– У вас нет доказательств! – отрезал герцог Карио.

– И единственное, что вас волнует? – воистину, мне никогда не понять подобного.

Ответом мне было молчание, впрочем, я не стремилась обличать герцога, или же требовать каких-либо объяснений. А потому я продолжила.

– Я не судья вам. Тот же, кто стал вашим судьей, только что превосходно продемонстрировал вам, кто, во истину, является хозяином положения в данной ситуации.

Герцог вновь промолчал.

Я пропуская прохладную энергетическую воду между пальцами, вернулась к рассказу:

– Возможность получить контроль над драконами – хорошая приманка, и вы на нее купились словно ребенок, которому предложили конфету в блестящей обертке. Но вот что мне интересно – кто и когда в первый раз подкинул вам идею возвращения времен «всадников драконов»?

И я вновь посмотрела на Карио.

Мужчина был задумчив, руки он сложил на груди, лицо его выражало мрачную сосредоточенность, свидетельствующую о напряженной работе мозга.

– Моя любовница, – внезапно признался он.

И поднял взгляд на меня.

Взгляд, в котором промелькнули первые нотки чудовищного понимания.

– Вероятно, она была старше вас, а так же принадлежала к магам старой школы? – предположила, уже практически точно зная ответ.

Не став ничего отрицать, Карио сдержанно спросил:

– Как вы догадались?

– О, это было несложно, – тут я позволила себе еще раз улыбнуться, – с самого начала в этом деле были замешаны женщины. Вы никогда не задумывались о том, почему сделали ставку на дочерей, избегнув фанатичного желания каждого мужчины из высшего общества обзавестись наследником мужского пола?

Помедлив с ответом, герцог тихо спросил:

– Мисс Ваерти, вам известно такое понятие, как тринадцатая луна?

Вероятно, он ожидал, что я нахожусь в полном неведении, однако:

– Да. Но мне так же известно, что оборотни, несмотря на это чудовищное явление, все же в основном уделяют внимание воспитанию сыновей. Вы же, поступали и поступаете совершенно иначе.

– Женщин всегда… недооценивали, – медленно произнес герцог Карио. – Однако и я не избегнул этой ошибки, и в свое время недооценил вас. Забавно, вы не находите? Долгие годы подготовки, тщательно спланированные шаги, результат, до которого казалось бы рукой подать и вдруг, внезапно и совершено неожиданно одна не в меру упрямая девица едва не загубила все мои замыслы.

Позволив себе несколько саркастичную улыбку, я лишь поинтересовалась:

– Герцог Карио, известно ли вам, что связывало вас, ваших дочерей, профессора Стентона, дракониц Вестернадана и сознательных граждан-людей проживающих на территории Железной горы?

Ответом мне было молчание.

Что ж, я любезно просветила герцога по данному вопросу:

– Похищение и вывоз детей с драконьей кровью с территории Вестернадана.

Что ж, и на сей раз герцог предпочел промолчать. Мне же не составило труда продолжить:

– Много лет назад, основав поселение драконов, отцы-основатели Вестернадана принесли себя в жертву с единственной целью – скрыть информацию, угрожающую всем представителям ранее крылатого народа. Массовое самоубийство – несколько несвойственная драконам инициатива, вы не находите?

Карио промолчал, с мрачной напряженностью слушая меня.

– Отцы-основатели оставили заповеди для своих потомков. Четкие и конкретные правила, соблюдая которые, драконы остались бы целостным и сильным народом. Полагаю, вам известно о них, не так ли?

Герцог задумчиво процитировал:

– Окружай жилье свое железом, оно укажет опасность. Берегись серебра, оно туманит взгляд. Никогда не связывайся с императорской семьей. Уничтожай ржавое семя. Все верно?

– Да, – согласилась я. – Но не смущает ли вас количество заповедей?

Несколько недоуменный взгляд Карио, и я пояснила:

– Заповедей – четыре. Четверка – символ смерти для любого дракона. А значит, имелась и пятая заповедь. Это было бы логично, вы не находите?

Несколько призадумавшись, герцог был вынужден признать:

– Ваши рассуждения не лишены смысла.

А затем, поднявшись, он подошел ближе, и, сложив руки на груди, насмешливо поинтересовался:

– Знаете, почему вы до сих пор живы?

О, я могла бы ответить, что этому способствовала длинная цепочка событий, множественные совершенно неожиданные решения, и неимоверная доля везения, отрицать которую было бы бессмысленно. Но в данный момент все это не имело ни малейшего смысла – любые обсуждения моей персоны свели бы на нет мои попытки как протянуть время, так и вывести герцога Карио в куда более эмоциональное состояние. А мне требовались его эмоции прежде, чем я начну действовать.

– Пятая заповедь, – упорно вернула я его к ранее поднятой теме, – несомненно, имелась. И я уверена почти на сто процентов, что она звучала примерно так – «Сохраняй детей».

– Тогда уж скорее «Береги свое семя», – усмехнулся Карио. – Без ложной скромности замечу, что этой заповеди я следовал всегда.

– О, вы истинный благодетель, особенно для своих дочерей, чью жизнь превратили в ад, – не сдержалась я.

– Ирония – низшая форма юмора, – герцог присел рядом со мной, вглядываясь в мои глаза. – Мисс Ваерти, позволю себе повторить ранее заданный вопрос: Знаете, почему вы до сих пор живы? Причина лишь одна – вы дьявольски обаятельны, милая маленькая мисс, и мне доставит неимоверное удовольствие обладание вами.

Подняв взгляд, я пристально воззрилась на его светлость. Он находился в столь непосредственной близости от