Новая жена - Мия Фальк

— Ошибаетесь, — мой голос звучит тише, чем хотелось бы. — Вот новый брачный контракт.

Аня встает между мной и юристом.

— Это подделка!

Лютов отодвигает ее с дороги, забирает у меня контракт и всматривается в строчки. Потом отдает бумагу юристу.

— Это именно то, что Даниил Владимирович просил передать Алине Дмитриевне?

Тот кашляет, берет очки и проглядывает документ. Потом юрист долго смотрит на Аню и наконец говорит:

— Да.

— Тогда, пожалуйста, сохраните, — Лютов оборачивается ко мне, — а ты молодец, мышка. Не ожидал.

— Он. Был. Пьян, — выдыхает Аня по слогам.

И тут я понимаю, что меня захлестывает ярость.

— Нет! Я говорила с ним перед операцией!

Глаза бывшей жены Даниила блестят холодно.

— Результаты экспертизы свидетельствуют о другом. Четыре вида разных наркотиков. Он был не в себе и когда принял решение жениться на тебе, и когда управлял автомобилем, и когда переписал брачный контракт. До чего он с тобой дошел… — Аня качает головой.

«Прекрасная актриса», — мелькает в голове. Аня говорит с таким чувством, словно она действительно несчастная вдова. Не знай я как дела обстояли на самом деле, я бы быть может поверила.

— Его ждет освидетельствование, — продолжает бывшая жена Даниила. — По-хорошему, надо бы и тебя тоже, но…

Она разглядывает меня с головы до ног.

— Может, просто уберешься по-хорошему? И я забуду о том, что ты вообще была. Даниилу надо лечиться, а не продолжать чудить. Дело за малым: расторгнуть ваш брак.

Я понимаю, что ничего не могу ответить. Анна выглядит слишком уверенной, так что я даже начинаю верить в ее правоту.

Но тут между нами снова возникает Лютов. Он легонько отталкивает Аню, так что она вынуждена отступить на шаг назад.

— Где он? — глаза Дениса блестят по-волчьи. — Куда ты его упекла?

Аня приподнимает руку так, словно бы защититься и тут вперед делает шаг симпатичный парень нерусской внешности.

— Руки при себе держи! — говорит он.

— Руслан, — скалится Лютов. — Ты, блин, пожалеешь больше всех, как только я все разрулю.

Я удивленно рассматриваю любовника Ани. Больше всего он напоминает мне мажора, завсегдатая клубов. Модная прическа, легкая щетина, вещи как у какого-нибудь рэпера. Я б на такого парня не клюнула. Каким-то он выглядит легкомысленным.

Руслан хватает Аню под локоток.

— Пошли. Чего говорить с этими уродами? Завтра будет экспертиза и все решим.

Аня передергивает плечами и смотрит на спутника. Потом она поправляет сумочку на плече.

— Идем, — говорит она ему, а потом оборачивается к нам. — Лютов. Только попробуй совать свой вездесущий нос не в свое дело. Думаешь один ты тут с важными людьми знаком?

После этого они удаляются и мне кажется, что мы окончательно проиграли. Оба.

Лютов не дает мне додумать эту мысль. Он хватает меня за руку и тащит прочь. Вначале я совсем ничего не понимаю и прихожу в себя только когда мы оказываемся на улице. Денис кому-то звонит.

— Куда мы? — спрашиваю я, когда он кладет трубку. — Домой?

Лютов скалится, пряча телефон в карман брюк.

— Бросить его собралась что ли?

Нет конечно! Я смотрю вперед. Но что мы можем противопоставить Ане?

— Как мне ему помочь?

Даниил в психиатрической клинике и нас туда не пустят, потому что у Ани есть влиятельные друзья. По крайней мере, я не смогу увидеться с мужем до тех пор, пока его бывшая жена не докажет, что он наркоман и был не в себе.

Рядом со мной и Лютовым останавливается все та же машина.

— Я только что звонил другу, который работает в ментовке. Он выяснил адрес клиники.

Денис распахивает передо мной дверь, и я забираюсь в салон автомобиля.

— Мы будем там первыми, до психиатров и Ани, — Лютов пролезает следом.

— А важные люди, о которых она упоминала? — шепчу я в пространство.

— Эффект неожиданности, — Лютов хлопает дверью. — Ты же не думала, что все на свете решается только в честной борьбе?

Денис снова разваливается на сидении.

— Когда против тебя играют не по правилам, Алин, — он смотрит мне в глаза, — не грех и самому подставить противника.

Глава 11

Тем временем темнеет. Машина выезжает за город и погружается в снежную пургу. Я крепче кутаюсь в пальто и украдкой смотрю на спутника.

— Кто вы такой? — наконец у меня рождается тот вопрос, который, наверное, стоило бы задать первым.

Я уже поняла, что Лютов — друг Даниила, что ему можно доверять, но что такое Аня говорила про знакомства в Кремле и паршивого эмигранта?

В конце концов, с кем я решила сорваться спасать мужа? И что я собираюсь делать с Даниилом потом? Развестись?

Крепче сжимаю в руках сумочку. Это разумная идея. Меня пугает история, в которую муж меня втянул. Но позволить кому-то уничтожить человека это… Мне вспоминается как бабушка в моем детстве топила на даче котят. Я чувствовала боль и беспомощность. Я просто не могу так поступить.

Тем временем я ловлю на себе взгляд Лютова. Денис явно борется со сном.

— Я работал когда-то на правительство, — зевая, говорит он. — Так мы с Даней и познакомились. Вращались, так сказать, в одних кругах. Он мне сразу понравился. Парень честный и веселый. Увлечения у нас похожи. Он тебе про самолеты говорил?

— Нет.

— Любительская авиация. Ну а я парашютный спорт люблю. Он постоянно на аэродроме терся. Меня как-то раз взял и с тех пор мы не разлей вода, — лицо Лютова темнеет. — Были.

— Аня сказала, вы эмигрант, — прерываю я.

Лютов кивает.

— Да. Пытался здесь открыть свое дело. Не срослось, — Денис рассматривает костяшки пальцев на правой руке, — слишком много бюрократии, личных интересов. Всем было насрать на мои идеи. Я прикинул, что мне дороже: тусовки с крутыми чиновниками или мечта. Я уехал. Но, веришь, не было ни дня чтобы я о родине не вспоминал.

Лютов горько усмехается.

— Там все… как тебе сказать. Правильно. Но все равно не так. И дети мои растут… англичанами. Черт, мне это не по нутру!

— И… как ваше дело? — я говорю это только для того чтобы чем-то занять свои мысли.

Лютов откидывает голову на спинку сидения.

— Пошло. И очень хорошо. Мы кое-что делаем для Гугл. Дата саенс. Новое направление. Я вот почему в Штатах был. Даня сорвал мне сделку. И знаешь… — Лютов с силой растирает лицо руками. — Я рад. Какое-то было чувство дурацкое, что вот подпиши я этот контракт, дороги назад не будет.

Он смеется.

— Впрочем, так и было