Беременна от его отца - Дина Исаева

Яна

Первое, что я почувствовала, когда сознание ко мне вернулось, это нестерпимо острая боль в висках. Что произошло? Почему мне так плохо? Попытки подняться или принять вертикальное положение не принесли успеха. Я лежала на чем-то очень жестком, напоминающим обычную деревяшку. Ныла каждая кость. Даже пошевелиться не было сил. Какое-то время я продолжала лежать с закрытыми глазами, вспоминая, что произошло, и одновременно прислушивалась к железному лязганью, болезненно бьющему по нервным окончаниям. С каждой секундой воспоминаний я все глубже погружалась в панику. Мой выход из дома. Нападение. На меня напали среди бела дня. Почему? Кто? Почему это произошло именно со мной? Хотелось закричать от страха, но я понимала, что сейчас мне это не поможет. Может только наоборот, навредить.

– Кажется, она пришла в себя, – раздался рядом грубоватый мужской голос. – Позвать босса?

– Да, Петр, скажи ему. Глеб просил сразу, как она очнётся, сообщить.

Меня больно обхватывают за плечи и резко поднимают, заставляя принять сидячее положение. Открыть глаза получилось с трудом – веки были нестерпимо тяжелы. Мужская рука грубо схватила меня за подбородок.

– Очнулась? Не стоит играть с нами в спящую красавицу.

– Кто вы? Почему я здесь? – пролепетала я.

Мужчина отпустил меня и отступил на шаг. У него были резкие черты лица и очень жёсткий взгляд, от которого по позвоночнику прокатился ледяной озноб.

– Скоро узнаешь ответы на свои вопросы, девочка. Возможно, даже на те, которые тебе не понравятся. Но не от меня.

Я попыталась осмотреть помещение, в котором оказалась. Голые, обшарпанные стены, старая мебель, но больше всего меня испугал длинный железный крюк, торчащий из потолка. К крюку была привязана толстая верёвка. У меня закружилась голова. Мой ребенок! Я должна заботиться о нем, а вместо этого попала сюда.

От мысли о крошечной жизни внутри, меня стали душить слезы. Врач ведь сказала, что нам нужно беречься. Кто же эти ужасные люди, что им надо?

Ответ напрашивался сам собой. Это как-то связано с Сашей. То грубое предупреждение в подъезде дома, слова, которые было велено передать ему, явно не совпадение. Боже мой, во что же он меня втянул? Точнее, нас обоих! Почему я не рассказала об этом Кириллу, когда он позвонил? Сейчас я ненавидела себя за эту слабость. Огромная ошибка! Возможно, этим я подписала себе смертный приговор.

Нет, нельзя так думать! Нельзя допускать даже мысли о том, что может случиться что-то настолько ужасное. Саша обязательно разберётся, он спасёт меня!

Пока я была занята своими мыслями, похитители неожиданно вышли из помещения, громко хлопнув тяжелой железной дверью. Кажется, в стене была какая-то щель, потому что я могла слышать их приглушенные голоса. Бандиты о чем-то спорили. Я вдруг они выбирали способ пыток? Эта мысль заставила меня еще сильнее сжаться. Как же страшно. До животного ужаса. Что я могу сделать, чтобы они пощадили меня? Закричать? Умолять? Прикинуться безумной? Ведь психов боятся все… даже те, кто ничего не страшится.

Через некоторое время в помещение вошел мужчина в костюме. Он разительно отличался от тех двоих, что были здесь ранее. Выглядел совсем не бандитом, наоборот, скорее был похож на холеного адвоката. На вид приблизительно ровесник Кирилла – легкая седина на висках, модная стрижка. Лицо можно было бы назвать симпатичным, если бы не нос слегка крючковатой формы, придающий ему хищный вид. А еще в глазах – чернота и лютый холод. У меня получилось только секунду выдерживать взгляд этого человека, почти сразу опустила глаза.

– Ну, здравствуй, птичка, – мужчина прищурился, что сделало его еще больше похожим на хищника. – Проснулась? Долго ты отдыхала. А наши дела не терпят отлагательств. Тебе лучше как можно быстрее и подробнее ответить на мои вопросы. Сделать, что велю. Ты же хочешь вернуться домой, девочка?

Я кивнула, судорожно сглатывая. Во рту пересохло, а сердце колотилось где-то в горле.

– Сейчас позвонишь своему пареньку и очень жалостливо попросишь его вернуть то, что должен. Скажешь, что мы пообещали отрезать тебе пальцы, если он этого не сделает.

Меня охватил ужас, зубы стали стучать. Он шутит? Мы разве в кино? Как можно отрезать живому человеку пальцы?

– Держи трубку, птичка, – мужчина впихнул мне в руку кнопочный мобильный. – Ты как раз плачешь. Будет очень убедительно.