Мой упрямый принц - Ольга Дмитриевна Силаева

Что-то странное мелькнуло у Лера в глазах.

– Ну-ну. Посмотрим, что скажут королевские целители, если узнают, что простая девчонка где-то собрала свежую телассу, да ещё и искусна в обращении с ней. Вряд ли тебя отпустят так просто.

– Так всё-таки искусна или полная бестолочь? – уточнила я. – Ты уж определись.

Лер окинул взглядом мои пальцы, куда менее нежные, чем мне бы хотелось.

– Не знаю, – наконец сказал он. – Но делиться твоим секретом с кем попало я бы не стал.

Дядя не зря запрещал мне говорить о королевской траве: он не очень-то любил королевский двор и принца Сизмунда в частности. Хоть дядя наверняка понимал, что целительские умения повысят мою ценность как невесты, он не желал, чтобы я оказалась чьей-то пленницей или племенной кобылой. Он хотел, чтобы я осталась в Монтере. И я, признаться, разделяла его мнение целиком и полностью.

– Дядя тоже не хотел, чтобы я упоминала о телассе при ком-то, – коротко сказала я.

– Но ты приготовила мне телассу всё равно, – проронил Лер. – Я был бы даже благодарен, не полезь ты туда, куда не следует.

– Да уж я поняла, что благодарности от тебя не дождёшься, – фыркнула я.

– Я же сказал, что заплачу.

Я лишь пожала плечами, собираясь сказать, что мне не нужны его деньги, но лицо Лера вдруг приобрело отрешённое выражение. Казалось, он уже забыл про то, как я копалась в его вещах.

– Я упал с лошади, когда был ребёнком, – произнёс он, глядя в никуда. – Отбил себе всё, что только можно. Помню, как братец запихнул меня в седло, и я уже тогда понимал, что хорошо это не кончится, но я был таким… маленьким. Беспомощным. И эта беспомощность сводила меня с ума. Знаешь, когда ты понимаешь, что тебя вот-вот обманут или унизят, но у тебя просто нет выбора?

– Немножко, – осторожно сказала я.

– Лекарь говорил, что я не встану с постели ещё два месяца, но отец отобрал у него последние листья телассы и заварил мне настой. Я был абсолютно уверен, что это не поможет: уж отец-то точно не был одним из древних королей. – Лер усмехнулся с понятной лишь ему самому иронией. – Но теласса помогла. Я поднялся на ноги уже через неделю.

Лер бросил взгляд на травы, разложенные по столу. Помолчал.

– Есть умения, в которые не очень-то веришь, – наконец сказал он хрипловатым голосом. – Может быть, тебе просто повезло, а может, ты станешь куда лучшей целительницей, чем твой дядя. А может быть… – он запнулся, – дело во мне. Но такие таланты часто приносят больше горя, чем счастья.

– Почему? – тихо спросила я.

Вместо ответа Лер закрыл глаза. И долго лежал молча.

Но когда я уже отчаялась услышать ответ, решив, что он заснул окончательно, его губы дрогнули.

– Потому что рано или поздно ты оказываешься на спине коня, скачущего в неизвестность, с украденным кошельком, погоней за спиной и совершенно без союзников. И далеко не всегда тебе на пути встречаются дочки дровосека с целительскими умениями, способные без страха взглянуть в глаза королевским посланцам. Кстати, ты очень мило и стеснительно переодевалась. Настолько быстро, что я даже не успел разглядеть твои бабушкины панталоны.

Я вскочила с табурета.

– Ах ты!.. Ты всё-таки не спал! И вообще, на свои панталоны посмотри! Точнее, на их отсутствие!

– А я думал, что мне снится хороший сон, – парировал Лер сонно. – В розовую клеточку. И не догадывался, что это явь, пока не увидел тебя в этом платье.

– Зар-р-раза, – мрачно произнесла я. – Я ведь отомщу. Вот только встань на ноги!

Но Лер, торжествующе улыбнувшись напоследок, уже спал.

Глава 4

Поздно ночью, когда избушка была погружена в дремоту, я набросила на себя кожух и забралась с ногами в кресло-качалку.

Почему-то сейчас мне было особенно одиноко, хотя мой раненый гость спал в двух шагах от меня. Может быть, потому, что я знала: он уедет, а я останусь здесь. При королевском дворе мы с сестрой будем окружены молодыми людьми и фрейлинами вдовствующей королевы, но я сомневалась, что нас там ждут друзья. Пусть даже Сюзи будет чувствовать себя в своей тарелке, но насколько ей, юной, наивной и свежей, будет там безопасно? Если нам обеим стоит беречь нашу репутацию… сбережём ли мы её?

Мне захотелось отвлечься от грустных мыслей. Я бросила украдкой взгляд на Лера, убедившись, что он спокойно спит. И тихонько приоткрыла полированный ящичек, неприметно стоящий под креслом.

Вместе с платьем сюда перекочевала и пара других детских сокровищ. И среди них была потрёпанная книга с картинками. Я провела рукой по переплёту и распахнула книгу посередине.

«Королю известны все мысли и тайные помыслы своих подданных. Поэтому ни одна королевская невеста не сможет обмануть его сердце. А если и попробует…»

Я уставилась в огонь. Дар королей был настоящим. Короли действительно могли ощущать помыслы подданных, знали и чувствовали, когда им врут. Именно поэтому династия не прервалась и ни один заговор так и не увенчался успехом. Дед принца Сизмунда, его величество Рейнар, вообще вселял ужас. Его сын, отец нынешнего принца Сизмунда, оказался куда мягче. Но его любили – и за сниженные подати, и за урожайные годы, и за красивое лицо, вычеканенное на монетах. Неужели Сизмунду дар и впрямь не передался? И теперь короли станут обычными людьми, которых сможет обмануть любой?

А ведь я почти королевская невеста. И принц может выбрать и меня.

– Каково бы это было – быть королевой? – прошептала я.

– Уже собралась занять престол? – раздался сонный голос Лера.

Я быстро захлопнула книгу, пойманная на горячем.

– Просто задумалась.

– Ну-ну. – Лер зевнул. – Разбуди, когда будешь разбирать трон на дрова.

В полумраке он казался почти здоровым. Королевская трава вперемешку с моими мазями подействовали так хорошо, что днём Лер впервые попробовал встать. И даже самостоятельно дошёл до угла с ночным горшком, целомудренно прикрытым ширмой. Ещё чуть-чуть…

…И мне нужно будет возвращаться домой. Я вздохнула.

– Почему ты изображаешь высокомерного аристократа? – спросила я. – Если бы ты был переодетым герцогом, явно было бы лучше затаиться и не показывать, кто