Благословение Луны - Лилия Бланш

Даже не протестовала, когда он расстегнул мой тренировочный комбинезон, когда горячие ладони стянули мокрую ткань с плечей. Мои пальцы тоже что-то расстёгивали и стягивали, а потом он внезапно остановился.

- Подожди, ты уверена, что…

Рэм замолчал. В зелёных глазах росло непонимание. Схватил кончики моих волос и больно дёрнул, поднеся к моему лицу сияющую позолотой прядь.

- Что это, демон тебя раздери, такое?!

* * *

- Ты, что…

- Я – полукровка, - перебила я, спеша разъяснить ситуацию.

- Ты полукровка?

Рэм вскочил и принялся метаться по берегу:

- Ты знала, что ты полукровка? Конечно же знала, идиот! - ответил он на свой же вопрос. – Ты должна была носить линзы, чтобы скрыть сияние глаз, ты красила волосы, чтобы спрятать оттенок, но… как ты замедлила свои реакции? Ведь в Академии проверяли кровь, да и гаруниты повсюду… Как ты сумела скрываться целый год? Или дольше?!

Он замер напротив меня, гипнотизируя взглядом.

- Сначала дедушка и мама прятали меня ото всех. У нас даже слуг в замке не было со дня моего рождения, роды дед принимал… Мне всегда не хватало общения, тянуло к людям, поэтому, как только я сумела изготовить первое зелье, тут же начала исследование на тему «Как скрыть этернийскую кровь с помощью зелий». Изменить оттенок волос – это самое простое, я очень быстро придумала краску, которая не особенно меняла мой родной цвет волос, но убирала золотое свечение. Линзы мы изготовили с помощью того же состава. Замедлить реакции – тоже несложно, просто зелье, которое тормозит обмен веществ, а вместе с ним и регенерацию, и скорость, и ловкость. Самым сложным оказалось изменить запах, чтобы ни один гарунит не догадался, кто я такая, но к шестнадцати я разработала зелье на основе гормонов моей мамы – чистокровной антропийки и начала его принимать.

Рэм смотрел на меня так потрясённо, так неодобрительно, что становилось тяжело дышать.

- Теперь всё ясно. Я-то идиот, думал, что навеки связан с антропийкой, а ты… Погоди, ты знаешь про Благословение Луны?

- Знаю, но недавно. Татуировка проявилась не сразу из-за зелий, а потом я понятия не имела, что она означает. Мне мама всё объяснила только на каникулах.

- И ты молчала?! Неужели я до сих пор не заслужил твоё доверие?!

Я вскочила и непривычно быстро приблизилась к нему. Обняла, прижавшись всем телом.

- Я тебе доверяю, Рэм. Правда! – по щекам моим текли слёзы, и я сама не могла понять отчего. То ли от чувства вины, то ли от облегчения, потому что больше мне не нужно было скрываться от Рэма. Он обнял меня в ответ.

- Почему тогда не сказала?

- Я боялась твоей реакции, не хотела делать тебя соучастником преступления, просто не знала, как сказать… - я всхлипнула.

- Поэтому и потащила на озеро Ним?

- Да, я попросила у хаары озёрной воды, и поэтому она утащила на дно. Оказывается, они предлагают лгуньям пополнить их ряды. Если отказываешься – смерть.

Я вздохнула и вытерла слёзы тыльной стороной ладони, немного отстраняясь.

Рэм задумчиво пропустил прядь моих волос между пальцев и внезапно улыбнулся.

- Ты безумно красивая!

- Ха! Теперь, когда ты знаешь, что я – наполовину этернийка, я стала внезапно красивой? – съязвила я.

- Ой, замолчи, я не это хотел сказать, - привычно-насмешливым тоном сказал он, а потом вдруг серьёзно спросил. – Вот почему ты твердила, что мы не можем быть вместе… Брачный обряд этернитов сразу выявит в тебе полукровку, и твоя мать попадёт под удар. Кали, мы как-нибудь разберёмся с этим! Алехар – сенатор, он сможет уладить любую проблему. Заставит твоего отца принять тебя в род и объявить, что он не имеет претензий к матери… Ты знаешь, кто твой отец?

Я смотрела Рэму в глаза, слушала его слова и ощущала, как моё лицо искривляется от горькой ухмылки, как слёзы текут всё сильнее.

- В чём дело? – нахмурился Рэм, а потом в его глазах мелькнуло понимание и бездна отчаяния в голосе: - Только не это! Только не говори, что ОН – твой отец!

Я уткнулась лицом в комбинезон Рэма, он положил мне руку на затылок и глухо уточнил.

- Твой отец – Алехар?

Я лишь зарыдала в ответ, всё тело дрожало. Даже несмотря на то, что Рэм крепко сжимал меня и от его рук расходилось тепло, даже оно не могло унять дрожь.

- Я точно чем-то прогневал богов, - прошептал он. Больше говорить было не о чем. Мы просто молча стояли, Рэм обнимал меня одной рукой, вторая перебирала мои волосы, а я прижималась щекой к его груди, слушала биение сердца, дышала им и проваливалась в такие глубины отчаянья и безысходности, о существовании которых раньше и не подозревала.

* * *

Понятия не имею, сколько времени прошло, но солнце уже клонилось к закату, когда Илрэмиэль нарушил молчание и спросил:

- Как нам теперь возвращать тебя в Академию в таком виде?

- Я подготовилась, подозревала, что вода из озера не просто заставить говорить правду, а уничтожит всё ненастоящее в организме.

Извлекла из кармана на молнии пластиковую бутылочку с зельем, а затем наблюдала изумлённое лицо Илрэмиэля, который собственными глазами увидел процесс превращения из полукровки в чистокровную антропийку.

- Тебе, наверное, дали бы Императорскую премию дали за это изобретение.

- А потом дали бы пожизненное заключение? – хихикнула я.

- Калерия, это не очень смешно, - хмурясь, ответил Рэм. – Нам стоит, наверное, переселиться куда подальше от Лланарэ. Здесь слишком высоки шансы столкнуться с Алехаром. Захочет ли он спасать от тюрьмы дочь, которая изобрела зелья, чтобы скрыться от отца?

- Не захочет, - уверенно ответила я.

Этерн промолчал, активировал открытие портала через учебный браслет, и мы вернулись в Академию.

- Знаешь, - сказал Рэм, едва мы оказались в вестибюле. – Иди к себе, отдыхай. Я сам отчитаюсь перед Адрианом.

- Ты уверен?

- Конечно, - он слабо улыбнулась. – У меня всё равно есть ещё дела. Увидимся завтра.

Чмокнул меня в щёку и растворился в пространстве смазанным пятном. Поход к озеру