Эксперимент - Наталья Юнина

***

Он меня в машине решил изнасиловать? Да ну, бред какой-то. Кто полезет к женщине, от которой воняет луком и рыбой? Ну, не настолько же он упоротый. Хотя, что я вообще о нем знаю?

Останавливаемся мы возле «Сосновки». Прекрасно. Просто Великолепно. Очень удобно – изнасиловать и кинуть труп в лес, где нет никаких камер. Хотя, зачем ему меня убивать? Черт, теперь и амбал вышел из машины, оставляя нас наедине. А еще этот озабоченный снимает пальто и закатывает рукава. Пипец, я попала.

– Посидим, повоняем?

– Чо?! – у меня слуховые галлюцинации или он реально это произнес вслух?

– Скумбрию с луком давай, вот чо, – копирует мое «чо» с такой же интонацией. Не дождавшись от меня никакой реакции, он тянется за упаковкой салфеток и вытирает свои ладони. Точно ненормальный, ибо реально берет кусок рыбы. – Ты мне всю малину испортила. Я столик заказал в ресторане. Там такая шикарная грузинская кухня.

– То есть мы ехали в ресторан?!

– Ну да. Совсем чуть-чуть не доехали.

– То есть к себе домой вы не планировали меня везти?

– Конечно, планировал. Не сегодня. Но как только ты села ко мне в машину, понял, что надо сегодня. Есть в тебе что-то такое, от чего торкает. Скорее всего, язык.

– Язык? – блин, зачем я вообще веду с ним беседу? Молчи, дура! Он же только этого и добивается.

– Да, люблю языкастых. Говори, кстати, мне нравится.

– Что говорить?

– Что первое приходит на ум. Вот сейчас что пришло? – улыбнувшись спрашивает он, отправляя в рот кусок лука.

– Долбоящер.

– Еще.

– Гондон, – да закрой рот, Наташа!

– Смотри, что получается, ты, сама того не осознавая, хочешь со мной секса. Долбоящер – от слова долбить. Ну гондон, он и в Африке гондон. Как это у вас зовется в психологии?

– У вас проблемы с головой. Вот как это зовется.

– С ней все в порядке. Я проверялся. У меня проблемы с моей невестушкой. Кстати, я ее нашел.

– Счастье-то какое. Так, может, уже пора ввести ее в курс взрослой жизни и отстать от людей, которые не желают вашего общества?

– Такого желания у меня не возникало. Как представлю, что ее еще и девственности лишать, так сразу нажраться охота. Это ж пиздец.

В мои планы не входило плеваться рыбой. Даже в этого гондона. Но я тупо поперхнулась от его слов. Да так, что кусок скумбрии сам вылетел из моего рта, аккурат на его белоснежную рубашку. Ну а приземлился на брюки.

– Извините. Я неспециально.

– Убирай, – произносит вполне серьезно, опустив взгляд на свои брюки. – И затирай, – не скрывая улыбки, добавляет он.

– Сами справитесь. Утолите мое любопытство. А что не так с девственницами? Что это за ненависть такая?

– Все так. Нет никакой ненависти, просто я с ними не связываюсь. Мороки много. Они же все проблемные.

– Был печальный опыт? После вас кто-то умер от кровопотери?

– Все-таки ушки тебе надо почистить. Я с ними не связываюсь. Принципиально, – ооо, а вот и мой шанс в будущем.

– Какая прелесть. Прям от сердца отлегло.

– Ты о чем? – заинтересованно спрашивает он.

– Вам лучше не знать, Вячеслав. Кушайте еще рыбку.

Совершенно не стесняясь, он продолжает поглощать мою скумбрию, не забывая закусывать луком.

– Слушай, я тут подумал, а может, мне после первого классического секса с невестушкой продолжить в более мягком варианте. Ну скажем, не плетки, а шибари?

– Это что такое? – ну вот зачем я опять ведусь на его чушь?!

– Связывание веревкой.

– И какой в этом смысл?

– Мужчина полностью доминирует над женщиной. Способность двигаться и дышать зависит от него. Ты бы как к этому отнеслась? Представь себя связанной и полностью обездвиженной. Скажем, не только руки, но и ноги, – так профессионально произносит он, что мне становится реально страшно. Он и вправду извращенец?

– Спасибо, что напомнили про ваше шибари. Муж просил вязанную вареную колбасу. Очень любит ее, а я забыла купить.

– Ой, как жирно, Ксения Андреевна.

– Ну, мы молоды. Поэтому пока можем позволить себе немного жирного, – не могу не поддеть его в очередной раз. Аукнется это мне. Однозначно.

– Я не про колбасу. Намеки про наличие мужа должны быть тоньше. Так что с шибари? Не жестко для вчерашней девственницы?

– Я вам здесь не помощник. Меня бы это однозначно не привлекло.

– Почему? Ты испытаешь дискомфорт от того, что над тобой доминируют?

– Нет. У меня ляжки, знаете ли, не худые и как представлю, что мне их обматывают веревкой, как-то сексуальное желание при виде такой колбасы пропадает само собой.

– Дорогуля моя, у тебя прекрасные ноги. Трусы, да, страшные, а с ногами полный порядок. И снова к вопросу твоей самооценки. Для психолога слишком явно видна неуверенность в себе. Что это ты так не проработала сию проблемку, Ксения Андреевна? – такое чувство, что он надо мной издевается.

Вот уж никогда бы ни подумала, что меня сможет задеть совершенно посторонний мужик. Смотря на его ухмыляющуюся физиономию, все, что сейчас хочется – это хорошенько двинуть ему чем-нибудь тяжелым.

– Это называется – объективность. Я адекватно оцениваю собственную внешность. Вот вы, Вячеслав, слепо уверены в своей неотразимости. А это далеко от реальности.

– Неужели я так плох? А как же восемь из десяти?

Если уж быть до конца объективной, в такого несложно влюбиться. Внешность, несмотря на почти сорокалетний возраст, действительно привлекательная. Только есть еще и интуиция, которая откровенно вопит – он не моего уровня. Даже для одноразовых отношений, в качестве потери этой прилично надоевшей девственности. Не удивлюсь, если он был связан или по сей день имеет отношение к криминалу. Родом из девяностых, явно не белый и пушистый. Валить от такого надо. Причем как можно скорее.

– Я хочу домой. Вы меня отвезете или так и будете валять дурака? – не выдерживаю я.

– Я пока поиграю в джентльмена. Не выкидывать же тебя в «Сосновке» на ночь глядя. Довезу. Только руки от рыбы в снегу отмою. И тебе тоже советую. Я люблю, когда все чисто.

Гребаный чистюля отмывает свои руки так долго, что я уже успела замерзнуть