Артефакты любви - Алена Игорева

— Этот ублюдок получил по заслугам.

— Надеюсь, что так.

Птицы распевали весёлую песню, совсем не в настроение Лаиты, но всё же приятную. Цепкие коготки стучали по веткам, обрывая тонкую молодую кору. Ветер купался в траве, принося с далёких полей медовые ароматы цветов.

Идиллию нарушил звук подъезжающего миригата. Лаита встрепенулась, мгновенно потеряв контроль над чувствами. По телу пробежалась тёплая волна, которая поднималась из груди и расходилась до самых кончиков пальцев. Так было каждый раз, когда они с Корвусом виделись, и Лаите нравилось то женское начало, которое просыпалось в ней рядом с инчаром.

— Я посмотрю. — Сказала Ирма, но Лаита шустро поднялась на ноги.

— Я сама.

Растягивая глупую улыбку, Лаита вышла на тропинку к магазину.

Глава 15

Корвус.

Разговор с Малу уже несколько дней не шёл из головы. Кроме того, теперь друг всячески Корвуса избегал: даже перестал заглядывал в кабинет, чтобы поделиться сплетнями или скрыться от начальства, коротая рабочее время за праздными разговорами.

Корвус и сам понимал, что Малу прав — его поведение вряд ли можно назвать достойным профессионала. Но так же Корвус помнил, с какой предвзятостью в ведомстве относились к Лаите и кражам в её магазине. Он и сам до недавнего времени считал, что она надменная и холодная, и лишь из испорченности характера или отсутствия воспитания позволяет так себя вести. Но с каждой новой встречей он узнавал Лаиту лучше, а мнение о ней менялось. Теперь Корвусу хотелось защитить чару от напастей этого мира, в том числе от магии ищеек, которая её так душила.

Корвус на пятый раз перебрал бумаги на столе, расставил карандаши в ряд и утащил целую коллекцию грязных кружек с недопитым дрофом на офисную кухню. Щедро наливая пену на губку, он думал о том, что нужно признаться начальству. Босс точно всё поймёт, он же тоже человек. А с ребятами можно будет договориться: Корвус будет ездить к Лаите и брать нужные показания по необходимости. Чем плох такой вариант? Парням не придётся таскаться на окраину Дейдры, а Лаите — контактировать с ними.

Корвус перемывал стаканы и продумывал речь, с которой выступит перед инчаром Нобисом — своим боссом. Он хоть и угрюмый, — вечно варится в своих мыслях, — но вполне уравновешенный и понимающий.

— Корвус! — Раздался за спиной голос Рокуэла. Он поправил квадратные очки и положил на стол толстую папку.

— Не подкрадывайся. — Корвус пригрозил Рокуэлу мыльной губкой.

— А то застираешь до смерти, мантикоров ты сын?

— Нет, помою тебе язык, чтобы не выражался.

— Ещё маме расскажи. — Рокуэл подошёл к шкафу, достал оттуда печенье и сунул пачку под нос Корвусу. — Будешь?

— Нет аппетита. — Корвус вытер мокрые руки и присел на диван. — Тоже погряз в работе? Совсем перестал высовываться из лаборатории.

— Вы, ищейки, каждый день подкидываете мне новые задачки. Если честно, я уволиться хочу. — Сказал Рокуэл, хрустя печеньем. — Достало всё.

— И куда пойдёшь?

— Не знаю. У меня возле дома пекарня есть, там уже два месяца ищут пекаря. Думаю, вот.

— Пекарь?

— Да. Смейся, если хочешь. Я знаю, что вы все думаете: променять работу в ведомстве на пекарню? Вот же олух! А я, между прочим, по первому образованию повар-кондитер.

— Нет. — Корвус смеяться над мечтами Рокуэла не собирался. — У нас одна жизнь, и мы должны делать то, что приносит удовольствие.

Сказав это, Корвус подумал: почему же тогда он сам уже неделю не может выбраться к Лаите? Слишком мало времени у них, чтобы быть счастливыми. И нужно пользоваться каждой возможностью, что преподносит жизнь. Он решил, что сегодня же вечером наведается к чаре сюрпризом.

— Кстати, Корвус, я подумал, что тебе всё же будет интересно узнать. Это касается кражи в магазине чары Лаиты. — Рокуэл отложил печенье и вытащил из папки скрепленные листы бумаги. — Ничего конкретного я не нашёл, но взгляни сюда. Может, оборотни?

— Оборотни в Дейдре? — Корвус удивлённо поднял бровь. — Давно такого не было.

— Не знаю, старик. Я случайно заметил этот след. Не обращал внимания раньше, потому что это обычная бытовая магия. Мало ли, кому она может принадлежать. Но сравнив результаты анализов понял, что именно этот след отпечатывался в воздухе из раза в раз. Либо у чары есть очень постоянные покупатели, которые по счастливой случайности заглядывают в магазин именно накануне кражи, либо…

— Либо это и есть наш воришка. И у меня даже есть некоторе мысли. — Корвус выхватил листы с результатами анализов и поспешил к выходу. — Спасибо, Рокуэл! Сообщу чаре отличную новость!

— Можешь не переживать, Малу ей скажет.

Корвус вкопался в пол.

— Малу?

— О, ты не в курсе? Он сказал, что дело чары Лаиты передали ему. — Рокуэл перешёл на доверительный шёпот. — Он сказал, что откопал что-то интересное об этой ледышке. Не терпится узнать, что там такое.

— Не смей больше называть её так, ты понял? — Корвус в одно мгновение оказался рядом с Рокуэлом и, рукой схватив его за ворот рубашки, потряс в воздухе. — Если я узнаю, что вы распускаете сплетни о ней, то буду разговаривать по-другому.

Отпустив обескураженного Рокуэла Корвус рванул к лифтам, про себя молясь, чтобы Малу не наделал глупостей.

Глава 16

Лаита.

Улыбка исчезла с её лица, когда она увидела, что возле магазина, подпирая миригат, стоит вовсе не Корвус. Высокий мужчина с тёмными волосами и глазами, цвета мировых ледников, посмотрел на Лаиту с плохо скрываемым презрением. В том, что этот человек был ищейкой Лаита не сомневалась: даже с приличного расстояния её обдало такой плотной волной магии, что голова пошла кругом.

— Чара Лаита? — Спросил мужчина, хотя наверняка знал ответ. — Меня зовут инчар Малу, и с этого момента ваше дело веду я.

— Что? Почему? Что случилось с инчаром Корвусом?

— Отстранён. — Коротко ответил инчар и шагнул вперёд.

Лаита отшатнулась в сторону. На её плечо легла чья-то рука.

— Что происходит, инчар? Мы ответили на все вопросы вашего коллеги. — Ирма вышла вперёд, закрывая собой Лаиту.

— Мой коллега вёл себя, мягко говоря, непрофессионально. — Инчар усмехнулся. — Но вам это наверняка известно. В ваших интересах, Лаита, сотрудничать со мной на добровольной основе.

— Для вас я чара. — Поправила Лаита, скрипнув зубами. — Чего вы хотите?

— Просто побеседовать. Наедине,