Недотрога для генерала драконов - Лиза Чехова

Когда я наконец-то почувствовала тепло в области свободной искры, то постаралась весь страх, от которого меня трясло и ноги подгибались в коленях, мысленно направить в искру.

Мне было очень страшно от мысли, что генерал найдёт меня. Мужчина был настроен решительно, и я уверена, что второго шанса на побег у меня уже не будет, поэтому сейчас я должна приложить все усилия, чтобы скрыться от него.

Когда солнце уже почти коснулось горизонта, и на небе появились первые звёзды, я вышла на улицу с котелком, наполненным дымящейся жидкостью.

— А теперь, — сказал Никс, — разливай зелье вокруг двора, старайся делать это тонкой струйкой, так, чтобы хватило сделать замкнутую линию.

— А магия?

— Это будет в конце. Поспеши, а то виверны скоро проснутся, и в этот момент лучше сидеть в доме.

Я вздрогнула от упоминания крылатых ящеров и начала выливать зелье тонкой струйкой, запах был отвратительный, нечто среднее между болотной тиной и грязными носками, но я стойко продолжала делать то, что сказали.

А ещё не забывала напитывать искру, нога горела, однако меня наполняла странная сила, будто я была отдохнувшей и бодрой, хотя уже был поздний вечер.

Что ещё было странно, так это то, что страх ушёл, осталось безразличие.

Это и помогло чётко следовать инструкциям Никса. Когда круг замкнулся, я опустилась на колени у линии и посмотрела на кота:

— Что теперь?

— Чувствуешь, что ты наполнена магией?

— Кажется, да. Всё тело будто переполняют силы, хочется бежать, прыгать и танцевать.

— Вот последнего точно не надо! Теперь положи ладонь на линию и сконцентрируйся, представь, что магические потоки от искры проходят через твоё тело и наполняют зелье силой. Да поспеши, а то у нас гости.

Я подняла взгляд и увидела, как из леса выехала скрипучая повозка.

Руки дрожали, но я послушно положила ладонь на линию. Я должна это сделать!

Глава 14

Дыхание перехватило и я почувствовала, как через моё тело пошло тепло, оно будто горячими струями устремилось из области ног к рукам. Я еле сдержалась, чтобы не закричать. Стиснула зубы и зажмурилась.

Мою ладонь обжигала магия, а тело вибрировало. Я приоткрыла глаза и увидела, как линия, которую я начертила зельем, начинает мерцать.

Повозка выехала из леса и скрылась за холмом. Несколько минут, и она будет у дома. Я сильнее прижалась к земле, не отрывая руку от линии. Если сейчас повозка вынырнет из-за холма, то я буду в прямой видимости, и меня заметят. Магия продолжала струиться через моё тело, я еле держалась, чтобы не упасть от усталости.

— Держись, Галюсик, — мурчал рядом Никс, — для первого раза это много магии, я знаю, но ты обязательно справишься. У тебя всё получится.

— Я больше не могу, — прошептала одними губами и снова подняла взгляд. Повозки не видно.

Ещё несколько метров, и круг замкнётся.

— Когда линия замкнётся, — продолжал Никс, то дом будет скрыт от глаз драконов. Они просто не будут его видеть, но этот эффект временный.

Меня бросало то в жар, то в холод, кости ломило, и я тихо застонала. Как только магический круг замкнулся, то я упала на спину, раскинув руки и ноги звездой. Попыталась отдышаться.

— Никс, скажи, что я смогла. Скажи, что у меня получилось.

— Получилось, сама посмотри.

Я повернула голову набок, потому что только это и могла сделать. Сил встать совершенно не было.

Повозка со старой клячей вынырнула из-за холма. Мужчина, тот самый, который меня закинул в кузов повозки, смотрел прямо на дом, даже скорее сквозь дом. Я видела непонимание в его глазах. Наверное, пока ехал, то видел дом, а тут он исчез.

— Получилось, — прошептала я, — он, правда, нас не видит?

— Не видит и не слышит, — радостно сообщил кот. — Ну а теперь пора и ужин готовить!

— Какой ужин, я пошевелиться не могу.

Никс убежал в дом, а я смогла сесть и продолжала следить за драконом. Он и правда не видит меня. Мужчина покрутился на поляне перед домом, а затем развернул повозку. Достанется ему от генерала Фарелла, но это уже не мои проблемы, пусть сам с этим разбирается.

Самое главное, что я смогла сбежать. Нужно только узнать подробности, как покинуть дом, и как долго будет действовать защита от драконов.

В дом я смогла зайти только через полчаса, когда ноги немного отошли пробежки, всё тело болело так, будто я пробежала несколько километров.

— Пора ужинать, — Никс укоризненно посмотрел на меня, когда я только вошла в дом.

— Мы сегодня на диете. — Я направилась в сторону кровати.

— Нельзя на диете, — завопил Никс, — ты потратила энергию. Откуда ты думаешь она восстанавливается? Тебе нужна еда!

— А ещё сон, — я уже представила, как уткнусь носом в подушку и буду видеть сны.

— Вначале еда, а потом сон, — возмутился Никс, — тем более постель не застелена, бельё, которое ты постирала, всё ещё на улице.

— Только не это! — я застонала и опустилась на стул. — А нет такой магии, чтобы кровать сама застелилась?

— Есть, это называется бытовая магия, — сказала Шейма, которая лежала на столе, — перекуси, отдохни, и я тебе всё расскажу, но пользоваться магией сегодня уже нельзя.

Тут любопытство уже взяло верх, конечно, я хочу научиться бытовой магии. Исчезать — это интересно, однако гораздо полезнее прибрать дом или сменить постельное бельё на чистое. Я приготовила простой ужин из того, что нашла в запасах Хали. Тут было вяленое мясо и сыр. Ещё я отварила картофель и сделала омлет.

— Еды хватит на пару дней, — заключила я, наблюдая, с каким аппетитом поглощает Никс мясо.

— Значит, нужно сделать запасы.

— А что у нас с деньгами?

— У Хали был запас, но небольшой. Нам надо заработать денег.

— Как будем это делать? — спросила я, отставляя тарелку.

Силы восстанавливались быстро. Я даже удивилась. Когда я помыла посуду и застелила постель, то уже чувствовала себя гораздо лучше.

— Удивительно, Никс, я чувствую себя отлично, хотя только что думала, что буду лежать на поляне у дома до рассвета. Как обычная еда могла меня так восстановить?

— Это не обычная усталость, — объяснял Никс, — а расход магии, его восстановить не так сложно. Во всяком случае пока у тебя одна искра.

— Дальше будет сложнее?

— Да, чем больше искр, тем дольше восстановление, но и магии больше. Если бы у тебя было двадцать