Возмутитель моего спокойствия - Мая Грей

— Вот поэтому ты и будешь это делать! Думаешь, я откажу себе в удовольствии пощекотать тебе нервишки?

— А как же «нельзя подпускать на пушечный выстрел»?

— Хорошо, есть второй вариант. Станешь моей секс-рабыней. Будем встречаться где-нибудь в Джерси. Не думай, что я тебя не найду!

— Аа чем кормить Тину? — я даже не стала раздумывать.

— В шкафчике под аквариумом есть корм. Не вздумай перекармливать ее. Раз в сутки, поняла. И только специальный корм. Где, кстати ребенок?

Ребенок, какой еще ребенок? Похоже, при падении совсем головой тронулся!

— Какой ребенок?

— Как какой ребенок? Тот самый, которому ты омлет готовишь в сковороде размером с мой фейс.

«Омлет, сковорода», — я напрягла свои извилины. Мозг знает только одного ребенка — Тима!

— А Тим, что ли? Он в Сакраменто со своим отцом.

— У него что, отец имеется?

Ну, похоже, тут дела серьезнее сотрясения. Доктор, того гляди — не профессионал, ошибся насчет легкой степени. Тут даже не сотрясение мозга, тут вышиб мозг. Он, поди того, так и лежат на лестнице.

— Ну, разумеется.

— Ладно, тогда дуй домой к себе за вещами.

— Да, хорошо! — разворачиваюсь и замираю, сказал «к себе?» — Что, простите?

— А что ты хотела? Тина не привыкла к одиночеству! В доме кто-то должен жить! Она любит компанию, будешь разговаривать с ней, как с человеком, говорить какая она хорошая, красивая, умная, ну, короче, все что любят крысы, тебе виднее. И смотри, чтобы она не грустила. Не дай Бог помрет от тоски и грусти, вовек со мной не рассчитаешься. Придется в Джерси потом всю жизнь отрабатывать. И не потому что она стоит как двухгодичная твоя заработная плата, а потому что мне она очень дорога.

Это же надо так попасть! Где я так согрешила, что попала в немилость Господу? А может это какой-то розыгрыш? Сейчас выйдут люди с камерами и цветами, скажут, что я успешно прошла тест на крепкую психику. Но увы, реальность была такой, что мне хотелось самой оказаться на этой больничной койке и не с сотрясением мозга, а с частичной или даже полной амнезией.

— Ладно, сегодня можешь ехать к себе! Завтра, чтоб после работы сразу к Тине.

— После работы?

— Ну ты же шла же куда-то устраиваться на работу.

— Да, но наверное они мне откажут теперь…

— Не откажут! Я позвонил и как клиент попросил их принять тебя. Так что сделаешь что-нибудь не так в моем доме, вылетишь с работы как пробка, поняла? — в ответ киваю как болванчик, — И не распространяется там о нашем знакомстве! — опять киваю. — Не вздумай меня дурить! Я буду следить за тобой!

Следить??? Мозг включайся!

— По камерам что ли?

— Нет, детектива найму! Ну конечно же, по камерам! А ты не знала? — офигеть, и камеры в доме есть, киваю, как-будто знала. — Номер свой вбей, — указывает пальцем на айфонам, лежащий на тумбе. — Прозвон мне сделай, — как только раздался звонок, отключаю и быстро иду к двери. Лишь бы поскорее уйти. — И смотри, дом мне не спали! — кричит вслед бешеный орангутан.

Он уже давно не Чарминг. Теперь даже не знаю, как его назвать. Даже Кинг-Конг — малейшее существо по сравнению с ним. Тем не менее, я чувствую, что попала в лапы именно такого животного. Как можно вот так, среди белого дня, по какой-то нелепой случайности, из-за какого-то несчастного стаканчика чая оказаться в трудовом рабстве?! Хорошо, хоть не в сексуальном. Боже упаси!

Дом мистера Диллона находился недалеко от клиники. Добравшись за какие-то 20 минут я быстро докончила уборку. Затем, набравшись храбрости, подошла к аквариуму Тины. Крыса оказалась не такой уж страшной, но все равно неприятно было находиться рядом с ней. Да вообще, не понимаю я таких питомцев. Ладно — собака, ладно — кошка, ну хомяк на крайняк. Но эта облезлая до неприличия, морщинистая до жути тварь, просто ни в какие рамки не лезет. А дом у нее какой! И корм явно не за два доллара. На ум приходят бедные африканские дети. Они там без крова, воды и еды мечтают от такой жизни Тины.

— Ешь давай! — недовольно фырчу ей!

Разговаривать надо с ней? Ну тогда пусть слушает:

— Ты где свою шерсть потеряла? Ты вообще в курсе, что выглядишь, скажем так, нелицеприятно, а по сути, хреново? Смотреть на тебе противно. Наверное есть какая-то взаимосвязь между питомцами и их хозяевами. Ну, что-то же вас притянуло друг другу? Какая-то общая черта. И не одна, наверное.

Интересно камеры передают звук? А если и так, пусть слушает. О чем мне еще говорить крысе. Не буду же я ей о своей жизни рассказывать.

— Ладно, ешь, давай! Не сдохни мне тут!

Закончив столь важную миссию, я триста раз проверила ванную на наличие камер, чтобы спокойно переодеться. Затем постирала, высушила, погладила и аккуратно сложила на место неприкосновенную футболку этого монстра. Наконец-то покинув сие жилище, с прискорбным настроением двинулась в свой почти родной Бронкс.

****

— Диана, что с тобой? — Эшли опешила, увидев меня в дверях с кислой миной и с разбитой душой. — А это что такое? — умиленно спросила, увидев маленький комочек шерсти у меня под кофтой.

— Это Мэтт! Купила в зоомагазине за углом, — радости в моем голосе не было абсолютно никакой. — Только я не знаю, зачем его купила, если все равно не смогу за ним приглядывать, — я подошла к дивану и обречено плюхнулась попой на него.

— Дай-ка мне его, — Эшли вытащила котенка из кофты и начала прижимать его к себе, — Кто это у нас такой пушистый? Я в шоке, Ди! Ты ведь не любитель всякой живности в доме.

Действительно, взбрело же мне в голову завести котенка. О чем я думала? Это была бредовая идея зайти в зоомагазин. Но не сдавать же его обратно.

— Я купила его, чтобы как-то научиться ухаживать за питомцем до завтрашнего дня. Хотела крысу, но не смогла. Они такие противные, — от этих слов про крысу, мне стало еще более погано на душе. Словно не кошки на ней скребут, а крысы там гадят. Еще не хило так гадят.

Я рассказала Эшли все что случилось со мной за весь день. Она сначала слушала с открытым ртом, не моргая, даже, казалось, что не дыша. А потом как залилась кошмарным смехом. Почти каталась по полу, держась за живот. Подруга называется! Близкий ей человек попал в рабство к неадекватному, злобному тирану, а она