Мой любимый юрист 2 - Анна Ардыкуца

Даже не понимаю как у меня хватило сил это сказать. Но пути назад нет.

Глава 8

Рома снова «подзавис» на пару секунд. Явно не ожидал от меня мой практически бывший муж такого. Но меня уже было не переубедить и не сломить.

Он снова приблизился ко мне и обнимая за плечи заговорил как с ребёнком, который ещё ничего не понимает, и которому нужно объяснить что-то очень сложное и важное. Как с Матвеем, когда тот что-то отчебучивал в садике и не понимал, а за что же его, собственно говоря, ругают было же здорово.

— Анечка. Анют…Я понимаю, маленькая моя, что ты сейчас на эмоциях, что обижена. Даже признаю твоё право на эту обиду и её обоснованность. Но ещё раз повторю — я тебя развода ни дам. Я тебя люблю, детей люблю и у нас будет крепкая, дружная семья. Всё как прежде. А свою вину я сумею загладить. И больше такого не повторю.

Я аж опешила, вот надо же сколько в человеке наглости! И пока я находилась в кратковременном шоке от наглости бывшего благоверного он, ну вот прямо как нарочно, обратил внимание на мой внешний вид. А точнее на домашний халат, в котором я так и осталась, не успев переодеться, прежде чем открыть ему дверь. А там и вырез «мама не горюй», и вообще он значительно развязался из-за нашего довольно активного общения. В глазах Ромы заплясали такие знакомые огоньки, не предвещавшие мне вот совершенно ничего хорошего. Я инстинктивно попятилась назад. Вот уж точно то, чего мне не нужно.

В тоже же время у меня внизу начал разрастаться знакомый жар и всё скрутилось в тугой узел. Рома стал приближаться, а меня охватила настоящая паника.

Между тем Аренин уже нацелился на мои губы и постепенно приближал к ним свои. От него исходил запредельный жар и невероятное желание. Но моей коже даже все волоски встали дыбом.

Последовавший поцелуй нельзя было сравнить абсолютно ни с чем происходившим, между нами, прежде. Рома прижал меня к себя так, что казалось вот-вот сломает. Губы и язык не просто ласкали мои, а поглощали не щадя. Его возбужденный член упирался мне в живот и разжигал между ног огонь какой-то совершенно невероятной силы. Руки Ромы потянулись к поясу халата, и совершенно не помня себя я начала снимать его пиджак.

— Ну вот так-то лучше. — направляя нас в сторону спальни и касаясь губами бьющейся жилки на моей шее прошептал Рома. — А то придумала развод какой-то. Не отпущу.

И снова притянул, и впился в губы.

Моё тело требовала, чтобы он как можно скорее вошёл в меня и прекратил это «палево».

Упали на кровать мы совершенно неожиданно. Губы Ромы уже активно приближались к моей груди. Его дыхание становилось всё учащённей, а из моей груди вырывался стон и забыв, отключившись от всего совершенно, я сама подставляла по ласки Ромы своё тело. Где-то на периферии сознания мелькали какие-то мысли о том, что почему-то происходящее неправильно, но вот сосредоточиться что бы понять почему не получалось.

А Рома все шептал такие знакомые и желанные слова, заставляя меня терять рассудок ещё больше.

— Как же я хочу тебя. От меня ты уйдешь только на тот свет. Не отпущу, родная. Любимая. Моя единственная любимая девочка. Что ж творишь со мной? С ума от тебя схожу.

В это же время его губы и руки ласкали практически все участки моего тела, а даже не одному разу. И очень скоро я почувствовала обжигающее тело Ромы на своём. С моих губ вот-вот готовы была сорваться просьба пощады. Почувствовав это Рома улыбнулся, ногой раздвинул мои колени и двумя пальцами вошёл в истекающую соком дикого желания киску. Коснулся губ и начал двигать пальцами вперёд-назад заставляя меня извиваться и кончить первый раз.

— Моя девочка, какая же ты отзывчивая и горячая. Течёшь нереально просто. И любишь. Ты же любишь меня? Несмотря ни на что любишь? Скажи, скажи мне это, Анют.

И вот что я могла ответить, когда он истязает меня водя головкой члена по клитору и нарочно не входя. А если я сейчас не кончу полноценно, то просто умру.

— Люблю! Люблю. Рома, пожалуйстаааа! Ромаааа!

— И не уйдёшь?

Рома входит и резко выходит, дразня дальше и сильнее.

— Неттт! Клянусь нет, Ромааа!! Пожалуйтааа!

— И просишь? Поклянись, что всё забудешь и простишь! Что не уйдешь.

Чёрт, ну вот что за человек? Вот что ему нужно? Да не собираюсь я никуда деваться.

Решив, что тоже не «тварь дрожащая, а право имею», я провожу идеально отманикюренными пальчиками по нижу его животу, отчего Рома начинает стонать и рычать, но продолжает держаться. А в ответ прикусывает мне сосок отчего я готова кончить уже и без него. Но я не собираюсь сдаваться и съезжая рукой вниз перехватываю его каменный член у самого основания. Затем виду по нему вверх-вниз. Рома матерится и со злостью вводит в меня три пальца, начинаю активно ими трахать.

— Анька, прекращая нас мучить. Скажи, просто скажи, что простишь. — и уже у моего уха — Я сейчас просто взорвусь.

Слегка приподнимаясь, я прикусываю его нижнюю губу, тяну его в поцелуй. И вот тут ему не устоять. Он невнятно матерится и входит резко, разом выбивая весь воздух и даря запредельное наслаждение. Мы сразу берём бешенный, я бы сказала даже звериный темп. Рома таранит меня выбивая громкие стоны и заставляя извиваться. Губ мы почти не разрываем.

— Скажи, скажи же. Блядь, Аня, не могу больше! Скажи!

— Да, даааа! Дааа!!

Тела мокрые от пота и дышать уже не чем.

— Люблю, люблю.

— Ромочкааа!

Рома кончает, и меня накрывает следом. Но не только оргазм. Следом за наступившим оргазмом меня накрывает ужас от произошедшего. Боже, что же я наделала!

А Аренин как ни чём не бывало, улыбается и поцеловав в губы скатывается с меня, пытаясь отдышаться.

Никогда себя этого не прощу. Вот же дура стоеросовая!

— Милая, это просто фантастика. Ни с кем так не бывает хорошо, как с тобой. Люблю безумно. И стоило ли на пустом месте психовать, когда нам никуда друг без друга.

И тут меня накрывает злостью окончательно. Я приподнимаюсь на кровати и смотря в стену говорю серьёзно и уверено:

— Ром, уходи.

Спиной чувствую сначала удивление, а потом агрессию