Багровые узы - Венди Оуэнс

— Со мной ничего не случилось и не случится, — говорю я, выдергивая свою руку из его хватки и направляясь к входной двери.

— Мы туда не вернемся, — говорит Марко, заставляя меня повернуться к нему лицом.

— Что ты имеешь в виду? — спрашиваю я, чувствуя, как Алекс наблюдает за нашим с кузеном общением.

Марко качает головой.

— Мне сказали отвезти тебя домой.

— Отвезти меня домой, почему? — спрашиваю я, смущенная тем, что в присутствии Алекса со мной обращаются как с ребенком.

Марко качает головой.

— Я не задаю вопросов. Я делаю то, что мне говорят.

Я фыркаю и иду по улице, Марко следует за мной по пятам. Я не могу злиться на него. В этой семье ты делаешь то, что тебе говорят, а задавать вопросы считается неуважением.

— Приятно было познакомиться, Амелия, — кричит мне вслед Алекс. Я машу рукой в его направлении, не осмеливаясь обернуться и показать сияющую на моем лице улыбку.

— Кто он? — спрашивает Марко, оглядываясь на моего красивого мужчину.

— Не беспокойся об этом. — поворачивая за угол, я бросаю последний взгляд на Алекса, который не сдвинулся с места. По телу от волнения бегут мурашки, мне нравится, что он не сводит с меня глаз, пока я ухожу.

Глава 4

Марко не поехал со мной на лифте, и, наблюдая за цифрами уже пройденных этажей, я все еще улавливаю исходящий от меня запах Алекса. Сладкая боль зарождается глубоко внутри моей груди, отдаваясь прямо в моей пульсирующей киске. Закрыв глаза, я позволяю воспоминаниям об этом поглотить меня. Каково было, когда он обхватил губами мой клитор, как он орудовал своим языком и посасывал его так, что у меня подгибались колени.

Я вырываюсь из воспоминаний, когда лифт подает сигнал о том, что достиг верхнего этажа. Как только двери открываются, я вижу стоящего перед собой брата.

Я вскрикиваю от неожиданности.

В его взгляде явно читается подозрение и мне становится интересно, догадывается ли он, что у меня только что был самый горячий в жизни секс с совершенно незнакомым мне человеком в грязном переулке. Его ноздри раздуваются, пока он изучает меня, и я уверена, что он чувствует исходящий от меня запах секса.

— Где, черт возьми, ты была? — требовательно спрашивает Винсент.

— Прости? — отвечаю я, проталкиваясь мимо него. Я решаю сразу пойти в ванную, что бы смыть с себя запах секса прежде, чем заметит мой отец.

— Мы отправили сообщение Марко как минимум час назад, — рявкает он, следуя прямо за мной. — Куда ты идешь? Отец уже ждет нас.

— Я случайно испачкала свою блузку, — огрызаюсь я, останавливаясь, чтобы посмотреть на него. — Я бы не хотела разговаривать с отцом, когда от меня исходит такой тошнотворный запах.

— От тебя плохо пахнет, это правда. — говорит он, продолжая с подозрением поглядывать на меня. — Поторопись, ты ведь знаешь, что он ненавидит, когда его заставляют ждать.

— Что-то случилось? — спрашиваю я с ухмылкой.

— Кое-какие неприятности, — отвечает он и разворачивается, направляясь к двери в отцовский кабинет.

Я мчусь в свою комнату и, раздеваясь прямо на ходу, захожу в ванную комнату. Как бы мне ни хотелось, чтобы запах незнакомца задержался на моем теле подольше, я понимаю, что не могу себе этого позволить. Я собираю волосы в хвост и стараюсь как можно быстрее принять душ, прежде чем выскакиваю и наспех вытираюсь полотенцем. Натягивая одну из своих многочисленных толстовок с логотипом Нью-Йоркского университета, я подхожу к комоду и, достаю оттуда спортивные леггинсы.

Я торопливо выхожу из комнаты и иду по коридору, гадая о новостях, которые меня ждут. Возможно, отец сказал Винсенту, что есть шанс, что однажды я буду главой семьи? Или кто-то видел меня с Алексом, и мне конец?

Дверь в кабинет моего отца открыта, и издалека я вижу отца и его заместителя Энтони, стоящего возле его стола. Винсент сидит на одном из стульев возле камина.

Когда я вхожу, все взгляды обращаются на меня.

— Прощу прощения, что заставила вас ждать, — начинаю я.

Энтони, не произнося ни слова, пересекает комнату и закрывает за мной дверь. Я подхожу к Винсенту и сажусь напротив него.

— Что, черт возьми, происходит? — Шепчу я, слегка наклоняясь к брату.

— Сейчас узнаешь, — отвечает Винсент, глядя в сторону отца.

Проходит несколько минут, но никто не говорит ни слова. Я не могу больше выносить витающего в воздухе напряжения, поэтому решаю взять дело в свои руки. Резко вскочив на ноги, я пересекаю комнату и приближаюсь к отцовскому столу. Отец даже не отрывает взгляда от стопки бумаг на столе, как стоящий прямо за его спиной Энтони.

Когда мы ранее говорили о возможности того, что я возглавлю семью Кингов, мой отец не сказал мне о том, что Энтони также был претендентом на эту должность. У нас ранее не было необходимости обсуждать все это, так как все знали, что он был единственным человеком, которому отец доверял больше, чем кому-либо в мире. Не нужно быть гением, что бы понять, что если отец сочтет нас с братом недостойными этой должности, Энтони будет следующим в очереди.

— Кто-нибудь скажет мне, наконец, что здесь происходит? — настойчиво требую я.

Отец пристально смотрит на меня, и я замечаю, что складка, образовывающаяся между его бровей, когда он хмурится, глубже, чем обычно. Это определенно не к добру.

— Мне очень жаль, Figlia1, — начинает он. — Надеюсь, я не испортил твой вечер с Марко, вызвав тебя сюда, но боюсь, у меня не было другого выбора. Нашей семье объявили войну.

— Войну? — переспрашиваю я, глядя на человека, благодаря которому я большую часть жизни чувствовала себя в полной безопасности. — Что ты подразумеваешь под словом «война»?

— Это длинная история, но семья Ивановых решила, что мы проявили к ним неуважение, и они хотят урвать свой кусок, — объясняет он.

Я качаю