Не отпускай - Ксюша Иванова

Бля, проснулся в холодном поту. Такого ужаса не видел никогда. Потрогал… слава Богу, хозяйство на месте — не откусила… Глаза б мои ее не видели! Даже не прикоснусь к этой змее больше!

Но вечером позвонил Роман. Сказал, что у него дома потоп. Сам он в Египте. Матвей недоступен. Я еще не спросил, но уже догадался, с кем дети. От кого ещё может начаться головная боль даже тогда, когда я нахожусь в нескольких километрах? Но при всем при этом ощущалось еще и легкое волнение, как перед кабинетом стоматолога.

А самый большой конфуз случился со мной непосредственно в Ромкиной ванной. Процесс ремонта подходил к концу — временно до приезда хозяина течь была устранена. Уже собирая инструменты, я обратил внимание на мокрые маринкины лосины (или это колготки? Но тогда почему без юбки?) Полосочка шва ровно посередине четко делила попку на две одинаковых половинки, которые так и манили меня: "Потрогай! Потрогай!"

И как не потрогать, если она воду собирает тряпкой, а значит руки заняты, ну, а зубы вообще с другой стороны? Аккуратно захлопнув крышку ящика, я на несколько секунд сжал пальцы в кулаки, пытаясь сдержаться, и… обеими ладонями накрыл ее задницу! Успел даже слегка помять в руках.

Когда она молча выпрямилась, ждал чего угодно, даже удара тряпкой по лицу. Но она медленно повернулась, сдула прядь волос с лица и сказала:

— Я тоже в восторге от твоей задницы, однако это не повод лапать!

Правда? Как я рад, словами не передать!

— Мариночка, отомсти мне! Я повернусь?

— А давай! Только, чур, джинсы спусти!

Не подозревая подвоха, я повернулся. И спустил штаны… Идиот. Полный ковш воды был тут же вылит на мою задницу. Как я мог поверить? Как мог повестись?

Она, ожидаемо, рванула к выходу из ванной, обдавая меня брызгами, но, тут уж просто дело чести… Поймал. Закинул на стиральную машину и втиснулся между ее ног.

— Зараза ты, Маринка! Какая ж ты зараза!

— Ты тоже, Серега, ничего так парень!

— Вот что мне с тобой сделать?

— Понять… и простить!

Смешная. Мокрая. Руки холодные. Волосы растрепанные. Тушь потекла. Классная. Живая. Пахнет, опять же, приятно. Чем только? Придвинулся поближе, вжимаясь в развилку ее ног моментально затвердевшим членом и, как какой-то извращенец, буквально обнюхал ее за ушком. И от удовольствия даже глаза прикрыл!

Не вырывается. Что-то замышляет? А-а, плевать! Все равно поцеловал там, потом в щеку, потом, как голодный к миске супа, припал к губам.

11

Конечно, после моей выходки я ждала ответочку, как говорят мои племянники. Но то, что он делал… даже не поцелуй, а то, как Сергей прижимался ко мне, его возбуждение, упирающееся мне между ног… Просто не могла удержаться. Вцепилась в его плечи, обхватила ногами бедра и еще сильнее прижала к себе. Он хрипло застонал мне в губы. Хотелось запустить пальцы в его волосы, но мои руки были зафиксированы за спиной. А свободная Серегина рука уже заползла мне под футболку и нащупывала застежку лифчика сзади. Попыталась вырвать руки, но он сжал сильнее.

— Отпусти меня.

— Драться будешь.

— Нет, я тоже хочу… Клянусь, только потрогаю!

Он недоверчиво посмотрел мне в глаза, но руки из захвата выпустил. И, правда, потрогаю… Хотела под футболку ему ладони запустить, но почему-то погладила по щеке, рассматривая так близко красивое мужское лицо. Не знаю, что он увидел в моем взгляде, только вдруг поцеловал ладонь, потом приложился горячими губами к запястью… И это было так… приятно, так сладко, так трогательно, что мне тоже, впервые, захотелось сделать и ему также хорошо, как было в тот момент мне.

Я не думала ни о воде в ванной, ни о ламинате в коридоре, ни об Алькином гневе за испорченный ремонт… Я видела перед собой мужчину, особенного, вызывающего у меня море самых разнообразных эмоций: мне иногда хотелось ударить его, иногда я была готова наорать, но в каждый из моментов, проведенных рядом с ним, я отдавала себе отчёт в том, что он мне очень нравится.

Повинуясь своему желанию, я прижалась губами к его коже за ухом. Как же он пахнет! Целовала крепкую мужскую шею, подбородок… Его рука, справившись с застежкой, почему-то остановилась на полпути к груди. Глаза закрыты, дышит тяжело, легонько потирается об меня — какой-то он спокойный сегодня. Ждет от меня инициативы, что ли? Зачем расстегнул-то? Хотелось, чтобы потрогал. Самой сказать? Приподняла его футболку и запустила руки под нее, скользнула по плоскому животу, чувствуя как сжимаются мышцы. А в тот момент, когда накрыла руками его соски, он втянул воздух через сжатые зубы.

Мне и самой это все начинало нравиться — особенно власть над таким мужиком — красивым, сильным… Нравилась его реакция… Стала задирать футболку выше, желая попробовать на вкус. Совсем не хотелось, чтобы он что-то говорил — поругаемся вновь. Но он все-таки прошептал:

— Сними ее!

Поднял вверх руки. Я снимала так, чтобы при этом скользить по его телу, по рукам. Бросив на машинку рядом, тут же губами втянула в рот маленький, сжавшийся коричневый сосок.

— Маринка, я хочу тебя, — прошептал на выдохе.

Его руки, наконец-то, сжали под одеждой мои груди…

— Антоха, смотри, они у мамы с папой научились!

— Нет, своих мы на стиралке еще не ловили, только на кухонном столе.

Серегины руки в мгновение ока выскочили из-под моей футболки. Я одернула свою одежду — хорошо хоть не оголил меня. Несколько секунд он явно расстроенно смотрел мне в глаза, потом тяжело вздохнул и громко сказал:

— Выходим и строимся!

Я было рванулась выполнять полученную команду, но он придержал меня, ухмыльнувшись и отрицательно покачав головой. Как ни странно, дети тут же выскочили из-за двери и встали рядом с ним. Я потихонечку сползла со стиралки. Он повернулся ко мне спиной, одной рукой натягивая штаны прямо на мокрые трусы. Вторую протянул ко мне.

— Что?

— Футболку! — скомандовал строгим голосом, как будто не он сейчас… Это звучало смешно, но я молча положила предмет в протянутую руку.

— Марина, давай тряпки, у нас появилась бесплатная рабочая сила.

В один голос дети закричали:

— Нет! Мы не хотим!

Сергей посмотрел на них, и ледяным тоном сказал:

— Кто устроил потоп?

Двойняшки синхронно опустили головы и носками домашних тапочек стали шаркать по полу.

— Хотите наказание? Могу, как полицейский, оштрафовать вас, например.

Снова в один голос:

— Не-ет! Мы будем убираться!

— Ну и замечательно! Марина Николаевна, командуй!

— Ты просто