Смертельные клятвы - Киа Кэррингтон-Рассел

Когда оборачиваюсь, вижу Энджел, положившую руки на бедра и метающую в меня взглядом кинжалы. Из-за беременности у нее большой живот.

— Я хочу увидеть Райю. Перестань быть засранцем и позволь мне встретиться с ней, — она тянется за каким-нибудь предметом, чтобы бросить в меня, но Доминик вмешивается как раз вовремя и выхватывает его у нее.

— Ты не можешь бросать в него всякое дерьмо, — говорит он ей, но она не смотрит на него, её взгляд прикован ко мне.

— Я перережу тебе горло во сне, засранец. Дай мне увидеть ее.

— Блядь, — бормочет Доминик и поворачивается, чтобы посмотреть на меня. — Она не это имела в виду.

— О, но именно это я и имела ввиду, — Энджел бьет его. — Не смей говорить за меня.

— Женщина, ты не можешь ему угрожать, — он качает головой. — Я поговорю с ним.

Доминик пытается прикоснуться к ее лицу, чтобы успокоить, но она отталкивает его руку, хватает что-то еще и бросает через его плечо, но так что не попадает в меня.

— У меня есть планы увидеть ее сегодня вечером, — говорю я Энджел. — Она на свидании, на которое я настоятельно советовал ей не идти.

Энджел делает паузу, смотрит на меня и улыбается.

— Райя не будет тебя слушать. Ты же это понимаешь, да? — ухмыляется она.

— Я и не хочу этого. Сначала мне нужно преподать ей урок. Поэтому, как только она решит, что ее свидание прошло великолепно, я убью его и, возможно, пришлю ей несколько частей его тела, чтобы напомнить, кто я, блядь, такой.

— Я бы сказала, что это лучший способ избавиться от нее навсегда, — Энджел перекидывает волосы через плечо, затем разворачивается и уходит.

Доминик стоит там, и запускает руки в волосы.

— Дерьмо. Извини чувак. Я не думал… — он качает головой. — Ты планируешь убить ухажера Райи?

— Ага.

Касаюсь телефона, чтобы открыть видео с камер наблюдения, которые я взломал в ее доме. Она стоит у входа, и какой-то парень в костюме наклоняется и разговаривает с ней, с улыбкой на лице. Она поворачивается, чтобы вернуться в дом, но останавливается.

— Не делай этого! — рычу я на ее изображение на экране. Она что-то произносит, а затем качает головой, а он наблюдает за ней с пристальным интересом. Я не виню его. У этой чертовой женщины есть хоть один плохой ракурс?

— Может, тебе не стоит смотреть, — предлагает Доминик, заглядывая через мое плечо в телефон.

Она протягивает ему руку, он берет ее и проходит в дверной проем, закрывая за собой дверь.

— Вот блядь! — Мой брат отступает. — Ладно, давай будем спокойны по этому поводу. Думай рационально. Я имею в виду, что ты убил ее босса не только из-за его продажности, но и потому, что узнал, что он делал ее неуместные фотографии и записи. Но это другое… это по обоюдному согласию.

— Он записывал не только ее, — говорю я ему. И мне не нужно объяснять, что моя будущая жена не в том положении, чтобы она могла что-то предлагать или давать согласие на что-то любому другому мужчине.

— Да, конечно. Ты убил его, потому что у него была камера в женском туалете. Для защиты других женщин, — на последнем он закатывает глаза. — Но похоже, что он хранил только ее записи.

— Мразь, — говорю я, кладя в карман телефон. — Я ухожу.

— Может быть, не стоит, — говорит Доминик. Двое моих людей, стоящих за дверью, кивают, а затем обходят меня, когда я ухожу. — Крю! — кричит Доминик.

Я не слушаю. Какой смысл прислушиваться, когда я точно знаю, что планирую делать?

Никто не может изменить мое решение. За все мои годы никто не смог этого сделать. Так почему же это должно измениться сейчас?

— Достаньте мне все, что можете, на этого человека, — приказываю одному из своих людей, сидящему на пассажирском сиденье машины. Я скидываю ему по airdrop фотографию, пока водитель везет нас обратно в ее квартиру.

Моя маленькая дерзкая лисица.

Она еще не знает, что играет с огнем.

И когда я чего-то хочу, я это получаю.

Даже если она держит бой.

Глава 11

Райя

Руки Эндрю повсюду. Буквально повсюду на моем теле. Как будто кто-то включил ускоренную перемотку, и он забыл, как замедляться.

Твои руки точно должны быть там?

Делаю глубокий вдох и стараюсь не думать о другом мужчине, пока этот безуспешно пытается меня раздеть.

Но это тяжело.

То, как глаза Крю фокусируются на мне похоже на то… как если бы он видел все мое нутро насквозь и каждый чертов раз указывал мне на это.

Засранец.

— Эндрю.

Он делает паузу, но также быстро убирает от меня свои цепкие руки и переключается на свою одежду. Эндрю улыбается словно выиграл в лотерею, и расстегивает рубашку.

— Помедленнее. Это не гонка, — говорю ему, затем поворачиваюсь и вхожу на кухню. Открываю шкаф, беру бутылку красного вина и наливаю себе бокал. Подняв глаза, вижу, что он все еще раздевается.

— Хочешь вина?

— Я хочу тебя, — говорит он с нетерпением.

Посмеиваюсь. Мне приятно быть желанной. И Эндрю знает, почему он здесь. Чтобы трахаться. Он знает, что мне больше ничего не нужно, только секс. И он согласился. Так почему я не позволяю ему сделать свое дело? Поднеся бокал вина к губам, выпиваю его целиком и качаю головой.

— Ты хочешь меня.

Окей, он хочет меня.

Я могу сделать это.

Я люблю секс, и секс любит меня.

Обхожу кухонную стойку и ожидающего меня обнаженного Эндрю.

Секс.

Это просто секс.

— Почему ты хочешь меня? — спрашиваю я и тянусь к расстегнутой наполовину рубашке, которую пытался с меня снять Эндрю.

— Ты себя видела? — спрашивает он с улыбкой, его член напрягается еще сильнее, когда мой взгляд падает на него. У него хороший размер, средний, может быть. Должна признать он уверен в себе.

Я познакомилась с Эндрю несколько месяцев назад через Монику, и мы некоторое время переписывались и общались. У меня не было ни времени, ни возможности встретиться с ним до сегодняшнего вечера. И я собиралась снова отказаться от него, но Крю меня разозлил.

Почему он должен иметь право голоса относительно того, с кем я встречаюсь?

Он не должен.

Он знает меня сколько? День или два? И думает, что имеет полный контроль надо мной.

Вот уж обхохочешься. Крю никогда не сможет контролировать меня.

Я бы никогда на это не подписалась.

Расстегивая последние несколько пуговиц рубашки, стягиваю ее, оставаясь в юбке и красном кружевном