Смотри сердцем. Целительница для Князя - Карина Родионова

Портрет Санька также был разослан по различным полицейским управлениям. Пока только по столице. И это сработало. Один из полицейских, чей участок находился в районе для зажиточных жителей столицы, узнал мальчишку, который стучался в дверь в один из домов этого района.

— Я обратил на него внимание, потому что выглядел он… Ну это был типичный уличный бродяга. А у нас только очень обеспеченные люди проживают. Я и решил понаблюдать, как бы не спёр чего. Но его впустили в дом, а через пару часов он вышел и служанка закрыла за ним дверь. Так что я успокоился, что все в порядке. Мало ли, зачем такому человеку понадобился мальчишка. Может, поручить чего решил.

— А что это был за дом, куда он стучался, вы запомнили? — спросил Петровский.

— Да, конечно. Это дом известного мага-целителя Шварца Бориса Моисеевича.

Евгений взял адрес и вскоре они с Инваром отправились в гости к Шварцу.

Борис Моисеевич, узнав, что в гости к нему явился сам Инвар Вяземский, принял их сразу. И дело даже не в том, что к нему явился сам княжич. Будучи менталистом, Шварц очень хорошо понимал, где власть показная, а где — реальная и с кем не стоит ссориться.

Инвар сразу показал магу портрет Санька.

— Этот парень приходил к вам, — не спрашивал, а скорее утверждал он.

— Приходил, — согласился тот.

— Мне нужно знать, зачем и когда он приходил.

— Вы понимаете, что есть врачебная тайна и я не могу ее выдавать посторонним людям.

— Я не посторонний, — сказал Инвар. — Я его… Ее муж.

Он тут же приподнял рукав рубашки, демонстрируя брачную метку.

— Вот как! — задумчиво пробормотал целитель и некоторое время внимательно вглядывался в посетителя.

— Вы сказали правду, — продолжил он, спустя пару минут. Но я могу рассказать все только вам, вашему спутнику придется подождать в гостиной. Служанка подаст вам чай или кофе, — обратился он к Петровскому.

Когда они с Инваром остались одни, Борис Моисеевич продолжил:

— Она пришла ко мне с месяц назад в образе мальчика с улицы. Но у нее были такие рекомендации, что я не посмел отказать ей в приеме.

— Чьи именно рекомендации?

— Мастера. Если вам это что-нибудь говорит.

— Говорит, — кивнул головой Инвар.

— Если опустить подробности и специфическую терминологию, то у девушки была черепно-мозговая травма с магическим воздействием. Ее энергетические каналы были перепутаны, что обрывало кое-какие связи и мозг просто не в состоянии был обрабатывать зрительные образы, идущие от глаз. У нее также была потеря памяти: ничего, что происходило с ней до травмы, она не помнит. Как и то, когда и как ее получила.

Инвар отхлебнул принесенного служанкой кофе. В целом он был в курсе об этом. Шварц продолжал свой рассказ:

— Я провел с ней исцеляющий сеанс. Поправил кое-какие связи, выровнял общий энергетический фон.

— Это помогло?

— Да, зрение вернулось к ней сразу.

— А память?

— А вот с памятью так сразу решить проблему не удалось. Нужно было, чтобы состояние после правок стабилизировалось. Тогда и память должна к ней начать возвращаться. Я назначил ей второй сеанс для закрепления результатов.

— Она приходила второй раз?

— Да, я провел ей второй сеанс. Вернулась ли к ней теперь память, я не знаю, но очень на это надеюсь. Там все вполне успешно выправилось. И знаете, что еще?

— Что? — подобрался Инвар.

— Во время получения травмы и магического воздействия у девушки слетел блок, который был установлен на ее магические способности.

— У нее есть магические способности?

— В какой-то мере, да. В первую очередь это — ясновидение. Была ли эта способность в ней заблокирована специально или она родилась такой, но до травмы она явно не владела ею. А вот воздействие магией в сочетании с проблемами со зрением послужили толчком для разблокировки и дальнейшего развития ясновидения.

— А сейчас, после вашего лечения, оно осталось?

— Да, по ее просьбе я не стал заново блокировать ясновидение.

Попросив Шварца как-то отсигналить ему в случае, если Осанна вдруг зайдет к тому, Инвар распрощался с магом и они с Евгением отправились обратно во дворец. По дороге он рассказал все другу.

— К ней вернулось зрение. Значит, она теперь что, обычная? — с сомнением рассуждал он.

— Размечтался! — хохотнул Евгений. — Твоя жена никогда не станет обычной, даже если вдруг лишится своего ясновидения, я тебе точно говорю.

Инвар был вынужден согласиться — что-то особое, отличавшее ее от всех знакомых ему девушек, останется в ней навсегда, даже если вдруг у нее пропадет такая способность, как ясновидение.

А спустя еще пару недель нашелся Роман Баев.

Глава 9

Инвар

Оказывается, Роман и не скрывался. Просто перебивался временными подработками, путешествуя по стране в качестве телохранителя или охранника для ценных грузов. В тот период, когда на него случайно наткнулся один из агентов госбезопасности, у Ромы как раз был период между двумя разными подработками. Так что Инвар с Петровским нашли его в таверне в небольшом городе недалеко от столицы. Парень сидел в углу в полном одиночестве и пил. Нет, даже не так, он БУХАЛ!

На столе стояли большая бутылка с чем-то явно крепким, тарелка с солеными огурцами и блюдце с сухариками. Сам Роман выглядел осунувшимся, заросшим и был весь какой-то помятый. Он сидел и методично опрокидывал рюмку, едва успевая ее наполнять заново.

— М-да… что-то я сомневаюсь, что Осанна с ним, — высказал свое сомнение Петровский.

Мужчины подошли к столику, за которым сидел Роман.

— Позволите? — вежливо спросил Евгений.

Рома посмотрел на них мутным взглядом, видимо какое-то время пытался решить, нужны ли ему сейчас собутыльники или лучше глушить горе в одиночку.

— А, падайте! — в конце концов махнул он рукой на стоящи рядом стулья.

Подавальщица тут же принесла еще пару рюмок.

— Иван, — протянул руку новому знакомому Инвар, — а это — Женя. За что пьем, что празднуем?

— Роман, — представился тот в ответ, — отмечаю полную свободу от всех обязательств!

— Свобода — это хорошо! Вон Женька, — махнул Инвар на приятеля, — наотрез отказывается жениться. Его мать уже сколько лет пилит, а он ни в какую, мол, не променяю свою свободу ни на что!

— Да я бы и не