Мне нельзя тебя любить - Мира Ли

– Ты дома?

– Угу, – промычала я в ответ, сил отвечать нормально не было – я вся осталась на физике.

– Атташе сообщил, что вчера в нашем районе арестовали сотрудников охраны бизнесмена Шина, которые, говорят, были соучастниками нескольких изнасилований. А сам насильник – его старший сын Ю Шин. Парень уже давно в бегах, полиция разыскивала его. На днях этого избалованного мажора кто-то так избил, что ему пришлось обратиться в больницу, там его и взяли.

Я резко села.

Насильник… побили… сотрудники и соучастники…

Пазл, не дающий мне покоя последние дни, наконец-то собрался.

Выходит, я отвлекла Яна Тэхо как раз в тот момент, когда он лупил серийного насильника?!

Мне даже дурно стало. К этим уродам у меня отношение было особое.

– Будь осторожнее, – между тем продолжал отец, заметив, как я побледнела. – Кто бы мог подумать, что в Сеуле двадцать первого века, да еще в таком районе, как наш, возможно подобное. Кстати, как дела в школе?

– Нормально. Я перевелась в технический класс.

– Хорошо, – ответил он, направляясь в свою комнату, но вдруг быстро вернулся обратно. – Куда ты перевелась?!

– Думаю, отец Тэхо против того, чтобы мы учились в одном классе. Поэтому я решила, что мне проще перевестись. Я все равно еще толком ни с кем не познакомилась.

– А класс оказался технического профиля? – Отец едва сдерживался, чтобы не захохотать.

– Ну да…

Он все-таки засмеялся.

– Кажется, мне нужен репетитор, – опустив голову промямлила я.

– Я спрошу. Возможно, мне кого-нибудь посоветуют, – все еще улыбаясь, сказал отец и пошел к себе. – Ой, Мия, Мия… Если ты будешь так каждого жалеть, то однажды загонишь себя в угол.

Чего говорить, я уже почти там и есть. Одно успокаивает: интуиция не подвела, и пожалела я положительного персонажа, а не злодея.

Мой план «спустить на тормозах учебный процесс» и дотянуть до экзаменов трещал по швам. Если так и дальше пойдет, то я останусь без аттестата.

Как и обещал, отец нашел мне репетитора по математике и физике – пожилого профессора Мина. И все бы ничего, только он вообще по-русски не разговаривал. Хорошо, хоть английский иногда спасал. Но экзамен проходит на корейском, а я была еще очень далека от понимания технических терминов. Помучавшись с ним пару занятий, мы нашли выход – стали рисовать схемы, формулы и объяснения. Дело пошло веселее. Параллельно я изучала учебники на русском и вовсю пользовалась корейско-русским словарем.

Надо сознаться, что за свою школьную жизнь я еще никогда не училась с таким усердием. Грета даже пошутила во время нашего последнего разговора, что у меня передозировка корейского воздуха, и скоро я начну кланяться направо и налево, без конца за все благодарить и фотографироваться, отставив два пальчика в форме буквы «V»[9].

Погруженная в идею «любой ценой сдать выпускные экзамены», в школе я почти не выходила из кабинета технического класса. Иногда ко мне забегала Ким Юри и рассказывала новости о моих бывших одноклассниках: Дэниэл выиграл городской конкурс проектов по истории архитектуры Средневековья, а Ян Тэхо, похоже, разошелся с Пак Джуми. Ну и, собственно, были ли они вообще когда-то вместе – большой вопрос, но то, что он ей стопроцентно отказал, слышал весь класс. По словам Юри, несколько девочек слышали, как Джуми потом долго плакала в женском туалете.

Я слушала бывшую одноклассницу и пыталась понять: рада я или нет, что променяла те непонятные напряженные отношения, полные не самых приятных эмоций и нервотрепок на зубрежку по математике и физике? Ответа пока не было.

Сегодня Ким Юри пришла в приподнятом настроении и не с пустыми руками. Прогнав сидящего передо мной вечно угрюмого отличника Арно Робера, она уселась на его стул и положила мне на парту конверт из дорогой дизайнерской бумаги. Я вопросительно посмотрела на нее.

– Вечером отмени все дела! – радостно сказала она. – Ты идешь на бал!

Я фыркнула и отодвинула конверт, даже не заглянув внутрь. Юри огорчилась, и я почувствовала легкий укол совести. Она же старается. По существу, Юри одна пытается поддерживать меня, несмотря на всеобщее безразличие.

– Это последняя вечеринка перед выпускным. Мероприятие только для избранных. Не все наши ученики могут попасть туда. – Она замолчала и многозначительно посмотрела на девушку за соседней партой, которая, открыв рот, внимательно слушала ее. Та сразу опустила глаза и сделала вид, что пишет что-то. – Короче, давай сходим! Покажешь всем, что ты не какая-то зазнайка и заучка. – Юри кивнула на мою парту, заваленную учебниками. – И голову разгрузишь.

– Ладно. – Я нехотя согласилась. – Только у меня ничего подходящего из одежды нет.

– У меня все есть! Я зайду за тобой после восьмого урока. Никуда не уходи! – Юри махнула мне рукой и выскочила в коридор.

Может, она и права. Стоит немного проветриться, будет что потом рассказать Грете, а то наши разговоры в последнее время стали все короче, а паузы длиннее.

Как и обещала, Юри зашла за мной после уроков, и мы поехали к ней домой.

– Ну а ты чья старшая дочь? – разглядывая большую машину представительского класса с личным водителем, спросила я.

Юри засмеялась и махнула рукой:

– Не старшая, а младшая. У отца небольшая компания… Ай, не забивай голову!

Ее дом оказался не менее представительным, чем машина, на которой нас встретили: огромный трехэтажный особняк с теннисным кортом, бассейном и отдельным домом для прислуги. А одна только комната Юри была такого же размера, как вся моя нынешняя квартира.

Она зашла в гардеробную и пропала там, а через некоторое время вышла с другой стороны комнаты с двумя красными платьями.

– Я думаю, что красный тебе пойдет.

– Не-не-не! Никаких ярких цветов! – замахала я руками.

Еще не хватало мне стать на этой вечеринке самым заметным пятном.

– Ну ладно… – Расстроенная Юри бродила где-то за стеной гардеробной, судя по всему, протянувшейся вдоль всей комнаты. – Тогда черный?

Я примерила несколько платьев и в каждом мне что-то не нравилось. Юри же, наоборот, каждый раз приходила в неимоверный восторг и восхищение. В итоге мы остановились на коротком черном платье с большим вырезом на груди. Меня это категорически не устраивало, а Юри говорила, что я привыкла одеваться так, словно на рынке работаю. И, вообще, я ничего не понимаю в красоте и стиле.

– Такую грудь, как у тебя, вообще преступление прятать! – выдала она убойный, на ее взгляд, аргумент и