Волшебница по привычке - Валентина Алексеевна Савенко

не сопротивляться и посмотреть на волшебницу. Убедиться: с ней все в порядке. В итоге не сдержался. Поцеловал. Как тогда, в первый раз. Его желания усиливала мощь хаоса в крови. Противостоять ей было сложно. Тот поцелуй, когда Ари привела его своим рисунком первый раз, долго будил в нем злость и ревность… к самому себе. Ари ведь не знала, что крылатый и он – одно лицо. А злость питала ярость. И вместе с ней росла разрушительная сила. И в Дамиане оставалось все меньше человеческого.

Но сейчас что-то изменилось.

Ари была рядом, и он сидел на месте, боясь ее потревожить. И ярость нашла совершенно другой выход. Капли, падающие с потолка, шум воды. Лиловая дымка окружила его и волшебницу, не давая первому попасть на Ариану и защищая от оглушающего шума водопада.

Как долго сила будет в таком доброжелательном настроении, Дамиан не мог сказать. Но очень надеялся, что времени хватит, чтобы истощенная магически Ариана пришла в себя и он успел унести ее подальше от себя.

Как у нее вообще вышло открыть путь к нему?

На вытаскивание Винса ушли все ее силы, силы артефакта и силы Дамиана.

Сейчас Ари действовала одна.

Результат лежал в его объятиях.

Дамиан осторожно провел тыльной стороной ладони по щеке Ари. Откуда у полукровки волшебницы такие силы? И о чем забыли, старательно затирая упоминания о сумеречниках, историки и маги?

Склонив голову, Дамиан коснулся губами виска Арианы.

Она вздрогнула и открыла глаза. Пару минут непонимающе смотрела на крылья, укутывающие ее по самую шею. Потом повернулась к нему, в глазах появилась радость. Подскочив на месте, она обняла его за шею, уткнулась носом в ямку над ключицей и выдохнула:

– Получилось!

* * *

Аромат пыли и старого дерева окутывал, едва слышно звучала злая мелодия. Тепло крыльев согревало. А я все никак не могла оторваться от Дамиана: закрыв глаза, пыхтела, словно еж, уткнувшись в его шею.

Вышло! Получилось!

Мышцы подрагивали от перенапряжения, в голове шумело, блузка, юбка и волосы, вымоченные под водопадом, липли к коже, но я была невероятно счастлива.

Получилось!

Не знаю, сколько я сидела на коленях Дамиана, сопя ему в шею. Ловец не торопился размыкать объятия из рук и крыльев. Иногда поглаживал меня по волосам, касался губами макушки.

Нашла. Я его нашла.

Сипло выдохнув, я подняла голову. Стена водопада, подсвеченная солнцем, пропускала достаточно света, чтобы я могла оценить большую пещеру.

Камни кое-где были разрушены в пыль, которая перемешивалась с пеплом. Тонкую, едва заметную лиловую дымку, окружающую нас с Дамианом. И самого Дамиана.

Темные от сырости пепельные волосы были взъерошены. В карих глазах – темно-лиловый, полный хаоса, зрачок. Крылья под цвет волос. Серые, с лиловыми же росчерками, словно хаос оставил печать, напоминая, что именно он создал их… и изменил Дамиана.

Я все еще ощущала его как некое существо, напоминающее нечисть.

– Страшный? – насмешливо спросил Дамиан.

Я отрицательно покачала головой, провела кончиками пальцев по сгибу крыла, укутывающего меня теплым щитом:

– Волшебный… сказочный… уникальный.

Дамиан негромко хмыкнул:

– Не такой уж уникальный.

– Винс такой же?

– Почти.

– Что с тобой случилось? – Я заглянула в грустные глаза, в глубине которых таилась ярость.

– Я стал ловцом. Сам. – Дамиан обнял меня, положил подбородок на мою макушку.

Вытащил руку, пальцы которой были украшены острыми графитовыми когтями, на их кончиках вспыхнуло лиловое пламя. В нем загорались и гасли разноцветные искры: алая, синяя, зеленая, желтая.

– Знаешь, почему в хаосе есть искры других стихий? – Дамиан шевельнул пальцами, заставляя лиловое пламя стать вихрем и переползти на ладонь.

– Почему? – Я завороженно смотрела, как вихрь становится каплями, потом ростком и, наконец, просто лиловой дымкой без формы. – В нем есть другие стихии?

– Нет. – Дамиан сжал кулак, а когда разомкнул пальцы, на его ладони плясал огонек, крутился вихрь, висели капли воды и перекатывались частички земли.

– Он есть во всех стихиях? – Я осторожно коснулась кончиком ногтя вихря.

Он вздрогнул и превратился в лиловую дымку.

– Он и есть первая стихия. – Дамиан шевельнул пальцем, превращая в вихрь лиловый туман и создавая еще один его клочок. – С него все началось. Им и заканчивается.

Он отпустил стихии, и они зависли в воздухе, расположившись точно, как в круге стихий, предназначенном для контроля над силами.

– Но почему об этом не говорят? – Новое знание ошарашило, заставило задуматься.

– Говорят, но в высших школах. Считается, что остальным это знание лишнее, напугает, заставит еще больше бояться эту, безусловно, полезную в умелых руках стихию.

А некроманты и ловцы и так для всех не от мира сего. Первые опасные, вторые вообще ужас ужасный. Если хаос во всех стихиях и они вышли из него…

– Значит, вот как ловцы пробуждают силы других стихий! – прошептала я. Заключают сделку с хаосом, и он просто создает в них магию. – Но что взамен? – Эн всегда говорила, что у всего есть цена.

– Обмена как такового нет. Свойство не врожденное. Чтобы вынести силу стихий, тело и душа ловца меняются. – Дамиан невесело усмехнулся. – Ловцов не просто так боятся, считают непредсказуемыми. Это хаос вытаскивает самое плохое в их душе. Делает своим воплощением в мире живых.

– Но вы… они, – исправилась я, мне казалось, что относить Дамиана к ловцам нельзя, он другой, – они ведь не крушат направо и налево и… выглядят людьми?

Дамиан вытянул руку, поймал стихии, сжал пальцы, превращая магию в пепел.

– Потому что вы не видите всех. Выходят из цитадели не все… Одни не выдерживают силы хаоса. Других уничтожают свои. Остаются только те, кто может стать человеком и всю жизнь жить только в этом облике. Оборотни – сказка, и ловцы делают все, чтобы они ею и остались.

Представив, что творится в стенах цитадели ловцов, я громко икнула.

Дамиан коснулся губами моих волос, обнял руками.

– Но весь фокус в том, что легко контролируют свой внешний вид только те из нас, в ком меньше хаоса.

А значит, и силы.

– Поэтому среди ловцов все время находятся сторонники изучения аномалий вроде меня, самородков, возникших без позволения, вне стен цитадели. – В голосе Дамиана прозвучала злость и ярость. – Но чтобы отправить к живодерам от магии, надо вначале доказать, что нет контроля над силой. Иногда это сделать не так просто.

Когда новоявленный ловец умный и у него есть мощный семейный артефакт… который я уничтожила!

– Официально изучать можно только таких, как я, – усмехнулся Дамиан.

– А неофициально? – Я вспомнила Винса, его крылья, его когти и то, что я периодически ощущала его как не-человека, но и