Исцели мое сердце - Александра Дорогова

Белла улыбнулась, но ей было так грустно. Ей приснилась мама, и сон был настолько реалистичный, что не хотелось просыпаться. Мама улыбалась и гладила по волосам, как в детстве. А затем она стала испаряться, и Аннабель проснулась.

Евгения посмотрела на Аннабель, заметив, что с ней что-то не так. Она забеспокоилась о здоровье девочки.

— Что случилось, милая?

— Мне приснилась мама…

Женя обняла Аннабель, и та прижалась к ней, так сильно, что Островская была удивлена. Она знала, как девочка пережила смерть матери, ей обо всём рассказал Уилл. Актриса не знала, как помочь, но она понимала боль.

— Я знаю, что ты скучаешь по ней, — сказала Евгения, нежно проведя рукой по её длинным спутавшимся волосам. — Но если ты будешь грустить, то и она будет.

— Ты немного психолог? — спросила Белла, улыбнувшись. В её синих глазах появилась искра.

— Возможно, — ответила Женя. — Давай поешь, а потом я тебе вкусненькое принесу.

— А можно сразу вкусненькое? — спросила Белла, посмотрев на тарелку с куриным бульоном.

Женя покачала головой, и Белла приступила к супу. Она любила куриный бульон, бабушка всегда им сбивала ей температуру. Бабушка рассказывала, что именно так в древности на Руси лечили предки, когда не было медикаментов.

Белла знала, что у Жени потрясающая семья. Это было видно по фотографиям, которые актриса выкладывала в сеть. Девочке всегда было интересно узнать, каково это — быть из многодетной семьи. Уилл хоть и был приёмный, но им было весело с сёстрами и братом. Они мало рассказывали о том, как именно оказались в детском доме, но когда они попали в приёмную семью, их жизнь изменилась. Они никогда не чувствовали себя одинокими. Белла тоже хотела иметь брата или сестру, но она была единственным ребёнком — если Уилл, конечно, в скором времени не решится жениться. Белла посмотрела на Женю. Та стала бы замечательной женой и заботливой матерью.

После того как Белла поела, Евгения обработала ей руку, дала таблетку. Слабость у девочки ещё была, поэтому она осталась лежать в постели.

Когда Женя впервые зашла в комнату Беллы, она сразу вспомнила свою в родительском доме. Не то чтоб она была точно такой же — Женя делила одну комнату с сестрой Олей, — но здесь было так же светло и уютно. Это была большая комната на втором этаже, и самая тёплая. В ней стояли широкая кровать, шкаф с зеркалом и тремя большими отделами, письменный стол, за которым Аннабель делала уроки, и ещё книжный шкаф. На стенах висели плакаты и две доски-стенда. На одной была Белла с подругами, с папой и фотографии природы и животных. На другой — вырезки из журналов, цитаты, фотографии знаменитостей.

— Женя, а ты была в Санкт-Петербурге?

— Конечно, — улыбнулась актриса. — Там живёт моя тётя, и мы каждые каникулы проводили у неё.

— Здорово, я бы хотела побывать в России, — сказала Белла. — Бабушка много рассказывала о ней, но мне этого мало. Я хочу увидеть разводы мостов, сходить в Эрмитаж, сфотографироваться на Красной площади… — Когда она говорила, у девочки загорались глаза, и это поднимало Жене настроение. — А ещё ваши традиции такие странные.

— Когда-нибудь я отвезу тебя в Москву и покажу тебе свои любимые места.

Аннабель и Евгения проболтали почти до полуночи. Они смеялись, не могли остановиться. Глаза у Беллы начали закрываться, и Женя заметила, что девочка уснула. Она улыбнулась, но уходить пока не стала — вдруг Белле понадобится помощь.

Глава 4

Уилл прилетел ранним утром. Его сделка с инвесторами прошла успешно. Теперь оставалось дождаться строительства трёхэтажного здания мини-гостиницы с рестораном.

Друг Брауна был так благодарен, что предложил долю, но тот отказался — у него были другие планы. Уильям присмотрел место, где можно открыть кафе. Он давно мечтал расшириться, и это была отличная возможность.

Когда он зашёл в дом, его ждала гробовая тишина. Первой его мыслью было, что все ещё спят. Уилл поднялся в спальню и не обнаружил там Жени, более того, кровать была заправлена.

Он вошёл к дочери и не сдержал улыбки. Его девочки спали в обнимку. Это была самая лучшая сцена, которую он когда-либо видел. Взяв фотоаппарат в руки, он незаметно щёлкнул, подумав, что это фото непременно должно быть в семейном альбоме. Ведь Женя теперь — член их семьи, и Уилл был рад, что дорогие ему люди нашли общий язык.

Он подошёл ближе к Жене, нежно провёл ладонью по её лицу. Она была очень красивой, похожей на принцессу. Уилл наклонился к Евгении, поцеловав в губы. Её ресницы задрожали, и через несколько секунд Женя открыла глаза. Увидев Уилла, она улыбнулась.

— С добрым утром, спящая красавица, — сказал Уилл.

— Привет, — улыбнулась Евгения. — Давно ты вернулся?

Она посмотрела на Беллу, которая обнимала Бусю. Собака терпеливо лежала с открытыми глазами. Малыш спал в ногах. Женя помнила, как заснула девочка, и сама хотела перебраться в спальню, но решила присмотреть за ней на тот случай, если жар вернётся. Видимо, она так и уснула.

Аннабель повернулась на другой бок, забирая всё одеяло себе. Евгения усмехнулась: у них было много общего с дядей. Она посмотрела на Уилла, который до сих пор не ответил.

— Как только закончилась встреча, сразу взял билеты на ближайший рейс. И вот я тут. — Он перевёл взгляд на Беллу. — Как она?

— Ей уже лучше.

— Это очень хорошо.

Уилл протянул руку Жене, и они вместе вышли из комнаты. Евгения отправилась в душ, а Уилл на кухню, готовить кофе и завтрак. Женя и забыла, когда в последний раз мужчина готовил для неё что-то.

— Уилл, может, тебе помочь? — предложила Женя, вернувшись из ванной и завязывая халат. — Ты ведь только что с самолёта.

— Женечка, родная, сядь, — ласково произнёс Браун. — Я хочу позаботиться о тебе.

Островская сдалась, зная, что с ним бесполезно спорить.

Уилл поставил перед ней тарелку с яичницей со смайликом посередине. Женя невольно улыбнулась.

Браун решил сходить за Беллой, чтобы позавтракать всем вместе. Но идти ему не пришлось. Белла сама спустилась на кухню, протирая глаза и невольно зевая. Рядом бежали собаки, которые обогнали хозяйку и кинулись к мискам, где был насыпан корм.

В доме раздался звонок. Уилл отправился открывать дверь.