Ненавижу тебя - Белла Джей

— Я совершила ошибку, влюбившись не в того мужчину. Я совершила ошибку, доверившись ему. Но будь я проклята, если ты или кто-нибудь другой назовет этого ребенка ошибкой из-за всего этого.

Я приподнялась на носочках. Мое лицо было так близко к лицу Спенсера, что я могла разглядеть золотые искорки в его зеленых глазах.

— Я оставлю этого ребенка себе.

— Сиенна…

— Не трать зря время.

Я отступила на шаг.

— Ни ты, ни кто-либо другой не сможет сказать ничего, что заставило бы меня передумать. — Мои слова пронзили напряженный воздух вокруг нас, и мое сердце бешено заколотилось. Я любила обоих братьев, и Сайлас был прав. Мои отношения со Спенсером были другими, и именно поэтому я знала, что Спенсер так отреагирует.

— Ты хоть понимаешь, на какую жертву идешь? — Взгляд Спенсера был жестким и мрачным, когда он смотрел на меня.

— О, я догадываюсь.

— Ты выбрасываешь на ветер всю свою гребаную жизнь только потому, что умудрилась залететь от мужчины, которого, блядь, едва знала.

— Хватит! — Сайлас бросился вперед и схватил Спенсера за воротник. Костяшки его пальцев побелели, когда он притянул его к себе. — Я знаю, это шок для всех, но, черт возьми, следи за своим языком, когда разговариваешь с ней.

— Сайлас, прекрати! — Я попыталась дотянуться до него, но он резко отпустил Спенсера и отступил назад.

— Держи себя в руках, чувак.

Вытерев слезу, которая скатилась по моей щеке, я повернулась спиной к братьям.

— Сиенна, — позвал меня Спенсер. — Подожди. Куда ты идешь?

— На улицу.

— Нам нужно поговорить об этом.

Он ошибался. Последнее, что мне сейчас было нужно, — это говорить об этом. Мне срочно нужно было побыть вдали от всего этого.

Глава 7

Сиенна

Я написала Эндрю, попросив его не заезжать, а встретиться со мной в кафе. Мне нужно было время, чтобы прийти в себя.

Спустя час он ожидал меня у входа в «Индульгенцию», лучшего бара в городе.

Я подошла к нему, плотнее запахивая пальто.

— Ты бы мог занять нам столик, пока ждал.

— Я хотел поступить, как джентльмен. Подождать и проводить тебя, — игриво ухмыльнулся Эндрю, сунув руки в черную куртку. Он прищурился. — Ты в порядке?

— Да. А что?

— Ты выглядишь так, будто плакала.

— Ммм…

Я заправила волосы за уши, пытаясь придумать правдоподобную причину, почему я так дерьмово выгляжу. Но не смогла придумать ни одной.

— Знаешь, я даже не буду пытаться придумывать какое-то дурацкое оправдание. Да, я плакала. И нет, я не хочу об этом говорить.

Он пожал плечами.

— Принято к сведению. Тогда думаю, нам нужно взять пончик или что-нибудь шоколадное к кофе.

Я немного расслабилась и улыбнулась.

— Звучит здорово.

— Замечательно. Пойдем.

Эндрю открыл передо мной дверь, колокольчики зазвенели, и мы вошли внутрь. «Индульгенция» была необычным местом. На окнах были деревянные решетки, а на круглых столах стояли маленькие медные вазочки с пакетиками сахара. Полы орехового цвета и бежевые стены давали помещению ощущение теплоты и уюта.

При входе нас приветствовал аромат свежемолотых кофейных зерен. Я глубоко вдохнула. Это был запах, от которого мне всегда становилось хорошо. Может быть, потому, что именно от этого запаха я просыпалась, будучи ребенком, когда еще была жива моя мама.

— Давай сядем за этот столик. — Эндрю подошел к ближайшему к нам столику, отодвинул стул и помог мне сесть, после чего расположился напротив меня. — Знаешь, я никогда раньше здесь не был.

— Почему?

— Мы переехали сюда несколько месяцев назад, и у меня еще не было возможности, как следует изучить Атертон.

Я положила локти на стол.

— Вы со Спенсером учитесь в одном университете, верно?

— Ага.

— И ты решил переехать со своей семьей в Атертон. Это довольно далеко от университета, в котором ты учишься.

Он пожал плечами.

— Знаю. Звучит бессмысленно.

— Нет, — улыбнулась я. — Это не так.

Подошла официантка, держа в руках ручку и блокнот.

— Ребята, что вам принести?

Я фыркнула. Она спрашивала, что принести нам обоим, но при этом все время смотрела на Эндрю. Не то, чтобы я ее винила, ведь парень был просто находкой, он явно привлекал к себе внимание своими волшебными ямочками.

— Я буду «Лонг Макиато» и кусочек шоколадного торта.

Эндрю посмотрел в мою сторону.

— Хочешь шоколадный торт?

— Почему бы и нет? Кто сегодня считает калории?

Официантка неохотно оторвала взгляд от Эндрю и посмотрела на меня.

— Может, вы тоже хотите «Лонг Макиато»?

— Конечно.

Как только официантка начала уходить, меня, будто пронзило током.

— Я бы хотела кофе без кофеина.

Официантка кивнула и направилась к барной стойке.

Сначала я чувствовала себя не в своей тарелке, особенно из-за голоса Сайласа в моей голове, который твердил, что Эндрю неравнодушен ко мне. Но, к моему удивлению, разговор протекал легко, будто мы знали друг друга много лет. Я не уловила в его словах ничего странного или кокетливого. Мы были просто двумя друзьями, просто болтающими, смеющимися и наслаждающимися шоколадным десертом. Приятно было поговорить с кем-то без этого ощущения пустоты в животе, потому что разговор шел о недавнем прошлом, которое обрушило на меня шквал решений, изменивших мою жизнь.

— Видела бы ты своего брата. Спенсер был пьян в стельку и бегал по полю для лакросса в одних рваных боксерах.

Мы оба расхохотались.

— Я бы много что отдала, чтобы увидеть это, — сказала я между взрывами смеха.

— О, у меня есть фотографии.

— Реально?

Эндрю захихикал, кивнув.

— Эти фотки были у всех в телефонах уже спустя десять минут.

Он достал свой телефон, но я подняла руки и зажмурила глаза.

— Нет. Беру свои слова обратно. Я не хочу видеть брата в рваных труселях. Спасибо большое, но нет.

Наш смех утих. Я сделала последний глоток кофе без кофеина, после чего взглянула на часы на стене и поняла, что прошло уже два часа.

— Ого. Как быстро летит время.

Эндрю выпрямился на своем месте.

— Я могу заказать тебе еще кофе или что-нибудь другое.

— Нет. Мне, наверное, уже пора домой.

Он откинулся на спинку стула, а я положила телефон в сумочку.

— На каком ты месяце?

Я замерла.

— Что ты имеешь в виду?

— Я знаю, что ты беременна, Сиенна.

Мои глаза расширились, и я инстинктивно потянулась за чашкой, но она была пуста, и мне пришлось снова поставить ее на место, глядя куда угодно, только не на него.

— Я никому не скажу.

Я отважилась взглянуть на него. Мой мозг кричал, чтобы я отрицала это. То, как Эндрю смотрел на меня без осуждения,