Кровавая луна - Пенн Кэссиди

Я увидела, как дернулся мускул на его щеке и сжался правый кулак, но он не сказал ни слова. Я слегка ухмыльнулась мужчине, в то время как остальные прикрыли свои улыбки руками и притворились, что невероятно заинтересованы в еде. Мне было насрать, если я выводила из себя кого-то важного для стаи. Он был таким же грубияном, как и все остальные. Я сразу поняла, что он мне не нравится.

— Гарет, — строго сказала Кейт. Мужчина не повернул головы, но его глаза последовали за ее голосом. — Не мог бы ты сказать Августу, что ужин готов? Они с Кристофом все еще с мистером Ноктюрном у входа.

— Атлас уже здесь? — спросила я, возможно, чересчур поспешно. Прошло всего чуть больше часа, слишком рано для того, чтобы он успел проделать весь путь до города и обратно. Мой взгляд метнулся к Меррику, и я поняла, что он пытается сдержать закатывание глаз.

Кейт снисходительно улыбнулась.

— Пока нет. Я имела в виду Фауста.

— Ах, да.

Я все время забывала, что каждый вампир берет фамилию Ковена, к которому принадлежит. Я все еще привыкала к тому, что двое моих телохранителей на самом деле были членами Ковена Ноктюрн, а не людьми-пехотинцами, нанятыми Райаном. Этого было достаточно, чтобы у меня закружилась голова.

Гарет в гневе покинул комнату, но, что удивительно, не стал спорить с Кейт. Мне стало интересно, какова ее роль в этой стае. Ее парой, очевидно, был этот Кристоф — мужчина, которого я видела стоящим в углу со шприцем в руке. Он выглядел иначе, чем другие мужчины в стае. Меньше ростом, добрее. Если бы мне пришлось рискнуть предположить, я бы сказала, что он был врачом стаи или что-то в этом роде.

В комнату вошли трое мужчин. Я услышала их шаги по коридору, как только они вошли. Первым был Кристоф, который был значительно ниже остальных, с медово-светлыми волосами и добрыми карими глазами. Проходя мимо, он кивнул мне и сел рядом с Кейт, легонько чмокнув ее в щеку.

Затем я увидела, как Фауст пожал руку Августу, и мои брови поползли вверх от того, насколько сердечно они вели себя после того соревнования по измерению членов в лесу ранее. Фауст взглянул на меня без какого-либо определенного выражения, прежде чем направиться к Меррику и заговорить приглушенным голосом. Зеленые глаза Меррика метнулись ко мне и снова отвернулись.

Я корчилась, мне нужно было знать, что, черт возьми, происходит и что от нас теперь ожидают. Тяжелые шаги Августа приближались, огибая стол, пока он не достиг главного кресла и не сел. Между нами было четверо мужчин, и я была благодарна за расстояние. Тем не менее, он уже наблюдал за мной своими проницательными желтыми глазами.

— Ты хорошо выглядишь, — сказал он. Его низкий голос прогремел по комнате, хотя я знала, что он не повышал голоса. Он обладал мощным магнетизмом, который привлекал к нему все внимание. Он пробежался по мне глазами, и я отказалась теребить свои все еще сохнущие волосы.

— Душ действительно помог смыть кровь с волос, — сказала я шутливым тоном. — Честно говоря, я удивлена, что ты просто не приказал облить меня из шланга во дворе.

— А как тебе комната? — спросил он, полностью игнорируя мой сарказм. Все смотрели на нас двоих, затаив дыхание, словно ожидая взрыва.

— Все в порядке, спасибо. Должна признать, что это улучшение по сравнению с моим предыдущим жильем. Обитые стены и цепи на самом деле не являются моим идеалом эстетики.

Он на мгновение замолчал, и я поняла, что Меррик и Фауст теперь тоже наблюдают за нами. Я искоса посмотрела на вампиров. Они смотрели на меня так, словно хотели подойти и залепить мне рот скотчем. Август сделал большой глоток из открытой бутылки пива, стоявшей перед его тарелкой, прежде чем откинуться на спинку стула, его взгляд, наконец, оторвался от меня и окинул остальных за столом.

— Погребальные обряды возобновятся, как запланировано. Три дня и три ночи согласно закону стаи.

— А что насчет города? Можем ли мы позволить себе ждать так долго? — Спросил Гарет, напрягшись в своем кресле. Раздражение вспыхнуло во мне просто от звука его голоса.

Август бросил на него суровый взгляд и сказал.

— Нок-Сити все еще будет там, когда обряды закончатся. Люди в бешенстве и, вероятно, в конечном итоге уничтожат свои собственные кварталы, прежде чем поймут, что дарклинги объединились. У нас есть время.

Похоронные обряды. Он говорил о волчатах? Боже, мне казалось, что прошла целая жизнь с тех пор, как я узнала о щенках, но день еще даже не закончился. Хотя я мало что знала об оборотнях, я знала, что они очень серьезно относились к своей стае. Смерти оборотней были редкостью из-за того, насколько стаи были изолированы от общества. Большинство из них доживали до столетий, если только не убивали друг друга.

Из тех базовых знаний, которые у меня были об оборотнях, я знала, что они поклонялись богине луны Селене, и похоронные обряды были способом отправить к ней душу их падших. Их религия по большей части была для меня загадкой, поскольку нас не учили этому в школах, но кое-что я все же знала. Вместе с двоюродной сестрой, которая была одержима правами и свободами дарклингов, я была посвящена во многие ее исследовательские кутежи и, на удивление, была поглощена информацией и сохранила большую ее часть.

Несколько оборотней за столом взглянули на меня, но когда я встретилась с ними взглядом, они быстро отвели глаза. На лицах каждого из них была явная боль. Боль, которая могла исходить только от чистого, свежего горя. Я опустила взгляд на стол, когда чувство вины затопило меня. Я знала так же хорошо, как и все в этой комнате, что я была причиной убийства щенков. Они умерли, потому что люди отомстили за мое похищение. Как они могли сидеть здесь и смотреть на меня, не желая снести мне голову с плеч?

— Атлас встречается с Эстель Найтингейл, — сказал Август. Мои глаза расширились. Эстель, матрона