Я тебе не невеста, царевич! - Катя Водянова

Ими Велемир и занялся, утащив за собой Инея. Наверняка боялся оставлять его наедине с Любашей, вдруг та все-таки продаст бедолаге новенькую лютню. И вырастет их совместный долг в несколько раз.

Я же пока решила прогуляться, разминая ноги и спину, тоже сходила к ручью, чтобы немного намочить голову, а когда вернулась ко всем, царевич уже старательно раскладывал костер. Еще и веток набросал рядом, чтобы сидеть не на сырой земле. Любаша уже устроилась в мягком кресле, не иначе как вытянутом из сундучка, и увлеченно жевала толстый бутерброд. Я повертела браслет, выбрала на нем одну бусину, сжала ее в кулаке и бросила. Тут же на ее месте появилась простенькая скамья со спинкой, а перед ней – столик.

– Ну ты даешь, Кудесница! – одобрительно хмыкнул Иней. – А поесть ничего нет?

– Могу предложить долгогорящие дрова, самонагревающийся котел и усушенную кашу, – сразу взялась за дело Любаша. – Залил горячей водой – и она готова. Бытовая магия за последние годы шагнула далеко вперед, ни к чему отказываться от ее достижений! Торговый дом Укушуевых в течение многих лет поставляет лучшие товары для комфортных путешествий!

– Нет уж, мы сварим обычную кашу на обычных дровах, – огрызнулся Велемир. Ишь, злой какой, будто Любаша виновата, что у него со сребрами негусто!

Я на его слова только пожала плечами и расстелила на столике призванную магией скатерть, затем взмахнула платком, и на той появились блюда с пирогами и горшочек наваристой похлебки, еще исходящей паром.

– Угощайтесь, – пригласила я остальных и первой придвинула к себе тарелку.

Любаша только отмахнулась бутербродом, наверняка просто поленилась вставать из своего кресла. А вот ее пятнистый, точно корова, конь, глядел на меня с печальной мольбой. Странный все же! Столько аппетитной, сочной травы вокруг, а он на мою похлебку засматривается.

– Хочешь, ешь, никто не возражает, – загадочно произнесла Любаша, непонятно к кому обращаясь.

На что конь обиженно фыркнул и ушел с поляны. Правда, из-за кустов его печальная морда выглядела еще жалостливее, так что я вытащила из кармана яблоко и отнесла его страдальцу.

Тот замотал головой, затем все же взял угощение, но с такой тоской, будто я этим яблоком собралась его начинить и зажарить на вертеле. Все же странный он, хотя в нашей чудн о й компании по-другому и не бывает.

Зато Иней уже вовсю уплетал мою похлебку и закусывал пирогами.

– Я пешедумав, – буркнул он, – шенись на этой, она мне ншавится!

Велемир недобро сжал челюсти, посидел еще немного у несостоявшегося костра, после чего нехотя подошел к столу. Еду он набирал с каменным лицом и подозрительно косился на меня. Переплюнул даже Любашиного скакуна в своих странных взглядах. Честное слово, уже хотела стукнуть его ложкой или выставить счет, тогда, кажется, Велемиру было бы проще принять от меня еду.

Но в очереди на удары ложкой он стоял далеко не первым.

– Симпатичная, полезно колдует, обеспечена деньгами, на тебя запала, – перечислял мои преимущества Снежок. – Вот правильно ты на нее колечко надел! Я всегда говорю, что случайный выбор – самый верный!

– Думать вообще не твоя сильная сторона, – отмахнулась Любаша.

– А от этой ты правильно отказался, – ткнул он пальцем в ее сторону.

– Ой все, сейчас рыдать пойду! Одним глазом из-за царевича, вторым из-за тебя!

– Да хватит вам! – рявкнул Велемир, но поглядел при это на Инея.

За стол царевич, кстати, так и не сел, ел стоя, подперев плечом березу. Я же наблюдала за ним и до сих пор не могла поверить, что смотрю на своего жениха. Да я вообще замуж не собиралась! Тем более за особу царских кровей.

Нет, надо как-то от него избавиться. В смысле, от жениха, а не от Велемира. Лезть в политику я совершенно не готова. Не то вдруг окажется, что он вправду самый адекватный из царевичей? Ввергну в смуту Тридевятое, а мне здесь нравится.

Но долго сдерживаться Снежок не умел, наверное боялся, что если замолчит, то в его голову начнут лезть всякие мысли. Думай их еще потом, переваривай…

– Слушай, Василиса, а как ты докатилась до жизни такой? – спросил он, отставляя от себя тарелку. Та тут же исчезла с моей волшебной скатерти, как и не было. – Как ни крути, а у вас с Любашиным конем самые загадочные истории.

На этом он встал, бессовестно прихватил со стола кувшин с взваром, и теперь пил оттуда, жадно прихлебывая. И к сожалению, болтать это ему не мешало.

– Вот смотри. Велемир родился царевичем, путей перед ним открыто немного: или садишься на трон, или полезен ему, или тебя по кускам выбросили в яму, чтобы не мешался. Любаша…

Та недобро поглядела на него и прищурилась, но вмешиваться не стала.

– … купеческая дочка. Тоже как бы все понятно, желание облапошить ближнего своего у нее в крови. Я просто талантлив, такое не скрыть. Но вот ты настоящая темная лошадка. Кто? Откуда? Почему из всех возможных женских профессий…

– Жена или вдова? – подсказала ему Любаша. – Или было же еще, дай-ка подумать… Ведьма?

– Я тебе навскидку еще с десяток назову, – скривился Иней. – Но речь не о том. Как ты решила стать свахой?

Вопрос был интересный. Не то чтобы я скрывала причины, но и рассказывать о них тоже не любила. Впрочем тех, кому бы я хотела понравиться, здесь не было, поэтому решила выдать правду:

– Как-то в детстве папа принес мне книгу Илоры Светлой, самой известной свахи-волшебницы во всех людских королевствах. Там она пересказывала свою биографию, делилась забавными историями и перечисляла пары тех, кому она помогла сойтись. Это было так увлекательно, что я перечитывала книгу раз сто, представляя, что тоже могла бы…

– Голых девок царевичам в бани подсовывать, – с придыханием подсказал Снежок.

– Ты от такого надежно защищен, – влезла Любаша, – за версту несет нищетой. Париться тебе с веником до старости.

– Ко мне девки сами лезут, не тревожься, – отмахнулся тот. – А вот у нашей Васи ждал истории потрагичнее, вроде сбежавшего жениха.

– Никуда он не сбегал, – я закатила глаза. – Наоборот, прибежал к моей подруженьке и решил скрасить ей вечер, чтобы не скучала.