Я люблю Вегас - Линдси Келк

— Энджел. — Я пожала руку Делии, как принято у нормальных живых людей, а не выходцев из ада. — Мы с Сисси, так сказать, вместе работали, потому что, как вам, наверное, известно, сотрудничать она не умеет.

В глазах Делии загорелся огонек — узнала, и я приготовилась к пощечине. Одно дело смешивать с дерьмом свою сестру, и совсем другое, когда это делает разносящая «Кристалл» официантка в пошлейшем наряде. Делия подняла руку, и не успела я пригнуться, как меня заключили в теплые объятия, а сухой голос собеседницы перешел в радостный смех.

— Энджел Кларк! — Она отстранилась и взяла мои руки в свои. Я уронила поднос, но устояла, мысленно набросив себе пару очков. — Боже мой, я вас обожаю!

Я замерла на месте с вытаращенными глазами.

— Спасибо, вы очень любезны…

— Нет, правда! — Хватка у Делии оказалась железная. — Я вас обожаю. Я всегда читала ваш блог и перестала разговаривать с дедом, когда он его закрыл.

Дед. Дедушка Делии приходится дедом и Сисси. То есть Боб Спенсер — владелец издательства, где я работала, — «Спенсер медиа». Который уволил меня, прочитав один имейл, щедро посыпанный ругательствами и прочими цветистыми выражениями в адрес его маленькой принцессы. Каждый эпитет был абсолютно обоснованным, но ведь мало кто обрадуется, когда его радость и гордость описывают фразой «бесноватая психованная дура, которую нужно насмерть забить столовой ложкой», даже если это чистая правда.

— Спасибо…

И снова.

— Я понимаю, это уже не поможет, но мне очень жаль — я хорошо знаю, какой стервой она бывает. — Делия наконец отпустила мои руки. Смешно, но я по-прежнему не могла расслабиться. — Однажды в старших классах она притворилась мной и пошла на свидание с парнем. Придя в школу в понедельник, я обалдела от новости, что потеряла девственность, хотя, как мне казалось, все выходные провела в Хэмптонс за уроками.

— Да ну? Правда? — Это действительно подлость экстра-класса. Похоже, у Дженни есть конкурент на роль негодяйки в бондиане. — А отчего в столь юном возрасте такая злоба?

Делия пожала плечами:

— Ей не хотелось портить свою репутацию, поэтому она испоганила мою. Не самый лучший подарок на день рождения, который я получала, — с шестнадцатилетием, Делия. Я ей купила браслет от Тиффани.

— И не настучала ей? — Я бы за такое просто убила. Порвала бы на части.

— Живите хорошо — это лучшая месть, — отозвалась Делия. — Сисси лучше игнорировать. Нет смысла устраивать войну с кем-то вроде нее. Я просто прекратила с ней общаться.

— Вы моя героиня. — Я сжала Делии плечо. — В последнее время мне с трудом удается сдерживать ярость, и, не стану лгать, я с трудом нахожусь с ней в одной комнате.

— О, не стесняйтесь, дайте ей по физиономии. — Делия одарила меня прелестной улыбкой. — После всего, что она вам сделала, Сисси и не такого заслужила. А где вы сейчас работаете?

Я посмотрела на свой наряд и снова на Делию.

— Понятно.

— Да.

Мы стояли в неловком молчании, пока я пыталась придумать, что сказать, не упомянув о ненависти к ее сестре. Рождество — время добрых пожеланий, в конце концов.

— Рождество. — Я кивнула на черную виниловую елку в углу. Вкусы Тома, скажем прямо, экзотические, но меня всегда трогало присутствие рождественской елки. Иголки в виде мини-дилдо заставили меня порозоветь, но все-таки праздник есть праздник. Каждый празднует свое. — У вас, наверное, интересные планы?

— Да нет, просто отпраздную Рождество, — устало улыбнулась Делия. — Неужели еще один год пролетел? Не верится. Я поклялась изменить свою жизнь до Нового года, и вот, пожалуйста, по-прежнему работаю на деда, все еще под каблуком.

— Вы работаете на Боба — на мистера Спенсера? — поспешно поправилась я. Пожалуй, обращения Боб и Энджи уже не для нас. — Вы тоже в «Спенсер медиа»?

— На Боба, да, — ответила она. — Но не в «Спенсер медиа». У деда много риелторских контор, чем я и занимаюсь несколько лет. Сейчас в моем ведении жилой комплекс в Бруклине.

— Я как раз живу в Бруклине! — воскликнула я, хотя вряд ли стоило хвастаться столь ничтожной общностью интересов. Ну хоть что-то. Красота. — Вам нравится быть риелтором?

— Вообще-то я хотела работать в издательстве, — призналась Делия. — Но Сисси пролезла первой. Она всегда лезет первой. Я в жизни за ней ничего не повторяла, вот и пошла учиться. А она попала сразу в редакцию.

— Ну, она там не так часто бывает. — В памяти всплыли безутешные попытки дозвониться Мэри. — Анна Винтур может не волноваться за свое место.

— Ненавижу с ней соперничать. Проблема вечной хорошей близняшки — она нечестно играет и всегда получает желаемое, а я никак не могу ее обыграть.

— О, с этим я не знаю, что и поделать, — посочувствовала я и кивнула на дверь спальни: — Вот сейчас посмотрим шоу.

Первой вышла Дженни с улыбкой Чеширского кота, словно после импровизированного секса с Брэдли Купером. Нас ожидало нечто очень, очень смешное. За ней из спальни вышла очень гордая и надменная голая Сисси Спенсер.

— Боже, да что это! — застонала Делия при виде сестры.

Когда Сисси дошла до середины зала, я рассмотрела, что на ней все-таки что-то надето. Без сомнений — автор модели Томб. Обтягивающее зад белое шелковое платьице с одним спущенным плечом — о бюстгальтере можно сразу забыть — из полупрозрачного шелка, то есть из белья либо телесного цвета стринги, либо ничего. Сисси выбрала последнее. Нашим глазам предстал современный вариант нового платья короля: голая королева Сисси.

Но это еще не все: по подсказке Дженни она покрутилась на месте, продемонстрировав окружающим изюминку одеяния: черно-белый принт гигантского члена. Я не шучу: Сисси была одета в прозрачную футболку с большим хреном спереди. Томб, ты мастер. Дженни, ты гений!

— Это я, — начала Делия, — или…

— Это не вы, — остановила я ее. — Это точно не вы.

— Делия! — Сисси мелкими шажками подошла к сестре, самодовольная, как Панч, и даже не пьяная. — Ты пришла? Ты же никогда не приходишь!

— Томб покупает у меня кондоминиум, — пояснила Делия, стараясь не обращать внимания, что ее сестра присутствует на очень гламурной рождественской вечеринки нагишом. — Вот я и решила прийти. Молодец, что показала все остальное.

Я невольно подумала, как, должно быть, странно видеть свою сестру-близнеца, расхаживающей на официальной коктейльной вечеринке практически в чем мама родила, — словно вести пренеприятный диалог с зеркалом из комнаты смеха, которое преследует тебя повсюду, куда бы ты ни пошла. А тут еще зеркало попалось не просто кривое, а извращенное. Я не хотела пялиться на ее соски, но у меня не было выбора. Ухмыляющаяся Дженни стояла сзади, довольная, как кошка над миской сметаны. Эту сметану она сдобрила кислотой и подала Сисси.

— Я знаю, что у меня великолепное платье, — не выдержала секретарша. — Но можно так откровенно меня и не разглядывать. Что это ты, сменила ориентацию? Надоело делать из парней голубых?