Возвращение - Сьюзен Виггз

Узнав эти сведения из его биографии, специалисты из команды Софии послали ему электронное письмо-приманку от лица официального правительственного чиновника, располагающего большим состоянием, который «умолял о великой милости» касательно «дела важной финансовой значимости». Этот мнимый чиновник обещал Гидадо три с половиной миллиона долларов за право воспользоваться банковской историей синдиката в простой, но незаконной сделке.

После непродолжительного обмена электронными письмами София и ее команда получила доступ к финансам синдиката. Так как сделано это было незаконным путем, они не имели права воспользоваться этими деньгами, но несложная уловка дала им в руки рычаг для достижения цели. Они поставили нечистого на руку казначея перед выбором: либо он выступает в суде как главный свидетель по делу о диктаторе, либо о его финансовых махинациях станет известно его руководству. Так как наказание за предательство предполагало пытку в особо изощренной форме с последующим отсечением головы, Гидадо решил посодействовать делу спасения народа Умойи.

— А что стало с генералом Тими Абача и главой алмазного синдиката Сержем Хенгером?

Отличный вопрос.

— Они все еще на свободе. Но так как все имущество синдиката арестовано, у них нет ни приспешников, ни активов. Их поимка — всего лишь вопрос времени. — Помолчав немного, София добавила: — Надеюсь, вы включите это в свою статью.

— Шутите? Нам нужно снять видео для официального сайта газеты. Вы, между прочим, великолепно выглядите.

— Благодарю вас.

— Не опасаетесь ли вы актов возмездия или попыток нападения? До того, как военную группировку расформировали, она считалась одной из самых хорошо вооруженных и тренированных в регионе. По слухам, часть заговорщиков укрылась прямо здесь, в Нидерландах.

— Среди нас всегда найдутся трусы, чьими поступками руководит алчность, но я не собираюсь жить в страхе из-за этих людей.

Репортер тщательно записал высказывание Софии — очевидно, оно показалось ему внушительным.

— Вы слишком молоды, чтобы придерживаться подобных взглядов, — заметил он.

— Возраст тут совершенно ни при чем, — возразила женщина, — все дело в преданности и опыте, а у меня есть и первое, и второе. — Она понимала, что Брукс может без труда узнать ее возраст простым нажатием нескольких клавиш на своем Black Berry, так как дата ее рождения наряду с группой крови, паспортными данными, успеваемостью в колледже и участием в соревнованиях по плаванию находились в открытом доступе. София решила не интриговать собеседника. — Мне тридцать девять лет, — сказала она, — разведена, имею двоих детей, которые живут в Авалоне, штат Нью-Йорк. — Сообщая информацию о себе в таком сжатом виде, она действовала как профессиональный, ориентированный на карьерные достижения международный адвокат. Невозмутимый тон, с которым была произнесена фраза «Имею двоих детей, которые живут в Авалоне, штат Нью-Йорк», не означал, что притупились ее страдания оттого, что семья ее распалась. Свои материнские обязанности она исполняла по телефону, электронной почте, а также посредством обмена текстовыми и мгновенными сообщениями. В ее отсутствие происходило множество событий. Она, между прочим, обнаружила, что Дэзи стала брюнеткой, Макс начал брать уроки игры на барабане, а ее бывший муж решил жениться во второй раз. Макс все еще мечтал завести собаку, а Дэзи готовилась поступать в колледж. София постоянно разрывалась между желанием быть рядом с детьми, принимая участие в их жизни, и страхом, что своим присутствием она лишь все испортит.

Брукс о чем-то спрашивал, но София его совсем не слушала.

— В зале находится множество высокопоставленных гостей, — сказала она, жестом обводя комнату, — почему вы выбрали именно меня?

— Потому что из вашего рассказа выйдет хорошая статья, — честно признался он, — которая, я надеюсь, займет в газете достойное место.

— А с какой стати мне вам помогать?

— Видите ли, — произнес репортер, — новость эта важная — нацию спасли от исчезновения с лица земли. Но оба мы отлично знаем, что среднестатистическому американцу нет до этого никакого дела. Он с большей охотой отдаст свой голос за какого-нибудь популярного идола, чем станет переживать о состоянии страны третьего мира, о которой он даже никогда не слышал.

— Не думаете же вы, что, написав обо мне, вы измените ситуацию?

— Да, если вы скажете или сделаете что-то из ряда вон выходящее, что заинтересует посетителей сайта YouTube.

— Например, пересеку всю Европу в нижнем белье? Вижу, что вы глубоко прониклись серьезностью происходящего, — ответила женщина.

— В самом деле, — не сдавался Брукс, — как женщина, подобная вам, избрала для себя стезю борьбы с военными преступниками и диктаторами?

— Счастливое стечение обстоятельств.

— Когда люди слышат о работниках правосудия, то обычно представляют себе семидесятилетних старичков в длинных старомодных мантиях, а не… — Он намеренно оставил мысль незаконченной, смерив Софию оценивающим взглядом.

Она заставила себя промолчать. Одним из самых строгих правил ее работы являлось привлечение внимания общественности к важности судейской миссии.

— Прежде всего смею заметить, дело слушалось в Международном суде, созданном всего шесть лет назад. Вряд ли этот орган можно назвать почтенным старым институтом правосудия. А во-вторых, единственная причина, по которой именно я выступала со стороны обвинения, состояла в том, что первый прокурор и его заместитель заболели накануне первого слушания. — Виллем де Грот, пожилой человек, разделяющий страсть Софии к свершению правосудия, день за днем, неделя за неделей направлял работу и ее самой, и всей команды.

— Счастливое стечение обстоятельств, которое предоставило вам возможность проявить себя, — заметил Брукс.

— Скорее невезение, поставленное перед лицом необходимости, — поправила его София. — Я все бы отдала, чтобы сегодня мой руководитель был с нами.

— Вы явно не стремитесь пожинать лавры победителя, не так ли? Какая трата таланта и внешних данных!

— Вы, кажется, чрезмерно увлечены моей внешностью.

— Это из-за платья. Вам отлично известно, что в нем вы будете привлекать внимание мужчин даже без драгоценных украшений. Думаю, тем самым вы пытаетесь сделать какое-то заявление.

— Я отказалась от бриллиантов по вполне понятной причине. Многие другие камни тоже были под вопросом, поэтому гораздо проще стало не надевать их вовсе. Ах, как же я не подумала о жемчуге! Его вырабатывают моллюски, а добывают счастливые ныряльщики, не так ли? Мне следовало бы выбрать украшение из жемчуга.

— Вы можете надеть жемчуг, когда мы станем снимать видео с вашим участием, — заявил Брукс.

Еще пара глотков шампанского, и София будет готова отправить этого репортера восвояси.

— Вы несносны, мистер Фордам. Я ухожу. Торжественная часть вот-вот начнется.