Свет из прошлого - Надежда Васильевна Ефремова

— Да, я тоже переживаю. Максим, мама, знаешь…

— Что такое? — заволновалась Марина и высунула голову в дверь чердака, чтобы лучше слышать, что расскажет дочь.

— Я вчера тебе говорила, что погуляю с Максимом, но он не пришел на встречу. И… он не отвечает на звонки. Что-то я места себе не нахожу, неужели он решил меня бросить? Да еще так…

— Эх, — вздохнула Марина, — еще один повод для переживаний. Оль, давай-ка ты иди сюда, поднимайся ко мне, будем волноваться вместе. Наверняка сейчас не сможешь за учебниками сидеть.

— Это точно! Иду!

— Ты что, плакала, Оль?

Оля опустила голову и вытирала покрасневшие глаза.

— Ты чего, доченька? — Марина подошла и приобняла Олю одной рукой за плечо.

— Ну, у меня мысли такие возникают, что я ему стала вдруг неинтересной, или он гуляет сейчас с кем-то вместо меня.

— Ох, доча, понимаю я тебя! Да, мне твой Максим не очень-то нравится, но вот так вот «вдруг»… это не происходит обычно.

— Мам, ты же не видела его ни разу. Он хороший, поэтому и боюсь, что уведут.

— Ладно, Оль, давай отвлечемся. Держи тряпку, вон ведерко стоит, давай вместе протрем тот ящик.

— Который в углу?

— Да-да, его.

Сделав несколько движений, они обнаружили, что это не просто ящик, а настоящий сундук!

— Ого, какой красивый, смотри!

— Да, похоже, он очень старый!

— Раритет!

— Неудивительно, да? Найти такое у хозяина антикварного магазина?

— Это точно! Он знает толк в старинных вещах.

— Давай протрем его, а потом откроем, а то, если будем сейчас открывать, содержимое может испачкаться.

Вдвоем они быстро привели сундук в порядок. Он оказался с резными элементами, украшенный орнаментами и покрытый лаком. Правда, все это уже наполовину стерлось, но он выглядел из-за этого еще эффектнее.

Оля, довольная своей работой, пошла вниз, а Марина открыла сундук, заперт он не был. В нем она обнаружила несколько коробок и аккуратно свернутых вещей, достала верхнюю коробку и заглянула внутрь, там лежали старые фотографии.

— Ого! Это же чье-то семейное. Скорее всего, самого Эрнеста Петровича. Может, перебрав фото, я смогу найти его родственников, а они, в свою очередь, его. Вот куда он мог подеваться?

Марина взяла коробку с собой вниз и поставила ее на тумбочку рядом с кроватью. На этой тумбочке уже стояла похожая коробка с лекарствами, поэтому плюс-минус пара коробок Марину не напрягали.

Прошла еще пара дней, а Эрнест Петрович так и не появился ни в магазине, ни дома. Марине казалось, что она потеряла что-то важное, какую-то опору. Каждый день в магазине причинял ей боль, но она не могла бросить его, хотя уже допускала мысль, что шеф больше не вернется в свой любимый магазин, полный прекрасных, интересных вещей, с заключенными в них чьими-то историями. Это было дело всей его жизни, и Марина твердо решила продолжить его. Начала советоваться с юристами, как это сделать, чтобы магазин остался на плаву. Занимаясь всеми этими вопросами, Марина с нетерпением ждала субботы и приезда своей мамы. Ей очень хотелось душевных посиделок с ней. Очень нужно было поговорить, пожаловаться, посоветоваться, услышать что-то жизнеутверждающее, теплое, на что душа сможет опереться.

И вот наконец наступила долгожданная суббота. Марина навела порядок в доме, приготовила обед и пошла на остановку встречать маму. Оля тоже была очень рада бабушкиному визиту. Светлана Валерьевна, мама Марины, была женщиной строгой, но доброй. Она всегда приходила на помощь дочери и внучке, старалась понять и во всем поддержать. И вот их встреча состоялась. По дороге от автобуса до дома Марина показывала, что где находится в их поселке. Там озеро, а вон там — магазин, рядом роща. Красота, одним словом.

— Место и правда замечательное, я себе, если честно, представляла что-то не столь дружелюбное.

— Нам с Олей очень повезло, что мой шеф выделил нам свою дачу. Сам он недалеко живет, тоже в доме. Но, правда, на днях он пропал, представляешь?

— Да ты что?! Как пропал?

— Ну вот так, мам, был и нет. Не пришел на работу, в доме не появляется. В общем, я написала заявление в полицию. Родственников вроде нет. Может, полиция их найдет.

— Да, ситуация ужасная, жаль его.

— Это да. Я уже испереживалась вся.

Наконец Марина с мамой добрались до домика, в котором за накрытым столом их ждала Оля.

— Бабуля! — кинулась она обниматься.

— Ой, какая взрослая уже! Хоть и рядом живем, а видимся редко, и растешь стремительно, как и все дети, в принципе. Красавица! Уже и школа за плечами!

— Ну, почти! — засмеялась Оля. — Еще экзамены, выпускной, и все!

В ее голосе был нескрываемый восторг, она очень ждала выпускной вечер. Они с Мариной приготовили замечательное платье, продумали маникюр, прическу, купили подходящие изящные туфли! Тот день обещал быть незабываемым.

— Девочки мои, как же я по вам соскучилась! И подарочки вот привезла.

— Ой, мамуль, да ты что, спасибо большое!

— Мама не могла явиться в гости на новоселье без подарков! — смеялась Светлана Валерьевна.

И для Оли, и для Марины она привезла постельное белье, прекрасно понимая, какая это важная вещь в доме. И всегда нужная. Особенно после переезда.

— Мамуль, как всегда, угадала! — обрадовалась Марина.

Мама привнесла в ее беспокойную повседневность немного положительных эмоций, и от этого сразу стало полегче. Нынешнее мамино присутствие было для Марины уже просто необходимо, как глоток воздуха, и вот она вдохнула.

— Как, оказывается, хорошо, когда мама рядом! — мурлыкала она, обнимая маму, сидя на диване за придвинутым к нему накрытым столиком.

— Это точно, моя хорошая! — соглашалась Светлана Валерьевна.

— Бабуль, а знаешь, какую нашу семейную традицию мы с мамой здесь возобновили?

— Какую? — удивилась бабушка.

— Жарить семечки! И гулять, щелкая их, по улицам!

— Ого! — рассмеялась Светлана Валерьевна.

— Да-да, — поддержала смех Марина. — Кстати, сейчас и хотим тебе предложить эту затею! Воплотим в жизнь незамедлительно!

— И что же, есть семечки сырые у вас, чтобы пожарить-то?

— Обязательно!

— Удивительно! Ну надо же! Здорово!

Девичник из представительниц трех поколений удался. С кулечком самостоятельно поджаренных и подсоленных семечек они пошли прогуляться и осмотреть здешнюю природу и домики, как любили делать это раньше. Потихоньку дошли до дома Эрнеста Петровича, но его там по-прежнему не было.

— Ладно, нет смысла здесь задерживаться. Хороший дом, очень жаль хозяина.

— Это точно, — вздохнула Марина.

— Доча, а если тот домик, в котором вы с Олей сейчас живете, принадлежит твоему пропавшему без вести шефу, то как вы будете в нем жить теперь?

— Не знаю пока, мамуль. Пока никто нас не выгоняет, поживем. Но,