Свет из прошлого - Надежда Васильевна Ефремова

«Может, ненадолго?» — подумала Марина и вошла в ресторан, сразу направляясь с вопросами к стойке администратора.

— Здравствуйте, подскажите, пожалуйста, скоро вернется Станислав Владимирович?

— Здравствуйте. Не думаю, скорее всего, завтра только. А вы по какому вопросу?

— Я по личному. А вы не подскажете, куда он уехал?

— Это не секрет — в больницу. У него сын в больницу попал.

— Да вы что? Ого, ничего себе! А вы не могли бы ему передать, что я приходила? Не хочу сейчас его отвлекать звонками, раз такое дело.

— Да, конечно, напишите здесь ваше имя, телефон для связи, ну и цель вашего визита.

Администратор протянула Марине солидный блокнот, та сделала запись и поспешила удалиться.

«Вот это да! Еще не легче — сын попал в больницу! К тому же и сам медик. Видно, дело серьезное… А я хотела его все же с Олей познакомить. Интересно, как зовут сына? Когда это случилось? В чем причина?»

Сразу множество вопросов крутилось в голове Марины, а на душе и без этого было неспокойно.

Глава 4

Муки совести

Вечером того же дня Марина перебрала еще одну коробку с фотографиями, но там были только детские, черно-белые, блеклые от времени. Некоторые из фото рассохлись и почти рассыпались в руках. Приходилось действовать весьма осторожно. Оля пришла с экзамена уставшей и разбитой, сразу улеглась спать, хотя еще было светло. Опять не найдя никакой информации о возможных родственниках, Марина задремала прямо с коробкой на коленях. Период был изматывающий, отнимающий много сил. И моральных, и физических. Вдруг она услышала тихий стук в окно. Вздрогнув, Марина бросила тревожный взгляд в ту сторону.

— Кто может в окно-то стучаться? — пробормотала она.

Преодолевая тревогу, Марина подкралась к окну. Через тюль она увидела букет.

— Что? Это кто-то с букетом пришел?

Окно было приоткрыто, и она различала звуки снаружи. Этот кто-то переминался с ноги на ногу и что-то нашептывал, будто репетируя речь.

— Кто там? — строго спросила Марина.

— Марин, это я, Стас.

— Стас?

Марина рывком отодвинула шторы, запуталась в тюле, в пару взмахов победила коварные занавески и, наконец, распахнула окно. Снаружи действительно стоял Стас. В его руках был точно такой же букет, с каким она его прогнала в юности прямо перед подругами. Он улыбнулся своей обаятельной улыбкой и протянул вверх, к окну, цветы.

— Как ты меня нашел? — Марина приняла цветы, погрузив в них лицо и глубоко вдохнув, но они почему-то не пахли.

— Сердце подсказало. — Стас не переставал улыбаться и смотрел ей прямо в глаза.

В груди Марины затрепетало, дыхание ее прервалось, а тело пробил озноб волнения. Спустя секунду, показавшуюся ей очень длинной, она сумела обуздать чувства.

— Ты проходи, проходи! Чего под окном-то стоять? Подходи к двери, Стас, я сейчас открою!

Мужчина, не сводя глаз с Марины и не переставая улыбаться, запинаясь о траву, пошагал вдоль дома к двери. Марина развернулась, чтобы пойти к выходу и отпереть дверь изнутри, как увидела вместо комнаты только клубы густого тумана.

— Что за ерунда?

Она вытянула руки, пытаясь передвигаться на ощупь, но уже двигаться не могла, ноги не слушались. Туман начал рассеиваться, и Марина поняла, что она снова стоит на перроне, а на руках маленькая Оля.

«Что, опять?» — подумала Марина и проснулась в холодном поту.

— Мам, у тебя упало что-то?

Марина протерла глаза и огляделась. Перед ней стояла Оля.

— Мам, коробка упала, смотри, фотографии рассыпались.

— Ой, правда. Она у меня на коленях осталась, а я задремала. А ты, моя хорошая, чего не спишь? Сколько времени-то?

Марина бросила взгляд, полный надежды, на окно, занавески плавно колыхались, она подошла и открыла его. Снаружи никого не было, следов внизу тоже. Марина разочарованно вздохнула и закрыла створку.

— Мам, ты чего? Первый час.

— Да, приснилось тут…

— Я что-то есть захотела, встала.

— Пойдем, сообразим что-нибудь тебе перекусить.

— Спасибо, мам, я уже попила чай с бутербродом. Пойду лягу.

— Нет вестей от жениха?

— Нет, мам. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, доченька.

Марина легла спать, размышляя над своим сном. Ей приснился тот, о ком она стала слишком часто думать, хотя еще пару недель назад и не вспоминала о нем. И во сне в его руках был тот же букет. А потом опять поезд, холодный перрон и побег с ребенком от человека, которого она стала бояться как огня. А если бы она не прогнала Стаса тогда, в юности, то, возможно, даже скорее всего, не было бы и того перрона, слез, побега, поезда.

— Неужели я настолько тогда все делала неправильно? А тетя Лида была бы хорошей свекровью, не то что…

Марина тяжело вздохнула и укрылась поплотнее одеялом. Тут же поймала себя на мысли, что уже много лет она спит одна. То в одном съемном жилье, то в другом. Раз от раза одинокая постель, а греет только одеяло.

«Вот бы Стас и правда пришел… Можно и без цветов. Почему я раньше себя вела так странно? Тогда это все было для меня не важным, даже раздражающим, а теперь… Все почему-то резко стало по-другому. Он ведь столько времени на меня тратил, столько внимания уделял! Почему же я не замечала в нем те самые нужные, самые важные человеческие качества? Почему?» — корила себя Марина, засыпая под шум начинающегося дождя.

Утро было хмурым, как и настроение Марины. Да и у Оли тоже. Вставшая с опухшими глазами, губами и носом, девушка ходила, как тень.

— Мам, мне сегодня никуда не надо, пойду я лягу еще посплю.

— Конечно, доченька, отдыхай! А я побежала.

— Удачи тебе!

— Спасибо, Оленька, она мне понадобится. — Марина поцеловала дочь в лоб и погладила по голове. — Если станет совсем тоскливо, звони мне сразу, хорошо?

— Ага.

— Не стесняйся, звони, поняла?

— Ага.

— Ну, или пиши.

— Хорошо, мам.

— Ну все, пока-пока!

— Ага…

Выйдя из уютного теплого домика на улицу, Марина скривила недовольную гримасу и открыла зонтик. Она не любила зонты, но иногда приходилось ими пользоваться.

Холодно на улице не было, но моросил мелкий дождик, небо заволокло серыми тяжелыми тучами.

— Эх, наверное, это надолго.

Она успела занять место в автобусе у окна, а глаза невольно высматривали на дороге машину Стаса,