Судьба в наследство. 1. Письмо, с которого все началось - Елена Александровна Ковалевская

Вдоль дороги тянулись орденские угодья: ржаные и пшеничные поля, разделенные небольшими рощами, разнотравные луга с пасущимся скотом, небольшие чистенькие деревеньки принадлежащих монастырю крестьян, одинокие подворья свободных землевладельцев.

Владения у нашего ордена не малые: больше десятка комендатерий с полусотней деревень и огромная ремесленная слобода. Хотя если сравнивать с другими орденами Матери-Церкви, то мы будем стоять чуть ли не в конце списка. Самыми значительными по угодьям будут ордена Госпитальеров, за ними маршальские и туркопольерские ордена. Меньше наших - только территории Ордена Святого Георга, но зато там все рубаки отчаянные, все-таки Святой Престол охраняют. Не приведи Господь на них в бою нарваться! Костей не соберешь! (Туркополь (Turcopol) - наемные солдаты из местного населения. Туркопольер (Turcopolier) - командор боевого ордена, командующий туркополями. Эти ордена отвечают за охрану береговых и сухопутных границ, внутритерриториальную охрану.)

Солнце поднимаясь все выше, начинало нешуточно припекать. Я искоса посмотрела на сестер. Юозапа недовольно поджимала губы. Жеребца своего пятками едва под брюхо понукала. Опять обленились, что Юза, что ее конь! А младшенькая молчала, правда побледнела слегка, украдкой пот над губой вытирала и в седле как-то странно покачивалась... Ох, какая же она молоденькая! Ни единого шрамика, не то, что мы - битые волчицы. О! А Герта улыбается. Еще чуть дальше от монастыря отъедем, точно балагурить начнет, над Юозапой подшучивать, да к новенькой потихоньку присматриваться...

- Все! Не могу я больше! - не выдержала Юозапа. - Упарилась! Фиря, ты как хочешь, а я разоблачаюсь!

- Сестричка, милая, ну потерпи а? Ты у меня такая сильная, такая выносливая, - стала я подлизываться.

Если ее не умаслить, Юза мне потом неделю спуску не даст. Характер демонстрировать станет так, что будь здоров, не кашляй!

- Ты же знаешь, что просто так я ничего не прошу. На все есть основания, и поэтому нам лучше быть вонючими, но живыми...

- Не выражайся при мне как закостенелый солдафон! - сразу же рявкнула она.

Юозапа терпеть не может, когда кто-нибудь из нас - а это я и Герта - начинаем говорить чуть менее пристойно, чем полагается.

- Я Юзу поддерживаю, - важно вставила свое слово Гертруда. Ты ж глянь! И эта туда же?! - По-моему ты перегрелась на солнце, сестра, или головой обо что ударилась. На нас же все как на умалишенных смотрели, когда мы в полном доспехе поехали.

Та-ак! Бунт в четверке?! Ох, как же мне их уговорить? Попробую...

- Сестры, мне настоятельница столько указаний напоследок надавала, что в пору в цельнокроеном железе ехать. И будь моя воля, то так бы и сделала.

На мои слова, старшая сестра только скептически сощурилась, а Юозапа вовсе демонстративно фыркнула и отвернулась.

Хотя может сестры и правы - действительно, становилось жарковато, а ведь еще не полдень. Сентябрь выдался чересчур теплым, осень не думала вступать в свои права, листва по-прежнему зеленела на деревьях. К тому же бригантина давила на плечи до невозможности. (Бригантина - доспех из пластин около 30-40 штук, вшитых в карманы матерчатой куртки стык встык, или из мелких пластин, наклёпанных под суконную основу, в которой пластины располагаются с нахлёстом. Вес 10 кг. Бригантина закрывает корпус и достигает до бедра. Одевается сверху на кольчугу. К ней добавляются латные элементы в виде наручей и поножей.)

- Ладно уж, - согласилась я немного подумав. - Бог с вами, снимайте свое железо. Но учтите, только доберемся до границы влияния ордена, одоспешеные поедем. И там, хоть заживо сваритесь - никаких отговорок не приму!

- А сразу нельзя было? - ворчливо сказала Юза, тут же поворачивая коня к обочине. - Вон к той рощице поехали, там и поскидаем все.

- Младшая сестра Агнесс, ты как, живая еще? - Герта не забыла про нашу новенькую.

- Да, старшая сестра Гертруда.

- Оставь полные именования для монастырей, да госпиталей. В бою пока прокричишь все это, десять раз прибить могут. Так что привыкай. В поле меня Гертой зови, Сестру Юозапу - Юзой, а эту сестру - Фирей, ясно?

- Да, стар... Ой, да Герта, - а голосок-то какой тихий, едва слышно лепечет. Малохольная она какая-то... Да ей, похоже, только семнадцать стукнуло, а уже младшая сестра. Что творится! Скоро совсем соплюх в рейды посылать начнут.

- Вот и замечательно, - подвела итог Герта и пришпорила коня, направив его через луг.

Мы подъехали к небольшой роще с густым подлеском, где могли с удобством, не попадаясь никому на глаза, переодеться.

Спешились.

- Ох, Фиря, - прошипела Юозапа, тут же начав расстегивать пряжки у своей бригантины.- Прибить тебя мало за эти издевательства. Заставить париться на солнце в доспехах. На такое даже инквизиторы Слушающих неспособны! - ну все, завела нескончаемую песню: то это плохо, то другое нехорошо. В нашей боевой четверке Юза исполняет роль совести и благочестия, но иногда ее начинает заносить, и тогда она устраивает многочасовые нотации вперемешку со стенаниями об измученной душе или теле.

- Ладно, перестань, - отмахнулась я, чувствуя себя виноватой за излишнюю мнительность. - Не делай из меня садистку.

- Никто садистку из тебя не делает, ты ею являешься.

- Что-о? - отыграться решили?

Ну хорошо, вот я вам устрою!..

- Сейчас как заставлю все обратно на себя вздеть и рядом с лошадьми часа два побегать! В конце концов, кто здесь командир вы или я?

- Юза, родная, - вмешалась в нашу уже нешуточную перепалку Герта. - Ты же оговорилась, называя нашу добрую и любимую сестру таким нехорошим словом? Ну, согласись. - Гертруда приобняла сестру за плечи, и громко зашептала на ухо - А то ведь правда, заставит!

От этих слов сначала в ступор впала - уж от кого, а от Герты я не ожидала, что она купится на эту уловку?! На самом-то деле я ж не зверь какой... У меня уже и брови от изумления чуть не до середины лба доползли, гляжу, а сестра мне подмигивает, косясь на новенькую.

Все ясно... Снова придуриваются! Насидятся с постными рожами