Барби на полставки. Я (не) робот босс - Евгения Кец

Прежде чем я успеваю ответить, в дверь врывается Семён, бледный, как мел, и подлетает к Яровому.

— Константин Эдуардович! Срочно! — он хватает моего шефа за рукав. — Система… она…

Шеф поднимает бровь:

— Что произошло?

— Ева, она, — Сёма бросает взгляд на нас с коллегой и замолкает.

— Говорите, я планирую привлечь Алёну Викторовну к работе над проектом.

У моего брата моментально меняется выражение лица. Он явно запутался и не знает, как реагировать:

— То есть вы готовы финансировать проект? — радостно восклицает он. — Или нет? Хотя неважно, — уже поникшим голосом сообщает Сёма. — У нас проблема.

— Мне кто-нибудь объяснит, что происходит? — недовольным тоном спрашивает Алёна.

Её писклявый голосок режет слух.

— Позже, — отмахивается Яровой.

Семён суёт в руки шефу планшет. Я заглядываю и вижу, что на экране — форум с обсуждением нашего проекта. Чертежи, коды, даже фото Евы с подписью: «Утечка из ЯровИнвест: секретный андроид-шпион!»

— Это что?! — не выдерживаю я, тыча в экран.

— Файлы слили в сеть! — Семён дрожит. — Всё, нам конец! Инвесторы откажутся, лабораторию закроют, а меня…

Голос брата вздрагивает, а я смотрю на начальника огромными глазами. Как это могло произойти, если о проекте никто и не знал?

— Успокойтесь! — Константин поднимает руку. — Кто мог это сделать?

— Не знаю! Доступ к серверу был только у нас и… — Сёма замолкает, смотря на Ярового.

— И? — торопит его шеф.

— И у вас…

Перевожу удивлённый взгляд на Константина. Что это?

«Он проверяет меня. Или слил данные, чтобы посмотреть, как я буду выкручиваться?»

Но если всё вскроется, то пострадает и его компания. Не думаю, что Константин — идиот и готов понести убытки, лишь бы заставить меня признаться.

— Надо удалить всё! — Семён трясёт планшетом, поняв, что все поймали ступор. — Пока не поздно!

— Нет, — вырываю гаджет. — Если удалим — все решат, что это пустой хайп. Надо найти, кто это сделал.

— Как?! — брат взмахивает руками.

— Через АйПи, логины, камеры… — спокойно говорит Яровой, как бы поддерживая меня.

— Это при условии, что слили отсюда. А что, если это был удалённый взлом? — Семён продолжает нагнетать.

— Есть ещё один вариант, — ухмыляется Константин Эдуардович, явно придумав что-то, на его взгляд, интересное.

— Какой? — кажется, я догадываюсь, что сейчас услышу.

— Мы можем сделать официальную и общественную презентацию Евы. Покажем уровень развития технологий нашей фирмы и всех разом заткнём.

Так я и думала…

— С этим будут проблемы, — морщится Сёма.

— Какие?

— После вчерашних тестов у Евы произошёл программный сбой. Нам потребуется время, чтобы всё исправить.

— Не беда, — Константин с ехидной улыбкой осматривает меня с головы до ног, — мне кажется, я знаю, как нам предотвратить кризис.

Лицо моё сползает, наверное, оно висит на моём черепе, как уши спаниеля. Только не это!

— Вам не кажется, что Есения и Ева очень похожи? — спрашивает Яровой. — Думаю, она сможет сыграть роль робота. Да, Есения?

Глава 10. Режим андроида активирован

После пары секунд гробовой тишины взрываюсь.

— Нет! — возмущаюсь я. — Да ни за что! Как это вообще будет выглядеть?

— Думаю, потрясающе, — хохочет Яровой.

Смотрю на Сёму, а он уже в предобморочном состоянии. Да уж, встряли мы, конечно. И это Константин ещё не в курсе, что Семён — мой брат.

— Вы сможете изготовить какой-нибудь костюм, чтобы загримировать Есению? — спрашивает Яровой.

— Чисто теоретически, да, — тяжело вздыхает брат, отхватывая мой гневный взгляд.

— Тогда с вас накраситься. Или, если хотите, я найму профессионала, — говорит мне шеф. — Возьмём театрального гримёра. Уверен, перевоплощение будет несложным.

— Я сама могу, — рычу я. — Только фотку сделайте этой Евы.

На том и решаем. Константин хочет оценить результат прямо сейчас, так что, вместо рабочего дня, у меня получается своего рода выходной. Я должна к вечеру показать грим. Тогда Яровой решит, доверить ли мне такое ответственное дело, как перевоплощение в Еву-три тысячи.

«Вот же самовлюблённый тиран!» — мысленно шиплю, сжимая в кулаке кисть для грима так, что ручка трещит.

Зеркало отражает моё лицо, наполовину залитое тонной косметики, наполовину — обычное. Как будто я персонаж из плохого кино про зомби-андроидов.

— Сень, Яровой же потребовал убрать датчики! — кричит Сёма из-за моей спины, тыча пальцем в мои щёки. — Теперь ты будешь выглядеть как человек.

— Ага, — фыркаю, — только вот вместо андроида я похожа на клушу, которая три дня красилась в темноте. Спасибо, братик. Ты — гений. С датчиками я хоть была похожа на реальную жестянку.

— Зато Алёна эта не поймёт, что это ты! — Димка, сидя на столе с паяльником, одобрительно кивает.

— Алёна? — оборачиваюсь так резко, что парик съезжает набок. — А при чём тут она?

Поправляю длинные волосы и начинаю крепить их тонной невидимок. И зачем только я занималась в театралке? Насколько бы сейчас меньше проблем было бы?

— Она сейчас в кабинете у шефа. С Евой, — технарь тычет в монитор, где через камеру на груди андроида видно, как Алёна вертит Еву за руку, будто куклу Барби. — Константин попросил её «оценить функционал».

Алёна щупает Еву с таким видом, словно выбирает новое платье. Её наманикюренные когти скользят по ЛЕД-панелям. А Дима включает звук.

— Константин, она такая… простая. Неужели это всё, на что способна ваша лаборатория? — раздаётся писклявый голос Алёны.

Шеф, полулёжа в кресле, поглаживает подбородок:

— Ева лишь прототип. Но её потенциал… — он бросает взгляд в камеру, и, мне кажется, его глаза встречаются с моими через экран, — безграничен.

— Безграничен, ага, — бормочу я, снимая датчики.

Раз их уберут и у Евы, пусть Яровой их на мне и не видит. Брат прав.

Не стоит давать шефу возможность усомниться в том, что он тестировал всё это время робота. Чем меньше будет сходства, тем лучше. А если я плохо накрашусь, то он решит, что я не способна создать образ Евы. Наверное.

— Зачем Яровой, вообще, её позвал? — морщусь, когда