Новый порядок - Хелен Харпер

Я быстро принимаю решение.

— Арзо уехал по делам. Он вернётся не раньше, чем через месяц.

— У вас есть его номер телефона?

— Он в Антарктиде, изучает влияние круглосуточного солнечного света на физиологию вампиров. Это очень отдалённое место, и прямой связи нет, — это настолько нелепо, что звучит почти правдоподобно.

Мужчина хмурится.

— Но спутники…

Чёрт.

— Там холодно. На земле эта технология работает не очень хорошо.

Его лицо омрачается разочарованием.

— Хорошо. Спасибо, что уделили мне время.

— Подождите. Я ассистентка Арзо. Мне поручено заниматься его делами, пока он в отъезде. Я работала с ним в «Крайних Мерах».

Он пристально смотрит на меня. Внезапно в глазах мелькает узнавание. В кои-то веки, возможно, пригодится тот факт, что моё лицо несколько дней болталось по всему Лондону, когда меня подозревали в массовом убийстве.

— Итак, — оживлённо продолжаю я, — я помогу вам найти Далию. Когда она пропала?

— Я не знаю.

Я бесстрастно смотрю на него.

— Это не очень-то поможет.

Он вздыхает и проводит рукой по своим волосам с проседью. Я рада отметить, что седина побеждает; кажется, Арзо вообще не седеет.

— Я был в командировке, — объясняет он. — Уехал в прошлую субботу.

Я потеряла счёт дням. Мне требуется некоторое время, чтобы сообразить, что сегодня пятница.

— Когда вы вернулись?

— В среду вечером. В нашем доме всё вверх дном. Мебель опрокинута, фотографии разбиты. Есть даже разбитое окно, — на его лице появляется выражение гордости. — Далия упорно боролась.

— И это могло произойти в любое время между субботой и средой?

Он качает головой.

— Я разговаривал с ней в воскресенье вечером по телефону. Судя по голосу, она была в порядке. Во вторник я позвонил ещё раз, но никто не ответил.

— Вы обращались в полицию?

— Они пришли, задали мне несколько вопросов и сняли отпечатки пальцев. Но они ничего не нашли. Не думаю, что они даже пытаются.

Я морщусь, словно принимаю его слова всерьёз.

— А есть ли кто-нибудь, кто хотел бы причинить ей боль — или вам? Кто-нибудь, кого вы обидели и кто, возможно, жаждет мести?

«Кроме Арзо, ты, самодовольный, двуличный, вероломный ублюдок».

— Нет.

Мне трудно в это поверить.

— Мне нужны подробности всех деловых операций, которые вы провели за последние шесть месяцев.

— Я бухгалтер в компании «Росс и Росси». Это одна из крупнейших фирм в Лондоне. Я работаю с десятками клиентов!

— Тогда вам лучше начать составлять список, как только выйдете отсюда. И мне также понадобятся сведения обо всех друзьях и членах семьи, с которыми вы разговаривали за это время, — когда он не отвечает, я поднимаю бровь. — Вы ведь хотите найти её, верно?

Он энергично кивает.

— Ну, тогда. У вас есть телефон?

Он достаёт его из кармана. Я беру у него устройство и набираю свой собственный номер, совершаю пропущенный звонок самой себе, затем возвращаю телефон.

— Где находится ваш дом?

Он называет мне адрес в богатой части Лондона. Бухгалтерия, должно быть, хорошо оплачивается.

— Пригласите меня.

— А?

— Пригласите меня войти.

Он выглядит испуганным.

— Я приглашаю вас зайти ко мне домой.

— Отлично, — я сохраняю спокойный тон. — Я приступлю прямо сейчас. Я позвоню вам завтра, чтобы уточнить детали, о которых я просила. И не приходите сюда больше. Это… — я ищу причину, чтобы держать его подальше. — Приближается Хэллоуин, и все немного на взводе, — для пущей убедительности я провожу языком по зубам. Должно быть, это срабатывает, потому что он заметно вздрагивает и нервно оглядывает фойе.

— Хорошо, — он кивает головой в знак согласия.

— Как вас зовут? — спрашиваю я, понимая, что всё ещё не знаю его.

— Стивен. Стивен Темплтон.

— Я Бо.

Он протягивает мне руку для рукопожатия. Я на мгновение задерживаю на ней взгляд, затем поднимаю глаза.

— Извините, — говорю я. — Я сейчас очень голодна, поэтому не могу, — он отдёргивает руку. Я почти улыбаюсь. — Вам лучше уйти, — говорю я ему.

* * *

Убедившись, что Стивен Темплтон ушёл, я отправляюсь на кухню, испытывая ещё более острую потребность в шоколаде. Я нахожу в шкафу огромную плитку кулинарного шоколада и делаю мысленную заметку сказать Урсусу, чтобы он купил что-нибудь подходящее. Возможно, мне и не нужна «настоящая» пища, чтобы выжить физически в моей новой жизни вампира, но никто не ест шоколад ради выживания. Идеи должны быть ясными, кровь должна быть добровольно отдаваемой и богатой железом, а шоколад, чёрт возьми, должен быть густым и сливочным. Тем не менее, в крайнем случае, сойдёт и такой. Я отламываю большой кусочек и отправляю его в рот.

— А вот и ты!

Я оборачиваюсь с набитым ртом и вижу Нелл. Не в силах вымолвить ни слова, я слегка машу ей рукой.

— Твой друг здесь.

Разламывая шоколад зубами на более мелкие кусочки, я вопросительно смотрю на неё. Она берет у меня плитку шоколада и благоразумно откусывает совсем маленький кусочек.

— Тот, что Сангвин. Арзо?

Я обеспокоенно выпучиваю глаза. Шоколад попадает не в то горло, и я начинаю давиться и кашлять. Нелл сильно хлопает меня по спине — ещё одна личность, которая всё ещё не до конца осознает свою новую вампирскую силу — и остатки шоколада вылетают у меня изо рта. Они разбрызгиваются по безупречно чистому полу и шкафам, создавая неприятное подобие картины Джексона Поллока.

— Где он? — выплёвываю я, как только возвращаю контроль над дыхательными функциями.

— В холле, — отвечает она. — По-моему, он только что приехал.

Глава 4. Травма

Я стараюсь не бежать по коридорам. Кажется невероятным, что Арзо не заметил, как его бывший друг вышел из дверей особняка Монсеррат. Столь же невероятным является то, что он спокойно отнесётся к моему вмешательству в его дела. Я не хочу терять его уважение и определённо не хочу терять его дружбу.

Приближаясь к нему, я замедляю шаг. Он расположился спиной ко мне, но, несмотря на то, что он прикован к инвалидному креслу, его крупное мускулистое тело невозможно ни с кем спутать. Ещё до того, как я узнала, что он Сангвин, я смутно ощущала, что в нём есть что-то особенное. Он дружелюбен и обаятелен, но в то же время от него веет опасной непримиримостью. Какое-то время я даже задавалась вопросом, нет ли в его родословной капельки деймона Какос, как бы невероятно это ни звучало.

Я сглатываю и подхожу к нему. Он разворачивается ко мне.