Новый порядок - Хелен Харпер

Не выпуская убегающую фигуру из виду, я прыгаю на ту же крышу, что и Майкл. Однако вместо того, чтобы спуститься за ним на улицу, я бросаюсь вдогонку за бегуном. Он явно не вампир, и вскоре я уже поспеваю за ним. Он, может, и на другой стороне дороги, но я всё равно могу разглядеть его одежду — мешковатые джинсы, развевающуюся футболку и шарф, намотанный на лицо в качестве временной маскировки. Насколько я могу судить, он не старше подростка.

Он добегает до перекрёстка и сворачивает направо, подальше от меня. Я ищу дорогу вниз и в конце концов замечаю невдалеке выступающий навес. Убедившись, что навес находится прямо подо мной, я поворачиваюсь и опускаюсь, пока только мои пальцы не оказываются на краю крыши. Затем я отпускаю хватку. К сожалению, навес не очень прочный, и материал рвётся под моим весом. Я с болью приземляюсь на тротуар, а когда пытаюсь встать, плотная ткань навеса цепляется за одну из молний на моей куртке. Я совершаю рывок вверх, освобождаясь. Покалывающая боль пронзает мои ноги, хотя я изо всех сил стараюсь не обращать на неё внимания. Теперь я двигаюсь медленнее, но вскоре снова замечаю его. Он, очевидно, думает, что оторвался, потому что замедляет шаг. Я мрачно улыбаюсь. Сосунок. Я заставляю свои ноги продолжать движение. Я всего в паре метров от него, когда он поворачивает голову. Его глаза широко распахиваются, когда он смотрит на меня.

Я оскаливаю зубы. Он пытается убежать, но уже слишком поздно. Я подпрыгиваю в воздух, хватаю его за воротник, прижимаю к стене и сдёргиваю с него шарф. Как я и ожидала, у него всё ещё прыщавый вид и злобные глаза человека, которому едва ли можно позволить пить пиво.

— Привет, — воркую я ему в лицо.

Он вздрагивает. Майкл, появляясь из ниоткуда, рычит в его сторону.

— Как женщина? — спрашиваю я.

— Потрясена, но в остальном живая.

— Хорошо, — я не выпускаю парнишку из рук. — Вот теперь мне действительно весело, чёрт возьми.

Глава 3. Друзья и враги

Мы тащим грабителя обратно в переулок, где Майкл оставил женщину, но её нигде не видно. Он хмурится.

— Я сказал ей подождать здесь, чтобы мы могли отвезти её в больницу на обследование.

— И, конечно, все всегда делают то, что ты им говоришь, — бормочу я себе под нос. К сожалению, он слышит каждое слово.

— Да, обычно так и бывает. На самом деле, я помню, как когда-то давным-давно ты говорила мне, что будешь вести безупречно и делать то, что тебе скажут.

— С тех пор многое произошло, — холодно сообщаю я ему.

Парень извивается в моих руках, очевидно, устав от заигрываний между его похитителями.

— Нет жертвы — нет преступления! Вы должны меня отпустить!

— Ни за что, приятель, — говорю я ему.

Майкл выгибает бровь в мою сторону.

— Ни за что, приятель? Ты упустила своё призвание — стать актёром второго плана в голливудском фильме?

Я подмигиваю ему, откидывая назад волосы.

— Ты чувствуешь себя счастливчиком, сопляк? — говорит Майкл парню с наигранным американским акцентом.

Я ничего не могу с собой поделать. Я встряхиваю своего пленника.

— Ну? — спрашиваю я. — Чувствуешь?

Парень переводит озадаченный взгляд с Майкла на меня.

— Что, бл*дь, с вами обоими не так?

Майкл замолкает.

— Современная молодёжь.

Я снова встряхиваю его.

— И не матерись.

— Ты сама материлась, — резко отвечает он.

— Да? Как ты думаешь, кто сейчас главный? — для пущей убедительности я позволяю своим клыкам чуть-чуть вырасти и демонстративно облизываю губы.

Парень бледнеет, и от него начинает разить мочой. Я опускаю взгляд и вижу растущее мокрое пятно на его джинсах в паху. Возможно, мне следовало бы пожалеть его. Но я этого не делаю.

Майкл берёт парня за руку и бросает мне связку ключей.

— Твоё желание сбылось, — говорит он. — Ты можешь сесть за руль. Возьми байк и встретимся у ближайшего полицейского участка. Я думаю, это…

— Через два квартала направо.

Он бесстрастно смотрит на меня.

— Иногда в тебе скрывается нечто большее, чем кажется на первый взгляд.

Я делаю ему небольшой реверанс в ответ, а затем, не дожидаясь его реакции, начинаю бежать трусцой в направлении припаркованного байка. Ноги по-прежнему убивают меня, но будь я проклята, если позволю себе показать боль. К тому времени, как я добираюсь до полицейского участка, Майкл уже внутри, а на парня надевают наручники.

— Он что-нибудь взял у жертвы? — спрашивает полицейский в форме, адресуя свой вопрос Майклу.

— Ничё не брал, — бормочет парень.

Мы обмениваемся взглядами. Полицейский начинает обыскивать его и достаёт из кармана маленький комочек гашиша. Он поднимает бровь, глядя на парнишку.

— Это не моё, — он шмыгает носом.

— Точно. Ты просто хранишь это для друга, не так ли? Что ж, ты можешь несколько часов подумать об этом в одной из наших камер, а потом мы ещё поболтаем, — он ведёт его к двери, запираемой кодовым замком. Как по мановению волшебной палочки, дверь открывается, и оттуда выходит полицейский в штатском, бросающий любопытный взгляд в нашу сторону. Внезапно он останавливается как вкопанный, будто что-то забыл, и направляется обратно внутрь.

— Вы не можете этого сделать! — кричит сопротивляющийся грабитель. — У меня есть права!

Я закатываю глаза и собираюсь отвернуться, когда что-то замечаю.

— Подождите!

Они останавливаются. Я приподнимаю край футболки парня. Он замирает.

— Это домогательство! Она не может так делать!

Я игнорирую его, вместо этого уставившись на предмет, торчащий из заднего кармана джинсов, которые ненадёжно свисают до середины его задницы. Я не удивлена, что полицейский пропустил это, но я озадачена тем, что это значит.

— Разве это не…? — спрашивает Майкл.

Я рассеянно киваю. Это ярко-зелёное перо, такое же, как то, которое женщина из «Пальчиков и Шалостей» заставила меня купить. Я вытаскиваю его и показываю. Парнишка поворачивает голову. Когда он видит, как я сжимаю двумя пальцами перо, чей яркий цвет ещё сильнее режет глаз из-за яркого освещения, его лицо бледнеет.

— Вот что ты украл, не так ли?

Полицейский забирает у меня перо и бросает на меня предостерегающий взгляд, без сомнения, за то, что я дотронулась до подозреваемого. Я слишком увлечена пером, чтобы обращать на него внимание.

— Почему? — я поворачиваюсь к парнишке, требуя ответов. — Зачем ты это