Кэт в Зомбилэнде - Джена Шоуолтер

Будучи инициативной девушкой, я назначила Льду свидание с обычной девушкой, которую знает Али. Свидание, на которое мне не разрешили прийти. Ура! Но, по словам Льда, ничего интересного не произошло. Также, по словам Льда, я разбила ему сердце.

В тот день, в тот момент, в ту секунду он начал отдаляться от меня… и смягчаться по отношению к Камилле.

И все же. Я по-прежнему полна решимости найти ему другую девушку. Любую, кроме Камиллы, чей брат сейчас находится в городе.

Мое сердце трепещет в груди. Ривер стал горячее, чем когда-либо. У него светлые волосы, как у Камиллы, и золотистые глаза. Вместе с тем, черные как ночь брови. У него безупречная загорелая кожа, украшенная множеством черно-белых татуировок.

Моя реакция на него озадачивает. Я не нахожусь в поиске нового парня. А если бы и находилась, он не был бы в моем списке возможных вариантов. Он жив, а я мертва. Он напоминает мне Льда… версию Льда без Кэт. Спит со всеми подряд, слишком много пьет, слишком много ругается. Играет с зомби, прежде чем их убить. На людей он нападает первым. Вообще-то, нападение — это его настройка по умолчанию.

Он тот самый плохой парень, о котором мой отец всегда меня предупреждал.

Но я не собираюсь думать о нем. Неа. Не буду. Я навещу Льда. Мы поговорим и посмеемся, и я почувствую себя лучше.

Я представляю Льда и появляюсь… в спальне. Эта комната находится в новом доме Рив Анкх, куда переехали Лед и Камилла. Лучше, если охотники будут держаться вместе и прикрывать спины друг друга.

Тяжелое дыхание и хриплые стоны привлекают мое внимание. Я осматриваю комнату… и ахаю. Лед прижимается к Камилле. Они оба без футболок. Она без лифчика. Одна ее нога обвита вокруг его талии, а ногти впиваются ему в спину. Они целуются так, словно утром умрут.

Я потрясена до глубины души. Этого не может быть. Он не может целовать девушку, которая меня убила. Девушку, которая скоро умрет. Если он влюбится в нее, то затем потеряет… потеряет другую девушку…

— Лед? — я зову его дрожащим голосом.

— Кэт? — он резко поднимает голову и смотрит на меня. Его щеки раскраснелись, а губы припухли от поцелуя и блестят. Лед тяжело дышит. В мгновение ока выражение его лица мрачнеет. Удовольствие уступает место чувству вины и панике.

Я отступаю назад. Я… я виновата в этом. Это я подтолкнула его к Камилле. Я. Я снова разбила ему сердце.

Не зная, что еще делать, я возвращаюсь в свой дом.

Лед зовет меня. Я слышу, как его голос эхом разносится через огромное расстояние между нами.

— Кэт. Давай обсудим это. Пожалуйста.

Стоит возвращаться или нет? Горячие слезы катятся по моим щекам, и я не хочу, чтобы он видел, как я плачу. Но и бросить его в беде тоже не могу. Он подумает, что я его ненавижу. Я никогда не смогла бы его возненавидеть.

Я представляю его в своей голове… и оказываюсь в другой спальне, где нет никаких признаков Камиллы. Он стоит прямо передо мной, и мне хочется прикоснуться к нему, хочется его встряхнуть.

— Как ты мог ее поцеловать? — требую я. Тьфу! Мой голос звучит обвиняюще. Это не его вина. А моя.

Его глаза сужаются, а мышцы на плечах напрягаются.

— Ты не можешь получить и то, и другое. Ты не можешь бросить меня и ревновать, когда я с кем-то другим.

Я вздрагиваю.

— Я не ревную. — немного. — Просто… выбери кого угодно, только не ее, это для твоего же блага.

Он проводит рукой по лицу, его гнев улетучивается.

— Милла мне нравится. Она хороший человек, и у нее была дерьмовая жизнь. Она мой друг.

Друг? Друг! Это даже хуже, чем видеть в ней партнершу по поцелуям! Я знаю, знаю. В каждом человеке есть скрытые глубины. У каждого есть багаж, и Камилла Маркс не исключение. Но сейчас не время мне рассуждать здраво.

— Ты обычно высасываешь воздух из легких друга?

— Это уже не твое дело, не так ли? — огрызается Лед.

И снова я знаю, что он прав. Я хотела, чтобы он двигался дальше. Подтолкнула его к этому. И теперь, когда он согласился с планом, я не могу жаловаться на его выбор, не будучи лицемеркой.

Я тяжело вздыхаю.

— Я хочу, чтобы ты был с кем-то другим, хочу, чтобы ты был счастлив… но ты не можешь быть с ней, Лед. Просто не можешь. Выбери кого-нибудь другого и получишь мою золотую звезду одобрения.

Он скалится, явно перестав быть милым.

— Я сказал, что буду любить тебя вечно, и это не изменилось. Я люблю и буду тебя любить. Ты — одна из лучших вещей, которые когда-либо случались со мной, но ты не моя девушка. Больше нет. Если я решу быть с Миллой, я буду. Ты не имеешь права голоса, и твой штамп одобрения мне не нужен.

Когда-то ему нравилось мое одобрение. Он делал все, что было в его силах, чтобы добиться этого, чтобы сделать меня счастливой. Сегодня я потеряла кое-что ценное. Мои слезы катятся сильнее.

— Котенок…

— Ты ведь помнишь мою кузину Терезу, верно? — они могут прожить долгую, счастливую жизнь вместе. — Она умная и симпатичная, и у нее…

— Котенок, — повторяет он. — Хватит.

— Нет. — я закрываю глаза, на ресницах у меня выступают слезы. Я должна сказать ему. Больше не могу хранить это в секрете. Он заслуживает того, чтобы узнать, какой ужас его ожидает. Ужас, на котором я настаивала. — Она… Лед, Камилла умрет.

Он улыбается.

— Ну конечно. Все мы когда-нибудь умрем.

— Да, но ее смерть наступит скорее раньше, чем позже. Видение Али… — мой голос дрожит. — Камилла спасет тебя… но умрет.

Улыбка исчезает с его лица. Он моргает, а затем качает головой. Мгновение спустя до него доходит правда, и в его глазах вспыхивает ярость.

— Расскажи мне все, что ты знаешь о видении. Каждую деталь. Сейчас же.

Я вздрагиваю, но подчиняюсь.

— Ты находишься внутри здания. У тебя порезы, и идет кровь. Коул, Али и остальные стоят позади тебя. На тебя направлен пистолет, который держит женственная рука. Раздается серия выстрелов. Камилла встает перед тобой и принимает на себя град пуль.

Его кулаки сжимаются.

— Я никогда не думала, что она тебе понравится. — я должна была сказать ему об этом раньше. Гораздо раньше. Теперь он может никогда меня не простить. — Думала,