Лучший друг - Леди Найт

— Зачем ты так говоришь, Марк? Может, это ты уже передумал быть моим мужем?

— Нет. И не передумаю. Пойдём в спальню? Не в прихожей же мы будем говорить?

В спальне меня ждал сюрприз. Не меня, Веронику. Только вот она уже не узнает, что обманутый жених проявил себя, как истинный романтик, усыпав постель лепестками роз, наставив свечей повсюду. А меня эта чужая роскошь снова уколола. Я смотрела, как Марк брезгливо сметает рукой лепестки с кровати на пол, чтобы очистить место, где присесть, и грустила.

— Я слушаю тебя, Танюша, — устало сказал Марк, присаживаясь на кровать. — Что тебя волнует?

Я села рядом, думая, с чего бы начать. Марк прав, разговоры могут подождать и до завтра, а вот нашу интимную жизнь стоило обсудить немедленно.

— Меня волнует сегодняшняя ночь. Мы же будем заниматься любовью? — спросила я и покраснела.

— Если ты хочешь, я не против. Или что, у тебя критические дни? Это не страшно, я подожду.

— Нет, Марк. Не критические дни…

Я замолчала, судорожно подбирая слова. Не думала, что вообще придётся вот так вот официально сообщать своему мужу о том, что я невинна.

— Таня?

— У меня ещё не было мужчин. Сегодня будет мой первый раз. Я решила сказать об этом заранее.

— Что? Ты… Ты серьёзно? — По лицу Марка было понятно, что я шокировала его этой новостью. Я рассчитывала на приятное удивление, а не на такую резкую реакцию. — Чёрт!

Он вскочил с кровати и принялся расхаживать по комнате, как будто я испугала его. Теперь я вообще не понимала, как вести себя дальше.

— Марк, скажи что-нибудь!

— А что я должен сказать?

— Ты как будто не рад?

— Я… Просто… Ты меня удивила. Очень сильно удивила, только и всего. Конечно, я рад. Разве такая новость может огорчить мужчину?

Только вот никакой радости на его лице не прибавилось. Может, и не следовало говорить? Я уже не была уверена ни в чём.

— Мне нужно поставить цветы в воду, — сказала я, потому что молчание затянулось.

Раньше мы с Марком общались запросто, потому что понимали друг друга с полуслова, а теперь приходится подбирать слова, и это сущая пытка. Куда делось это непринуждённое общение, что было между нами?

— Я тогда схожу пока в душ. Если хочешь переодеться, можешь смело брать мои вещи.

Марк ушёл в ванную, а я отправилась на поиски ведра. Цветы я решила поставить в гостиной на полу. Пока ждала Марка, отыскала в шкафу его футболку и переоделась в неё. Сидеть просто так не было сил, но нужно было подождать, пока освободится ванная комната.

Решила пока собрать и выкинуть дурацкие лепестки от роз. На прикроватной тумбочке я обнаружила путёвки в Грецию. Какая же Вероника дура, раз так поступила с Марком.

А может, дура как раз я? Я целый день замужем, всего день, но что-то не чувствую себя счастливой. Скорее бы Марк вышел. В его присутствии не было так паршиво, как сейчас в одиночестве. Он всего лишь в другой комнате, а я чувствую себя брошенной на произвол судьбы.

В кухне я провела ревизию холодильника, думая о том, чем мы с мужем будем завтракать утром, и поставила чайник. От шампанского начала болеть голова и во рту была сухость. Чашка чая должна была привести меня в чувство.

Пока грелся чайник, я взяла в руки телефон. Он был завален сообщениями. В основном поздравлениями и куча пропущенных звонков от знакомых. Навели мы с Марком шороху. Все сошли с ума вслед за нами.

Я зашла в соцсети и поменяла везде фамилию Воробьёва на Ситникова. Это улучшило мне настроение.

Марк всё ещё не выходил, поэтому, налив себе чай, я присела за стол и принялась отвечать на сообщения в соцсетях. Не люблю неотвеченные.

Одно сообщение расстроило меня до слёз. Оно было от Вероники:

"Думаешь, будешь счастлива с ворованным мужем? Марк никогда тебя не полюбит, мышь. Он любит только меня."

— Сука! — вырвалось у меня.

Я отшвырнула телефон на стол и попыталась унять дрожь в руках. Потом, опомнившись, снова взяла мобильник, забанила везде бывшую Марка и только потом отложила телефон.

В ванной всё ещё лилась вода. Да сколько можно мыться? Разозлившись, я подошла к двери и громко постучала.

— Марк! Марк, ты скоро?

Он не ответил, тогда я забарабанила уже кулаком. Снова ничего. Что-то случилось? Марку стало плохо?

— Марк! Марк! — заорала я, уже в истерике, дёргая ручку на двери.

Господи, что делать? Вызывать спасателей? Скорую? Кого?

А что, если Марк уже мёртв?

Если разбить стекло в двери, можно просунуть руку и открыть изнутри замок.

Я бросилась на кухню, нашла молоток для мяса. Разромить дверь не было сложно. Страшно было увидеть то, что за дверью.

Глава 13. Таня

Марк сидел на полу, привалившись к стене спиной, полностью одетый. Глаза закрыты, голова чуть набок, будто спит. Что с ним? Сердечный приступ? Обморок?

Я упала на колени перед ним, затрясла, схватив за плечи.

— Марк! Марк! — позвала его всхлипывая.

Он замычал что-то нечленораздельное и повалился на пол, пугая меня уже до истерики. Бутылка, стоявшая рядом с ним на полу, зазвенев, опрокинулась, и на пол полилось её содержимое. Я не сразу поняла, что здесь делал коньяк. Я придвинулась ближе к мужу и принюхалась к его дыханью. От него разило, как от сапожника, господи!

Марк просто напился? Всего лишь напился и уснул?

Я поверить не могла в этот кошмар. С минуту я смотрела то на спящего мужа, то на вонючую лужу от коньяка, а потом судорожно всхлипнула и поднялась с пола. Выключила всё ещё льющуюся воду и оперлась на раковину руками, пытаясь хоть немного успокоиться. Меня всю трясло с перепугу, поэтому я долго не могла прийти в себя.

Вот тебе и брачная ночь, Танюша!

Глаза защипало от потёкшей туши, и это заставило меня взять себя в руки и умыть лицо. Руку запекло от воды. Только сейчас я заметила порез на ладони. Неглубокий, наверное, порезалась, когда отпирала защёлку на двери. Больше в ванной мне нечего было делать. Принимать душ, когда на полу пьяное тело, как-то неприятно.

Я нашла в шкафу на кухне аптечку и залепила пластырем порез, потом подмела с пола стёкла, чтобы больше