Целительница. Выбор - Наталья Владимировна Бульба

- Они – да, - посмотрев на Игната, а не на Реваза, вроде и спокойно, но как-то… затянуто, тускло произнес подполковник. Сел, положив локти на стол и сцепив ладони в замок. – Да и то… - рыскнул он взглядом.

- Сколько с тобой? – сделал правильный вывод Игнат.

«Купол» поднять успели, вот только спасением он стал не для всех – слишком далеко от основной части конвоя расположилась их группа. Миронов, скорее всего, как и они воспользовался «Последним шансом» - амулетом, способным выдержать подобный удар. А вот парни…

- Я один, - вздохнув, дернул головой Миронов. – И давайте…

Подошедшая девушка не дала ему закончить. Впрочем, продолжения и не требовалось. Говорить о тех, кто погиб на той трассе не стоило. А вот помнить и мстить…

С тем, что месть не давала облегчения, Игнат был согласен – ушедших не вернуть. Но игнорировать ее не собирался.

Не око за око – справедливость, когда каждому воздастся по заслугам. И не важно, когда. Сегодня. Завтра. Через годы…

Мысли шли фоном. Да и не мысли это были – состояние. Когда можно и без слов, и так все понятно.

А между тем благодаря девушке тарелок на столе стало больше. Рядом легли приборы, в центре примостилась вязанка с лавашом и пучками зелени.

Проводив барышню взглядом, Игнат с удовольствием вдохнул аромат бозбаша.

Несмотря на не самые приятные воспоминания о той войне, азербайджанскую кухню он любил. За всегда яркий, насыщенный вкус. За разнообразие трав и специй, добавляющих каждому блюду изюминку. Ну и за сытность, конечно.

Да и народ ему нравился. И своим трудолюбием. И умением радоваться жизни.

Фляжку из сумки он достал не задумываясь. Открутил пробку, протянул Миронову:

- Пусть земля им будет…

Подполковник, взяв фляжку, кивнул. Сделав глоток, передал Ревазу.

Когда коньяк опалил глотку, Миронов с Ревазом уже вовсю работали ложками.

- Ну и где они теперь? – Игнат не поторопился последовать примеру.

- А хрен их знает, - не отвлекаясь от процесса, буркнул Миронов. – Старший посчитал, что лучше перебдеть, чем… - он качнул головой. – Короче, это – не наша проблема.

- С этим-то все понятно, - прежде чем засунуть в рот скрутку из трав, хмыкнул Реваз. – А вот что делать нам, когда здесь кипиш поднимется? А он вот-вот поднимется, к маме не ходи.

- Твои предложения? – Игнат все-таки взялся за ложку. Не сказать, что был голоден – в гостинице перекусили, но ароматы и коньяк аппетит разбудили.

- Ни затихариться, ни рвануть в Баку не получится, - тщательно прожевав, протянул руку к фляжке Реваз. Подал ее Миронову, предлагая начать следующий круг. – Так что вариант у нас только один. Валить в Шемаху. И чем быстрее, тем лучше.

Игнат был с ним полностью согласен. Долбанули по ним не с земли, с воздуха. И, скорее всего, с малого беспилотника – для полетов сектор был закрыт, а эти, если еще и прикрытые правильными магемами, практически не отслеживались.

Однако парочка «но» в этом, на первый взгляд идеальном для их противника раскладе, все-таки имелась: оптимально-безопасная с точки зрения защиты дальность действия беспилотника и контроль наведения, что позволяло определить возможный радиус поиска.

К их сожалению, Ширван находился в его пределах, осложняя и без того идущую наперекосяк миссию.

- Значит, валим, - вслед за Ревазом сделав глоток из фляжки, согласно кивнул Игнат. – Вот сейчас доедим…

Пол под ногами дрогнул, когда он уже поднес ложку ко рту. Качнулась висевшая над ними лампа. Задребезжала посуда…

Мысль о том, что он – идиот, была не последней, но именно она и побудила к действию.

Ни один магический удар подобной силы не обходился без отката.

Для района с повышенной сейсмической активностью то же самое, что поджечь фитиль у бочки с порохом.

Рванет с вероятностью в сто процентов.

Глава 2

Со вторым домом нам не повезло – мужчина оказался мертв. Умер еще во время землетрясения, практически сразу, когда упавшая балка раскроила ему череп.

Говорить ничего не пришлось. Сашка, приметив, как я дернулась, протянул помповое ружье, заряженное капсулами с краской. Пока я отмечала место, где искать тело, выставил маяк, переведя его на черный цвет.

Все, что могли для него сделать…

Так мало и так много, если учесть, что теперь его смогут достойно похоронить.

А вот в третьем доме живые были. Двое. Мать и ребенок, «прикрытые» шкафом, который лег на спинку дивана, создав нишу, в которой они и лежали, свернувшись едва ли ни калачиком.

Надо сказать, что в первый момент я растерялась, совершенно забыв, что наша задача – поиск. Замерла, посмотрев на Сашку. Потом перевела помутневший от выступивших слез взгляд на Игоря…

Если бы знала, как все это будет выглядеть…

Прилетать сюда было ошибкой. Теракт в Москве дался мне тяжело, но я справилась. Теперь же…

От бегства меня удерживало только одно: стыд перед отцом. Если не выдержу, просто не смогу смотреть ему в глаза.

- Что? – Игорь дернулся ко мне, не сообразив, что стало причиной смятения.

- Все нормально, - перехватил его Тоха. Встав между нами, рявкнул: – А ты – соберись! Устроила тут нюни.

- Без тебя разберусь! – огрызнулась я, тем не менее, признавая его правоту.

Рукавом вытерла слезы, наплевав на направленные на меня взгляды. Протянув руку, взяла у Сашки похожее на детскую игрушку помповое ружье.

Выстрел… Краска заляпала часть обвалившейся стены и перекошенную оконную раму. Дом одноэтажный. Диван и шкаф – не новодел, из настоящего, крепкого дерева. Если больше не будет сильных афтершоков…

Рассчитывать на это не стоило – несколько толчков после того, самого первого, уже было, но спасение детей стояло в приоритете, так что шансы имелись весьма серьезные.

- Красный и зеленый, - повернувшись спиной к останкам дома, бросила я Трубецкому. И добавила… не для того, чтобы осознал – чтобы понял, каково это, примерить на себе то, что они чувствовали: - Мать и ребенок.

Когда оказались на улице – Антон и Игорь постоянно поддерживали, пока перебирались через завалы, проигнорировав остальных, присела на уцелевшую каким-то чудом скамейку.

Кустарник справа. Клумбочка слева.

Почти идиллия… Если бы еще ноздри не забивал запах дыма и строительной пыли.

Парни, что