Целительница. Выбор - Наталья Владимировна Бульба

- Ага, самостоятельной. А нам после нее…

- Правильно он говорит, - перебил его Реваз. Уже без малейшего акцента. – Девочка выросла. Ну а мы присмотрим, чтобы никто не обидел.

Теперь хмыкнули уже двое. К Андрею присоединился отец.

И только Реваз продолжал выражать абсолютное спокойствие. Словно это не он обучал меня приемам самообороны.

- Ты когда едешь? – Андрей решил не развивать дальше тему моего проживания.

- Завтра в ночь, - поднялся Реваз с кресла. Подошел к камину – тот опять уже практически прогорел, протянул руки. – Отец объявился. Звонил. Сказал, что готов все забыть. И даже хочет просить для меня руки Алии.

- Князь? И ты его не послал? – Иронии в голосе Андрея было, хоть отбавляй.

Реваз не оглянулся, но головой качнул.

А до меня вдруг дошло. Фамилия Реваза – Гогадзе. Отчество – Суренович. Сурен Гогадзе – князь, род которого контролировал Баку.

Вот тебе и переплетение судеб! Отец – родившийся в роду Воронцовых, но ставший Ворониным. Андрей, пусть и признанный сын, но все равно бастард. И вот теперь Реваз…

- Нет, - развернувшись, как-то жестко, категорично, произнес вдруг Реваз. – Старый он стал. Да и я уже не мальчик, чтобы продолжать пестовать детские обиды.

- Вот это ты правильно, - поднялся отец. Подошел к Ревазу, обнял его. Когда и Реваз похлопал его по спине, принимая участие, отстранился. – Увидишься с отцом, передай от нас пожелание здоровья и долгих лет жизни.

Ответить Реваз не успел:

- Оба-на, - воскликнул вдруг Андрей, глядя на экран магофона. – Так, парни, пошла пьянка…

- Ты о чем? - подошел к нему отец. Наклонился…

- Что там? – Реваз так и не двинулся с места.

- Великий князь Павел Алексеевич определен под надзор, - похоже, что не все подряд, а выборочно начал читать вслух Андрей. – Находится в подмосковном поместье без права его покидать. Подозревается в заговоре против Империи и императора, а так же связях с персидским родом Каджаров, стремившихся захватить власть в Персии.

- Значит, все не зря, - после недолгого молчания, протянул отец.

- Значит… - повторил Андрей и, подняв голову, посмотрел точно на меня. – А вот и наша барышня, - отбросив магофон, поднялся он с дивана и подошел к лестнице, приглашая меня спуститься. – Игнат, ты как хочешь, а я до конца бала буду сидеть под дверьми Академии. А то ведь нашу красотку…

- Балабол, - засмеялся отец, но когда я посмотрела на него, поднял большой палец.

- Знаешь, Андрей, - дождавшись, когда я спущусь и подам руку крестному, нахмурился Реваз, - я с тобой. А то…

Звонок в дверь не дал ему договорить.

- Войдите, - слаженно, как если бы готовились, одновременно разрешили все трое.

А я вдруг успокоилась. Сладится у нас с Трубецким или нет, покажет время, а пока…

А пока я собиралась просто жить. Учиться; встречаться с Сашкой, если это будет нашим обоюдным решением; ходить на балы и в кафешки; любить отца, Андрея и Машу, которым желала счастья, Реваза, его Алию, с которой была еще не знакома; бабушку, деда, Данилу Евгеньевича и Людмилу Викторовну, Юлю, князя и княгиню Трубецких… А еще дружить с теми, с кем сведет судьба.

И верить… Искренне верить, что хороших людей, которым не все равно, в этом мире значительно больше, чем плохих.

Верить, несмотря ни на что…

г.Омск

Март 2024 г