Та, кого я не любил - Лу Берри

О том, что правду стоило рассказать ещё много лет назад, а не теперь, Аня предпочитала не думать.

— Ну что молчим? — послышался голос участкового, нарушая её путаный, хаотичный ход мыслей.

Она уже потеряла счёт тому времени, которое провела здесь, в участке. Чёртова Лада! Как будто мало было ей, Ане, и без того неприятностей!

— Я ведь все уже сказала, — проговорила в ответ, стараясь не дать вырваться наружу раздражению и подступающей истерике. — Меня подставили! Я была в гостях, а потом моя подруга взбесилась и выгнала меня на улицу в чем мать родила!

— А вы всегда в гостях голой расхаживаете?

— Так получилось!

— И прямо вот безо всяких причин взяла и выгнала? — изогнул участковый бровь.

Ане в этом движении почудилась откровенная насмешка. Не сдержавшись, она огрызнулась…

— Может, у неё об этом и спросите? Откуда я знаю, что ей стукнуло! Может, она из ума выжила и её лечить пора! А вы кошмарите тут меня, вместо того, чтобы взяться за настоящую виновницу!

Участковый на неё даже не посмотрел, лишь молча что-то напечатал.

— Вы не волнуйтесь так, надо будет — и её спросим. Но, тем не менее, по улице голой бегали именно вы, есть свидетели. Вас в таком виде наблюдали дети. Так что это, Анна Сергеевна, тянет как минимум на нарушение общественного порядка. Знаете, что за это бывает?

Аня задохнулась. Хотела было возмутиться, но вместо этого… заревела.

— Я же вам говорю… я это не специально! Я сама жертва! Отпустите меня! У меня сын… ждёт дома…

До неё донеслось в ответ лишь короткое хмыканье.

— Тем более вам должно быть стыдно такое творить. В общем, вот что… прощу вас на первый раз…

Она почти уже выдохнула с облегчением, но тут участковый добавил…

— Но штраф мы вам все же выпишем. Как урок на будущее.

Такой итог тоже совсем не добавил ей радости — лишних денег не было, но так невыносимо хотелось уйти отсюда, что она решила ни с чем не спорить…

А когда оказалась наконец на улице — поняла, что не особо представляет, что дальше делать.

У неё не было ни телефона, ни документов — львиная доля того времени, что проторчала в участке, была потрачена на подтверждение её личности. И теперь, освободившись, Аня даже растерялась — куда ей идти? И… как?..

Казалось логичным добраться до родителей. Тем более, что полицейские уже звонили её матери, едва не доведя ту до инфаркта. Объясняться, по какой причине она загремела в участок, Ане совсем не хотелось, но выбора больше не было…

В конечном итоге она сообразила поймать такси прямо на улице. Эта поездка влетит ей дорого, учитывая, что ехать нужно за город, но куда деваться? Ещё и придётся просить родителей заплатить таксисту…

Но ничего, она все это перетерпит. Доберётся до родных и сможет наконец позвонить Никите, который вернёт ей её вещи, не бросит в беде…

Ведь не бросит же?..

Внезапно накатили сомнения. Он ведь ничего не ответил ей, когда она предложила все рассказать Ладе…

Что, если он не захочет бросать жену? Что, если просто развлекся с ней и ему этого уже достаточно?..

А она ведь успела вообразить, что он готов ради неё на все… Что побежит за ней, как верный пёс, стоит только поманить…

Вот дура!

Ну а впрочем…

Лада ведь теперь обо всем знает. Возможно, она сама выгонит мужа, а Аня его с радостью приголубит…

Рано паниковать. Она все сделала правильно. Пошла самым лучшим путем из возможных…

Этим она успокаивала себя всю дорогу до дачи. И к моменту, когда машина остановилась у дома, почти уже пришла в себя, но вдруг…

Обнаружила, что не она одна сюда приехала.

Стоило только Ане вылезти наружу — как первой, кого она увидела, была никто иная, как Лада.

А за её спиной маячила мама.

И, судя по её перекошенному, искаженному ужасом лицу, Лада все уже ей выложила.

Глава 12

Я не знала, сколько прошло времени с тех пор, как Никита ушёл.

Просто провалилась в немое оцепенение, просто сосредоточилась на том, чтобы слушать удары собственного сердца — только это и напоминало мне о том, что я ещё жива…

По кругу повторяла одну фразу, старую истину — все пройдёт…

Да, пройдет. А что останется? Что останется у меня после развода, после разбитой веры, после мнимой любви?..

Ответ пришёл на ум инстинктивно — я сама. Останусь я сама. Неотягощённая больше чужой ложью, освобождённая от двух мерзких тварей, которых считала родными людьми…

И я смогу встать, выстроить жизнь заново. Потому что ничего иного мне просто не остаётся.

А ещё у меня останется сын.

Сын…

Эта мысль заставила меня испуганно вздрогнуть, резко очнуться. Господи! Ведь мой ребенок сейчас у родителей Ани. И, вполне возможно, сама Аня тоже там. И один только Бог ведал, не надумает ли так называемая подруженька как-то навредить моему Паше. Не наговорит ли ему чего-то такого, что его ранит…

Теперь я знала — Аня способна абсолютно на все. И моя главная задача — позаботиться в первую очередь о сыне.

Быстро кинув взгляд на наручные часы, я обнаружила, что уже почти четыре часа вечера. Проверила телефон — вдруг сын писал или звонил? Но никаких вестей от него не было. Я надеялась, что это добрый знак. И что Паша непременно со мной связался бы, если бы что-то случилось.

Но медлить все равно не собиралась. Наскоро приведя себя в порядок, я выскочила из дома.

* * *

Добралась до дачи Прокофьевых я через пятьдесят мучительных минут — под вечер, несмотря на выходной день, город накрыли пробки.

Стоило мне припарковаться у ворот — и навстречу, видимо, заслышав шум, вышла Ольга Антоновна — мама Ани.

И выглядела она при этом странно расстроенной.

— Ладушка, — все же расплылась она в слабой улыбке, открыв мне калитку. — Ты что, по Павлику уже соскучилась?

И в этот момент я поняла — я совсем не подумала о том, что скажу родителям Ани о том, почему так поспешно забираю сына, хотя привезла его только накануне.

Да и должна ли я говорить? Дел натворили эти двое предателей, а огорошить новостями об их потрахушках ни в чем не повинных людей должна была почему-то я.

Впрочем, не повинных ли?..

Я тайком вздохнула. Родители Ани всегда относились ко мне хорошо, что называется — как к родной. И сейчас,