Воздушный поцелуй - Элли Десмонд

Минуты через три, желая разрядить обстановку, Энди продолжил:

— Я лишь хотел сказать, что Айзек скорее всего имел в виду не то, что ты подумал.

— Неужели? — недовольно отозвался Хантер.

Что касается самого Айзека, то он посмотрел на Энди с интересом — дескать, в самом деле?

— По-моему, Айзек намекает на то, что тебе непривычно было оказаться в роли… как бы это сказать… объекта постороннего внимания, — пояснил Энди.

— Что за выдумки? — отстраненно пробормотал Хантер, размышляя над своими картами. — Какое еще потустороннее влияние?

Брови Энди удивленно взлетели, после чего он обменялся с Айзеком веселым взглядом.

— Постороннее!

Оторвавшись от карт, Хантер взглянул на него.

— Постороннее внимание, а не потустороннее влияние! — со смехом пояснил Энди.

Хантер смерил его хмурым взглядом.

— И что это должно означать? Это твое потустороннее внимание?

Энди махнул рукой — мол, ладно, будь по-твоему, спорить нет желания.

— Только то, что ты привык сам выбирать девушку…

— Разумеется, — перебил его Хантер. — В таком деле посторонней помощи не требуется, по крайней мере мне.

Энди нетерпеливо кивнул.

— Да-да, конечно. Но тут вдруг все получилось наоборот, понимаешь?

Хантера сейчас явно больше интересовали карты.

— Честно говоря, не очень.

Энди вздохнул.

— Как бы тебе объяснить…

Вновь оторвавшись от карт, Хантер с кислым видом взглянул на Энди.

— Уж постарайся как-нибудь, ты мешаешь мне думать.

— Ну, когда ты проявлял интерес к какой-нибудь конкурсантке, вполне возможно допустить, что она не была от этого в восторге. И думала втихомолку, что ты к ней «пристаешь». А когда ты почувствовал, что на тебя обратила внимание эта Мерил Филби, то не обрадовался, так как в твои планы не входило заводить с ней знакомство. И наверняка в голове у тебя тоже промелькнуло — мол, вот пристает!

Хантер сморщил лоб, будто что-то припоминая, затем усмехнулся.

— Точно, так и было.

Энди кивнул.

— Значит, у тебя возникли точно такие же мысли, как у тех девушек, к которым ты приста… кхм… за которыми ты пытался ухаживать. В этом-то и заключается разница: одно дело, когда инициатива принадлежит тебе, и совсем другое — когда кто-то проявляет ее в отношении тебя. Ты можешь воспринять подобные действия как нечто неуместное. — Ох, куда меня понесло? Не успела эта мысль промчаться в голове Энди, как Хантер произнес, медленно и с прищуром:

— Насмехаешься?

Энди выругался про себя. Ну почему было не помолчать? Хантеру и без того сегодня досталось — сначала эта дамочка, Мерил Филби, сцапала его где-то в гостиничном коридоре, потом он подвергся нападкам за опоздание здесь, за карточным столом…

— Что ты, какие насмешки! Мне всего лишь хотелось пояснить мысль Айзека.

— Я ничего подобного не подразумевал, — усмехнулся Айзек.

Мельком взглянув на него, Хантер вновь мрачно воззрился на Энди.

— Ну?

Энди на всякий случай улыбнулся — ссориться со стариной Хантером ему абсолютно не хотелось, тем более из-за какого-то пустяка. Однако сам Хантер, судя по всему, рассуждал иначе.

— Отмалчиваешься? А вот Айзек утверждает, что не вкладывал в свои слова какого-нибудь эдакого смысла.

Энди покосился на Айзека, который с интересом наблюдал за обоими приятелями.

— Ну да, слышал.

— А знаешь, что это означает? — продолжил Хантер.

— Что? — машинально спросил Энди.

Хантер отхлебнул из бокала.

— Что ты, дружище, трактуешь его слова неправильно. Проще говоря, тебе просто охота поболтать или ты пытаешься внушить мне какую-то галиматью.

Брови Энди взлетели.

— Я не…

Однако Хантер проигнорировал его желание оправдаться.

— И вообще, то, что ты сказал, в большей степени относится к тебе самому.

Энди заморгал.

— То есть как? Я ведь даже не знаком с этой Мерил Филби…

— Неважно! — качнул Хантер головой. — Дело не в ней.

— Вот как? — Энди удивился еще больше. Беседа приняла неожиданный оборот. — В чем же?

— В тебе, дружище. В тебе самом.

Энди нахмурился, пытаясь сообразить, куда клонит Хантер, а также есть ли тут подвох и если да, то в чем он заключается. В то же время он вдруг обнаружил, что все теперь смотрят не на Хантера, а на него.

Если вдобавок кто-то вспомнит о моем опоздании, то все, пропал! — промчалось в мозгу Энди. А если еще и остальным расскажут, у меня будет репутация точь-в-точь как у Хантера.

Меньше всего на свете Энди хотелось, чтобы другие члены карточного клуба узнали об оплошности, которую он сегодня допустил. Пунктуальность является в их кругу делом чести. Отсутствие таковой расценивается немногим меньше, чем отказ от уплаты карточного долга. К счастью, с Энди пока не случалось ни того ни другого, и он надеялся избегать подобных неприятностей и впредь.

Поэтому он осторожно произнес, взглянув на Хантера:

— Не пояснишь ли, что ты имеешь в виду?

Тот откинулся на спинку стула.

— Это ты объект постороннего влияния, а не я.

Энди перевел дух. Кажется, пока можно не волноваться. Он-то боялся, что Хантер скажет что-нибудь наподобие: «Прежде чем разглагольствовать о моих грешках, взглянул бы на себя. Сам хорош — опоздал сегодня на игру, а туда же, читаешь мне мораль на тему, как нехорошо «приставать» к девушкам».

— Ах вон оно что! — усмехнулся Энди. — А я-то ломаю голову, что бы это могло быть. Ну и какому же влиянию я, по-твоему, подвергаюсь? — Он говорил нарочито легким, веселым тоном, всячески показывая, что не воспринимает выпад Хантера всерьез.