После измены. Новая я! - Ива Ника

— Прошло всего ничего, как я тебя выгнал из дома, а ты уже распоясалась, — хмыкает он. — Следи за языком — это все, что я тебе скажу. И не превращайся из-за своей обиды в мстительную дрянь. Я все равно к тебе не вернусь. Тогда, может быть, наше существование в рамках института пройдет… спокойно, — напоследок он сжимает руку как можно сильнее, а после отпускает. — Скажи, ты же решила восстановиться, чтобы быть ближе ко мне? Я думал, у тебя больше гордости.

Хватаюсь за шею. Не могу сказать, что меня напугала угроза Ромы. Но я поняла, что многого о нем не знала… и не знаю, на что он способен. Поэтому пока я не восстановилась, решаю просто промолчать. Волнение сводит желудок, отзываясь тошнотой в горле. Лишь мотаю головой, глядя на мужа. Какой же он… противный.

— В любом случае, не попадайся мне на глаза, если не хочешь проблем, — Рома разворачивается ко мне боком. — И не смей кому-либо говорить, что нас что-то связывало, — он делает шаг к двери.

— Я подаю на развод, — бросаю ему в спину.

Рома на мгновение замирает, сжимает руки в кулаки.

— Тогда и кольцо верни, — он оборачивается ко мне через плечо. — Это же я его покупал.

— Да получай, — со всей силы стягиваю несчастный ободок и кидаю его в Рому.

Кольцо ударяется о плечо мужа и с тихим звяканьем падает на пол, открываясь под одну из парт.

— Подними и отдай нормально! — рычит Рома, разворачиваясь ко мне всем телом.

— Оно тебе нужно, не мне, — пожимаю плечами, складываю руки на груди. — Так что поднимай сам.

Да-да, я и так умею! На мгновение мои щеки теплеют от гордости, не отвожу глаз от Роминых, наполненных гневом.

— Ну что ж, — муж сжимает губы в тонкую линию, сводит брови к переносице, тихо хмыкает. — Ты еще пожалеешь о своем неуважении.

И снова я наблюдаю, как он разворачивается, выходит за дверь и быстро идет по коридору, скрываясь за стеной.

Только сейчас понимаю, насколько была напряжена все это время. Шумно выдыхаю, сгорбливаю плечи. Нахожу глазами тускло сверкающее на солнце кольцо. В голове проскальзывает мысль, что я могу заложить его. Вот только гордость не позволяет мне прикоснуться к атрибуту моей прошлой жизни, поэтому я тоже выхожу из аудитории, больше не обращая на кольцо никакого внимания. Возможно, это глупо, но я чувствую от этого облегчение, будто сбросила удавку с горла.

Но уже на улице начинаю жалеть о своем поступке — мне все еще некуда идти, в кармане осталось меньше двадцати тысяч. На резюме пока что никто не ответил, и в целом я не знаю, что мне делать дальше. Сажусь на лавочку перед фонтаном и смотрю на переливающуюся воду. Внутри разливается огромное чувство безнадеги. Закусываю губу, как вдруг телефон в руке настойчиво вибрирует. Смотрю на экран. Номер городской.

— Неужели, — надежда, словно спичка, вспыхивает в груди. Это по поводу работы. — Алло, — тут же воодушевленно отвечаю.

— Добрый день! — твердый мужской голос отзывается в трубке. — Вас беспокоит государственный инспектор труда Жарков Александр Степанович. На вас поступила жалоба с вашего бывшего места работы. Вам необходимо явиться в отделении для дачи показаний.

Дыхание тут же перехватывает. Недоуменно моргаю.

— И в чем меня обвиняют? — язык прилипает к небу от шока.

— В краже, — строго отвечает инспектор.

* * *

Дорогие мои,

приглашаю вас в еще одну свою непростую и очень эмоциональную новинку

Измена бывает разной

https:// /shrt/J8Qm

— У вас все серьезно? — слова даются с трудом.

— Хватит! Этими вопросами ты делаешь себе только хуже, — четко выговаривает Денис. — Сейчас главное, чтобы ты поправилась. Так что сначала приведем твое красивое личико в порядок, а потом обо всем поговорим.

— Я хочу развод, — шмыгаю носом.

— Ну какой тебе развод? — кажется, Денис усмехается. — Ты беспомощная мышка, за которой нужен уход. Так что смирись и поправляйся. Если тебе так будет проще, можешь представить в своей рыженькой головке, что никаких измен нет. Все равно ты их пока что не сможешь увидеть.

Книга живет здесь

https:// /shrt/l3Z6

Поддержите ее, пожалуйста. Буду очень благодарна!)))

С любовью, ваша Ива!)

Глава 10

В небольшом кабинете царит атмосфера официальности. Вся мебель выглядит слегка потрепанной. На стене висит календарь с видом гор, рядом с ним — огромный плакат с выдержками из Трудового кодекса, слегка пожелтевший по краям, и магнитная белая доска с графиком проверок.

Все это я изучаю, сидя на неудобном стуле для посетителей.

— Так, ну что ж… — инспектор внимательно смотрит на меня, сложив руки перед собой.

Нас разделяет массивный письменный стол, покрытый уже потертым лаком с бесчисленным количеством царапин. На нем стоит слегка повернутый боком монитор, на краю лежит стопка жалоб, в которой одна из них, наверняка, написана на меня.

Не могу смотреть в блеклые голубые глаза инспектора, поэтому перевожу взгляд на белую кружку с чаем, на которой большими цифрами выведено “23”, а ниже написано “февраля”.

“Мило,” — неуместная мысль проносится в голове.

Инспектор выпрямляется, отчего потрескавшийся обивка его кожаного офисного стула противно скрипит.

Я приехала в инспекцию сразу же после звонка. Меня встретил высокий, худощавый мужчина с осунувшимся лицом. Его волосы цвета соломы слегка кудрявятся, отчего он постоянно пытается их пригладить. Выглядит это немного… забавно что ли.

— На видео видно, как вы что-то кладете себе в сумку перед уходом, — инспектор поворачивает ко мне экран компьютера и выключает короткое видео из моего бывшего кабинета.

Внимательно всматриваюсь, как я, стоя за ресепшеном действительно что-то кладу к себе в сумку. Высокая стойка мешает увидеть, что именно. Сглатываю ком в горле. Тошнота от волнения становится сильнее. Хочется как можно быстрее выйти из этого кабинета, поэтому вцепляюсь пальцами в стул, удерживая себя на месте.

— Все верно, — произношу уверенно, облизываю пересохшие губы. — Я убирала свою кружку, которую забирала после увольнения.

— А ваш начальник утверждает, что вы забрали деньги из сейфа, который как раз стоит в том месте, — инспектор кладет передо мной фотографии моего рабочего места, где красуется тот самый сейф, находящийся до этого в шкафу за моей спиной. И вот незадача — денег там отродясь не было, о чем и сообщаю инспектору.

— Слушайте, — он устало трет переносицу. — У меня сейчас два варианта: либо я закрываю дело, либо перенаправляю его в полицию.