Под счастливой звездой - Дженни Браун

Когда в голове наконец перестало стучать, Трев отправился навестить майора Стэнли. Подойдя к дверям меблированных комнат майора на Нью-стрит, он приготовился к подшучиваниям своего старшего товарища, а майор от души повеселится, когда узнает об исходе встречи с прекрасной карманницей. Но Стэнли его друг, и ради сохранения их дружбы он готов смириться любыми шуточками.

Однако когда Трев поведал майору о случившемся, тот был с ним мягок.

— Такова природа охоты, мой мальчик. Это честная драка, и добыча может ускользнуть. Должен признаться, я тебе завидую.

— Но ты же нашел утешение с подопечными мамаши Бриствик.

Его друг довольно улыбнулся.

— Ну да, ну да. Но не бесплатно, мой мальчик, не бесплатно. Если только мне не улыбнется удача за игорным столом, до платежного дня меня ждет жалкое существование одинокого холостяка. Разумеется, — друг повысил голос, — есть еще маскарад.

— Надеюсь, ты не питаешь слабости к маскарадным костюмам.

— Меня привлекают вовсе не костюмы, а перспектива их снять. Женщины, которые бывают там. — Стэнли нарисовал руками в воздухе песочные часы. — Проститутки бок о бок с аристократками, ищущими приключений, женами богатых старичков. И все эти куколки не прочь поразвлечься. Если даже там ты не сможешь найти себе подходящую женщину, то ты безнадежен. Большего выбора прелестных соблазнительниц тебе нигде не сыскать.

— Как же ты можешь судить, прелестны они или нет, если их лица закрыты масками?

— Ты же идешь туда не ради их лиц, — хохотнул майор. — А их тела выставлены напоказ весьма недвусмысленно. И что самое главное. Если правильно разыграешь свою карту, тебе даже не придется платить за удовольствие. Я рассказывал тебе о той итальяночке, которую встретил на маскараде в Калькутте? — Он принялся излагать длинную историю с непристойными подробностями, которую Трев и в самом деле уже слышал, причем несколько раз. Но он позволил другу поведать ее снова, раз уж это доставляло ему удовольствие. К тому слова майора натолкнули его на одну головокружительную мысль.

На обед в приюте леди Хартвуд было мясо, нежные бараньи отбивные, прямо от мясника, и на завтрак тоже мясо. Жир стекал у девушек по подбородкам, когда они набивали животы так, что чуть не лопнули, запихивая себя еду с молниеносной скоростью, чтобы у них ее не выхватили. Темперанс предпочла бы не предоставить ее светлости доказательство того, как желанна была ее помощь, но не могла совладать с собой. Удовольствие наесться до отвала оказалось непреодолимым.

Кроме того, было вполне разумно воспользоваться этой неожиданной удачей. Она вернется на улицу, как только выяснит, чем же занимается ее светлость, а после этого неизвестно когда ей еще раз посчастливится сытно поесть. При этой мысли она почувствовала мимолетное сожаление, которое быстро сменилось стыдом.

Бедняки всю жизнь живут на черством хлебе и прогорклой колбасе. Только богатеи едят жирный ароматный бекон. Простая скудная пища — цена, которую она готова была заплатить за свою свободу, и она вновь ее заплатит. Ну а пока ей ничего не остается, как предаваться чревоугодию. Она с жадностью проглотила свою порцию, и когда служанка, не говоря ни слова, вновь наполнила ее тарелку, умяла и это тоже.

Затем слуги унесли грязную посуду, и девушки перешли под опеку экономки — женщины среднего возраста с добрым, но отнюдь не глупым лицом, которая прибыла с целой свитой лакеев, несущих ведра с горячей водой. Экономка заставила их скрести себя до тех пор, пока кожа не стала розовой и пылающей. Намыливаясь дорогим куском душистого мыла, Темперанс запретила себе испытывать слишком большое удовольствие. Беднякам не будет от нее никакого проку, если она вновь вернется к бессмысленному сибаритству, от которого ее спас Рэндалл.