Рождество в берлоге - Ариана Хоукис

— Угу. На этом я обычно и останавливаюсь.

Мужчина покачал головой.

— А что еще ты вытворяла?

Девушка вздохнула.

— Ух. Много чего. Долгое время я была по-настоящему зла на весь мир. Я часто сбегала с другими детьми из детского дома. Во-первых, я была Рождественским диверсантом. Раньше я воровала праздничные украшения из чужих домов. Я всегда швыряла в окна людей тяжелые ледяные снежки и рушила снеговиков. Я действительно была не очень-то и милой.

— Звучит как вполне понятное поведение, — произнес мужчина, но румянец уже исчез с ее щек.

— О, боже, мне очень жаль. Я даже не знаю, зачем я тебе все это рассказала. Я бы сейчас ничего подобного не сделала.

Грейнджер ухмыльнулся.

— Точно так же, как я не сидел бы в машине Джона и не ловил кайф вместе с ним и Энди. А когда мы с Адамом были детьми, мы ужасно относились к клану его подружки. Наши семьи были заклятыми врагами в течение многих лет, и наши родители воспитывали нас, чтобы быть враждебными к ним. Мы все время проказничали, и они мстили нам, а мы возвращались и делали с ними что-нибудь еще.

— Похоже на Монтекки и Капулетти.

Он рассмеялся.

— Да, я уверен, что мой брат и дочь соседей — Ромео и Джульетта. В любом случае, моя точка зрения в том, чтобы ты не делала ребенком, это не должно влиять на взрослого тебя. Какие бы плохие поступки ты не делал, все можно перекрыть добрыми делами.

— Мы просто стараемся стать кем-то лучшим.

На ее словах волна нежности затопила Грейнджера. Больше, чем когда-либо, он хотел помочь этой очаровательной девушке, чтобы снова поверить в Рождественское чудо. Но, нужно подумать, как преподнести ей все. Мужчина протянул телефон, чтобы отвлечься от мыслей о чем-то глупом.

— Говоря о моем дорогой брате, все выглядит так, словно он добрался куда-то.

— Отлично! Так он в Нью-Йорке?!

— Нет! Угадай, где он?

— Умм, Коулмен?

— Точно! Ты угадала.

— Ах, даже, если бы это был Нолан, мы могли не угадать.

— Точно. Знаю… — Они посмотрели друг на друга и рассмеялись. — Свернем все на вино.

— Угу. — Его сердце пылало любовью. Грейнджеру нравилось, что она была немного взбудоражена, а не притворялась, что шутит. — Так, что случилось? Он заселился в отель?

— Нет, к сожалению. Он просто потратил пятнадцать долларов шестьдесят восемь центов в магазине.

— Ох, — на лице девушки отразилась грусть. — Я думала, что он нашел отель.

— Гм. Будем надеяться, что в Коулмене больше отелей, чем здесь и его девушка не замерзнет в такую погоду.

— Я уверенна, что мы все поймем. Должна быть причина, по которой он выбрал этот город. Если что, автостанция открыта круглосуточно.

— Ты права. И это хорошие новости. Если мы выедем ранним утром, то может успеем застать их там.

— Звучит как умный план.

Только потом официант вернулся к ним с десертным меню.

— Я очень устал, но у меня есть время и место для крем-брюле, — сказал Грейнджер.

Ноэль немного задумалась.

— У меня тоже.

— Может, возьмем напополам?

— Да, давай!

Официант принес две ложки, когда через несколько минут принес десерт. Поначалу они робко принялись за еду, позвякивая маленькими ложечками.

— Это потрясающе! — провозгласил Грейнджер. — Я очень люблю сладкое, и мне оно снилось, когда я лежал на своей армейской койке и слушал, как снаружи бушуют песчаные бури.

Ноэль хихикнула.

— А теперь ты ешь его, сидишь с незнакомой странной девушкой и слушаешь, как снаружи бушует снежная буря.

Мужчина ухмыльнулся.

— Ты уже не незнакомка и не странная…

— И ты тоже.

Они удерживали взгляд друг друга в течение длительного момента.

Пара доела восхитительный десерт, Грейнджер наслаждался очевидным удовольствием, которое Ноэль получала от еды. Он взглянул на часы.

— Я думаю, нам лучше вернуться, чтобы быть уверенными, что мы будем в Коулмене вовремя, чтобы завтра застать моего брата, где бы он ни был.

— Конечно, значит, мы должны выехать около шести, я полагаю?

Грейнджер вздохнул.

— Наверное, да. Я думал, что оставил ранние подъемы позади, когда ушел из армии, но это на то не похоже. И все же сейчас только десять вечера. Достаточно времени для семичасового сна.

— Согласна! — весело сказала она.

Когда подошел официант, Ноэль схватила чек и настояла на том, чтобы оплатить все расходы. Грейнджер спорил, но она была непреклонна, и в конце концов он сдался, зная, что ей нужно чувствовать, что она вносит свою долю, а не просто получает бесплатную поездку и развлечения.

Они задержались за столом, и Грейнджер неохотно закончил трапезу. Это было так похоже на свидание, и он был так очарован этой красивой девушкой. Он нервничал, возвращаясь в их комнату и проводя ночь в непосредственной близости от нее. Ему становилось все труднее и труднее скрывать свое желание к ней, и он едва ли доверял своему медведю быть с ней наедине. Но им нужно было поспать.

Наконец они отодвинули свои стулья и встали.

Глава 4

Ноэль поднялась по лестнице впереди Грейнджера, на дрожащих ногах. Ее сердце бешено колотилось при мысли, что они будут спать в одной комнате. Влечение к нему было настолько сильным, что ей казалось, будто она вела себя странно во время ужина, отпускала глупые шутки и едва могла встретиться с ним взглядом.

«И он пригласил меня к своей семье на Рождество!»

Ее сердце подпрыгивало каждый раз, когда эта мысль проносилась в ее мозгу. Он был самым добрым, самым великодушным мужчиной, которого она когда-либо встречала в своей жизни. И он был таким очаровательным. Пока они разговаривали, Грейнджер заставил ее почувствовать себя самой интересной девушкой в мире. Девушки должны падать к его ногам.

«Но ведь он одинок, верно? Он не возился бы со мной, если бы у него уже была девушка».

Если только его девушка не была такой классной и красивой, что никогда ни в чем не чувствовала себя неуверенно. Да, наверное, именно такой она и должна быть. Статная и светловолосая, с солнечной натурой.

Наверху лестницы она не могла вспомнить, в каком направлении находится их комната.

— Слева или справа? — Ноэль повернулась к Грейнджеру.

В этот момент она поймала его взгляд, устремленный вверх. «Он просто смотрел на мою задницу? Мне, наверное, показалось». Но все же, мысль о том, что он, возможно, засматривался