Опасное желание - Кара Эллиот

Множество вопросов теснилось в голове Софи. Ее интересовало, например, каким образом ее серьги попали к Камерону? Она надеялась, что он все объяснит ей.

Встреча с Софи взволновала Камерона, хотя он и не признавался себе в этом. Не желая возвращаться в свое одинокое жилище, он направился в «Волчье логово». Милая болтовня Сары – не говоря уже о ее выдержанном бренди – всегда производили на него успокаивающее действие и были как бальзам на душу.

Камерон чувствовал, что ему необходимо выпить.

Общение с Сарой было необременительным, ее личный кабинет представлял собой отличное убежище, где Камерона никто не мог потревожить, поэтому он надеялся, что быстро сбросит с себя напряжение и его нервное возбуждение утихнет.

Камерон торопливо перешел проезжую часть грязной улочки и проскользнул в заведение через боковой ход.

– Так, так, так… – встретил его хорошо знакомый мужской голос. – А мы все гадали, заглянешь ты сюда сегодня или нет.

Камерон сразу узнал рокочущий бас графа Киллингуорта и небрежно бросил шляпу на буфет.

– Что ты здесь делаешь, Коннор? Почему ты вернулся в Лондон? Только не говори, что тебе наскучила жизнь фермера, разводящего в деревне коз. С такой партнершей, как леди К, думаю, пасторальные удовольствия не могут потерять своей прелести.

Его друг, бывший владелец «Волчьего логова», расхохотался.

– Ты прав, я доволен и своей женой, и своими мохнатыми козами, которых я называю «шерстью на копытах». Но и у фермеров бывают дела в городе.

– Ткацкое производство леди К успешно развивается, – прозвучал из тени второй мужской голос.

Приглядевшись, Камерон узнал маркиза Хэддена. Значит, Коннор и Грифф вернулись в Лондон? Камерон едва не взвыл от досады. У него не было никакого желания встречаться с двумя другими «адскими псами». Приятели, как никто другой, могли сразу же почуять, в каком смятении чувств он находится. А Камерон не желал никому – и в первую очередь друзьям – показывать свою слабость и уязвимость.

– Клиенты из высшего общества так быстро раскупают кашемировые шали, что Коннор и его супруга не успевают их производить, – продолжал Грифф. – Им необходимо приобрести еще несколько ткацких станков.

Алекса Хендри, умная молодая женщина, оказалась великолепной супругой для Ирландского Волкодава – Коннора Киллингуорта. Они жили в любви, и их бизнес процветал.

– А также мебель и всякую мелочь для детской, – кашлянув, добавил Грифф.

– Поздравляю, Коннор, – пробормотал Камерон, наливая себе бренди, и искоса взглянул на Гриффа. – А тебя-то что привело в Лондон? Я слышал, ты увлеченно копаешься в земле в своем поместье и не помышляешь о переезде в город.

Грифф был экспертом в ландшафтном дизайне и с некоторых пор занимался воплощением теории в жизнь на своих землях в старинном поместье, доставшемся ему от предков.

– Мои сады великолепно цветут, – с довольной улыбкой сообщил Грифф. Он тоже недавно женился. – Но мне пришлось приехать в Лондон по требованию издателя. Я должен вычитать корректуру своих эссе прежде, чем книгу отправят в типографию.

Его жена Элиза была талантливой художницей-натуралистом, изображавшей в своих работах богатый мир флоры. Супруги прекрасно дополняли друг друга и были идеальной парой, жившей в усадьбе, окруженной классическими английскими садами.

Тот факт, что друзья были счастливы в браке, только еще больше испортил настроение Камерона. Подняв стаканчик бренди, он скривил губы в усмешке.

– Остается надеяться, что мои приятели, «адские псы», не превратятся окончательно в презренных обывателей, – произнес он.

Коннор, выгнув бровь, посмотрел на Гриффа.

– Мне кажется или это правда, что в лапе Бладхаунда торчит заноза?

– Я бы сказал, что она торчит в другой части его тела, – проворчал Грифф. – В чем дело, Кэм? Не говори только, что твой нюх на неприятности завел тебя недавно в заросли колючего кустарника.

– Вот дураки, – пробормотал Камерон, поднося к губам стаканчик с бренди. – Куда, черт подери, запропастилась Сара? Я пришел сюда, чтобы поболтать с ней и тем самым приятно провести время, и что же я вижу? Неожиданно застаю здесь своих приятелей, «адских псов», которые превратились в ручных собачек. Они ткут шали, пишут книги о садах… – Камерон в притворном ужасе передернул плечами. – О боже, боюсь, что в следующий раз я увижу, что вы надели юбки.

Шелест атласа возвестил о том, что в комнату вошла Сара.

– На кого это вы здесь лаете? – спросила она, сердито глядя на Камерона. – Неужели вы не рады видеть своих старых друзей?

У Камерона вырвалось нецензурное слово.

– Он в дурном расположении духа, – негромко сказал Грифф. – Но я понятия не имею почему.

В серых глазах Коннора, который отличался горячим нравом, полыхали молнии.

– Я тоже. Но если он и дальше будет оскорблять меня и мою жену, то ему придется подбирать с пола свои зубы.

– Я знаю только одно: Даггет сильно изменился с того дня, когда здесь побывала леди в густой вуали. Она искала встречи с лордом Дадли, – пояснила Сара.

Несмотря на всю свою любовь к Саре, Камерон в этот момент был готов свернуть ей шею.

Сидевший на кушетке Грифф выпрямился:

– Что за леди?

– Хм… Дайте-ка вспомнить… Лейтон, Лайтборн… нет, Лоуренс! Точно: мисс Лоуренс.

– И кто такая, смею спросить, эта таинственная мисс Лоуренс? – обратился Грифф к Камерону.

– А почему ты меня об этом спрашиваешь? – огрызнулся Камерон. – Похоже, здесь только Сара знает все в деталях.

– Я бы с удовольствием рассказала вам больше, – не заставила упрашивать себя Сара, – но все произошло так быстро… В заведение вошла молодая леди и заявила, что ей, по делу особой важности, необходимо поговорить с лордом Дадли.

– Вся эта история звучит как-то очень уж знакомо, – заметил Грифф.

И он, и Коннор впервые встретились со своими будущими женами в «Волчьем логове» при схожих обстоятельствах.

Коннор с упреком посмотрел на друга.

– Да перестаньте вы воспринимать все так серьезно! – воскликнул Грифф, самый беспечный из всей троицы, и состроил гримасу. – Неужели здесь больше никто, кроме меня, не обладает чувством юмора?

– Будьте осторожны, Хэдден. – Сара предостерегающе подняла палец. – У ваших друзей такой вид, будто они готовы откусить вам голову. Держите язык за зубами и дайте мне закончить.

Грифф отсалютовал ей и налил себе стаканчик бренди.

– Не сердитесь. В отличие от Кэма я всегда плачу за выпивку.

– О, я всегда вношу в ваш счет его долги, поскольку знаю, что вы в состоянии оплатить их, – с милой улыбкой заявила Сара и продолжала: – А теперь вернемся к рассказу о молодой леди. Она пробыла с лордом Дадли недолго, минуту-две, а потом поспешно ушла. И тут произошло самое странное. – Сара выдержала драматическую паузу. – Дадли вернулся к игровому столу, довольный, словно кот, наевшийся сметаны. Вскоре в заведении появился мистер Даггет и подошел к тому же столу, но пробыл в игровом зале недолго. Он вернулся ко мне сюда, выпил, а потом вдруг в зале разразился страшный скандал. Дадли начал кричать, что из его кармана исчезли драгоценности. Но когда его попросили описать их, он отказался это сделать.