Опасное приключение - Валери Шервуд

– Вот именно, – подтвердил гость. – Расскажите мне о себе. Как вас зовут? И кому вы принадлежите?

Услышав такой грубый вопрос, девушка надменно вскинула голову.

– Мое имя – Лорейн Лондон, сэр. А принадлежу я самой себе. Хотя должна еще год отработать в этой таверне.

– Понятно, – коротко бросил незнакомец, теряя интерес к собеседнице. – А теперь принесите-ка мне эля, мисс Лорейн.

В ожидании заказа он скучающим взглядом обвел соседей. Неотесанные деревенские олухи – таков был его суровый приговор. Неужели тот, с кем он должен встретиться в этой харчевне, уехал, не дождавшись его? Правда, сам он опоздал на свидание. Его лошадь потеряла подкову, и неумеха кузнец провозился с новой целых полдня. Если они в самом деле разминулись, ему придется искать того человека. А это чревато опасностью для обоих. Незнакомец почувствовал искушение задать прямой вопрос владельцу таверны, но решил воздержаться – многолетний опыт научил его не поддаваться подобным искушениям.

Звали незнакомца Рэйл Камерон, и в душе он был таким же неукротимым шотландцем, как и его далекие предки, полтора века назад сложившие головы у Флодденского холма. Законы мало его интересовали, поскольку те, что действовали в колониях, были установлены англичанами, а следовательно, к нему, шотландцу, не имели никакого отношения. Гораздо больше его интересовал собственный хитроумный план. Жаль, если он сорвется из-за такой мелочи, как сломанная подкова!

Вскоре Камерон получил ответ на мучивший его вопрос. В таверну развязной походкой ввалился высокий парень в потертой кожаной одежде и индейских мокасинах, излюбленной обуви местных жителей. Обведя глазами присутствующих, он громогласно вопросил:

– Слыхали новость? Лошадь Харли Моффатта понесла и сбросила его прямо на камни. Он расшиб голову и скорее всего уже мертв. Это случилось в десяти милях отсюда.

– А я ведь хорошо знал Харли, – сокрушенно качая головой, произнес Оддсбад. – Какое несчастье! Не иначе как он не смог усидеть в седле из-за своей хромоты…

Именно с этим человеком и собирался встретиться Рэйл Камерон. Ошибки быть не могло – в этих краях проживал лишь один хромой Харли Моффатт. Теперь придется сбывать оружие другому заказчику. Дело в том, что Моффатт, над которым многие посмеивались за бабью склонность по любому пустяку впадать в панику, уже давно был уверен, что война с индейцами племени вампаноаг неизбежна. Их главный вождь по имени Метакомет – колонисты презрительно называли его «королем Филиппом», намекая на имя, данное ему при крещении европейцами, – в последнее время заметно активизировался. Моффатт утверждал, что пока жители Род-Айленда ведут бесконечные тяжбы по поводу прав на землю, ссорятся с соседями из Коннектикута, плетут заговоры и контрзаговоры, «король Филипп» потихоньку стягивает силы. Еще в 1671 году этого коварного и жестокого вождя обложили непомерной данью, но, как видно, такая мера не смягчила его буйного нрава.

В прошлом году произошли еще два события, обострившие обстановку. Некто Джон Сосомон – Молящийся Индеец – был уличен своими соплеменниками в шпионаже в пользу белых и убит. За это преступление поплатились трое индейцев – их публично повесили на площади в Плимуте. Волнение нарастало. Боязливые колонисты вроде Моффатта не сомневались в том, что вождь вампаноагов давно вступил в сговор с влиятельным племенем наррагансеттов, и они в любую минуту могут выставить по меньшей мере десять тысяч воинов. Встревоженные жители решили принять ответные меры. В качестве одной из таковых мер Моффатт, человек состоятельный, предложил контрабандным путем доставить в Род-Айленд оружие, чтобы его жители могли в случае необходимости защитить себя. Шлюп с грузом контрабанды принадлежал Камерону и сейчас стоял в заливе Наррагансетт, чтобы двинуться вверх по реке Провиденс. Сегодня вечером в таверне «Проворная лошадка» Камерон рассчитывал получить последние инструкции от Моффатта относительно того, где именно ему следует высадиться.

Вначале Рэйл, человек по природе подозрительный, к тому же питавший инстинктивное недоверие к слишком сложным планам, решительно воспротивился тому, чтобы встреча проходила в деревенской глуши Род-Айленда. Чего ради он поедет в незнакомый холмистый край, если можно с таким же успехом назначить свидание в Провиденсе? Но, узнав, что Моффатт инвалид и поездка в город представляет для него известные трудности, Камерон нехотя сдался. И вот он сидит в этой дыре, его партнер мертв, а ценный груз находится в заливе на шлюпе, который могут в любую минуту обыскать и конфисковать оружие.

Он уже собирался покинуть таверну, как вдруг взгляд его упал на хорошенькую подавальщицу. Прелестная куколка! И подумать только – ведь вокруг нее плетется целый заговор с целью лишить ее невинности. Во всяком случае, таков был смысл разговора, который Камерону удалось подслушать у коновязи.

Рэйл задумался. Спешить ему некуда. Ночь он прекрасно проведет в гостинице, которую заприметил, подъезжая к «Проворной лошадке», а пока можно побыть здесь и понаблюдать. Как раз в эту минуту из-за стойки показалась Лорейн с кружкой эля на подносе. Когда она проходила мимо соседнего столика, парень, одетый в оленью кожу – именно он совещался во дворе с красавчиком, сидевшим сейчас у окна, – вдруг грубо схватил девушку за грудь. Она испуганно отпрянула и пролила эль на спину парня. Тот вскочил, оглушительно захохотал и попытался ее обнять, но тут от окна донесся негодующий возглас:

– Сядь на место, негодяй! Оставь мисс Лорейн в покое!

Бросив на Филиппа признательный взгляд, Лорейн осторожно поставила кружку перед Рэйлом Камероном и повернулась, чтобы уйти.

Однако Филипп остановил ее.

– Будьте уверены, мисс, я не позволю этому негодяю распускать руки, – с угрозой в голосе произнес он.

Лорейн вспомнила, как часто ревность Филиппа становилась причиной жарких стычек в таверне, и попыталась остановить молодого человека.

– Да будет вам! – смущенно сказала она. – Он ведь не хотел ничего плохого, просто выпил лишнего.

– Не хотел ничего плохого? – продолжал возмущаться Филипп, поднимаясь со стула. – Видит Бог, я научу негодяя хорошим манерам!

Встревоженная Лорейн положила руки ему на грудь и попыталась усадить.

– Прошу вас, не затевайте из-за меня драку!

Филипп, довольный тем, что нежные ручки покоятся у него на груди, нехотя повиновался. Лорейн с облегчением вздохнула – кажется, на этот раз драку удалось предотвратить – и обернулась к Камерону:

– Ваш ужин будет готов через минуту. Только, к сожалению, я не могу предложить ничего, кроме холодного мяса и хлеба – печь уже погасили.

Рэйл кивнул.

– Меня это вполне устраивает, – заверил он и с любопытством спросил: – Откуда у вас этот городской выговор, мисс Лорейн?

– От матери, – призналась девушка. – Она была настоящей леди и дала мне хорошее образование.

– Чтобы прислуживать в таверне?