По сценарию любви - Мишель Селмер

— Хорошо, — сказал он Софи.

Та удивленно приподняла брови.

— Правда? А я уж было изготовилась с тобой воевать.

Что ж, нетрудно было догадаться. Но после длительного спора с премьер-министром он просто был не в настроении ругаться еще и с ней.

— Когда нам приходить?

— В семь вечера. И возьми с собой две бутылки вина — красного и белого, хорошо? Я зажарю для вас ягненка.

— Ты зажаришь? В таком случае я прихвачу с собой еще и средство от расстройства желудка. Так, на всякий случай.

Довольная тем, что добилась-таки своего, Софи решила проигнорировать эту колкость. К тому же Филипп не имел никаких оснований считать, что его сестра плохо готовит. Она училась в одной из лучших кулинарных академий в Европе и была талантливым дипломированным специалистом. Родители, правда, пошли на это с величайшей неохотой, но Софи каким-то непонятным для него образом всегда добивалась чего хотела.

Филиппа это и раздражало, и восхищало одновременно.

— В таком случае жду вас завтра, — объявила она.

Его лицо не выражало никаких эмоций.

— Я едва могу сдержать свою радость.

София лишь улыбнулась.

— Это все, что ты хотела сказать?

— Думаю, ты видел Маделин в понедельник, — сказала сестра.

Ту самую загадочную женщину, о которой его спрашивала невеста. Ну конечно же, он обратил на нее внимание. Ее было бы трудно не заметить, особенно если учесть, как она тогда на них уставилась.

— Что с ней?

— Кажется, она снова вернулась к своим старым фокусам.

— Прости, что не затрясся от страха.

Маделин не имела к Ханне никакого отношения, поэтому он и не стал ничего объяснять. Она просто была… никем.

— Ты же знаешь, как она может себя вести. Сделает все, лишь бы привлечь внимание, — проговорила Софи.

— А ответные действия только усилят это желание. Не стоит реагировать на нее. Ей станет скучно, и она найдет себе какое-нибудь иное развлечение.

— Мне кажется, в скором времени эта женщина еще даст о себе знать.

В этом Филипп серьезно сомневался.

— Нужно ли тебе еще что-нибудь? — спросил он.

Софи раздраженно покачала головой.

— Интересно, у твоей невесты есть хотя бы малейшее представление о том, как с тобой бывает тяжело?

Он не ответил.

— Значит, встречаемся завтра вечером?

— Да, мы придем.

Сестрица послала ему свою загадочную фирменную улыбку из серии «я знаю что-то, чего не знаешь ты», одну из тех, от которых человек сразу же начинает чувствовать себя некомфортно. А потом ушла.

Забудь о Маделин. Сейчас стоит побеспокоиться о другом… Вся эта история с ужином выглядит какой-то уж слишком… домашней для Софии.

Почему ему кажется, что здесь кроется нечто большее, чем она давала понять?

Ханна только что закончила свой тихий ужин в полном уединении, когда к ней постучалась Элизабет.

— Вы должны были уйти уже давным-давно, — упрекнула ее Ханна.

Пусть мисс Прайс и работает во дворце, но должен же человек иметь свою личную жизнь, вне работы! Создавалось такое впечатление, что она находится здесь всегда.

— Я как раз собиралась уходить, когда вам позвонили, — сказала Элизабет.

— Кто?

Ханна очень надеялась, что это был кто-то из ее друзей. Господи, как же она сейчас нуждалась в поддержке…

— Это миссис Рено, — прозвучал ответ. — Снова.

Мама звонила уже четвертый раз с тех пор, как Ханна покинула Сиэтл. Неужели она не получила сообщения, что дочка сейчас не может с ней разговаривать? Ханне до сих пор было так горько и обидно… Скорее всего, если она в своем теперешнем состоянии возьмет трубку, то наверняка скажет что-то, о чем потом придется пожалеть. Как в прошлый раз, к примеру.

— Передайте, что я позвоню.

— Миссис Рено говорит, это срочно.

Она скажет что угодно, чтобы заставить дочь подойти к телефону.

— У нее очень расстроенный голос, — добавила Элизабет.

Девушка встревожилась. Последний раз, когда ее матери срочно требовалось с ней поговорить… Она готовилась к экзаменам в университетской библиотеке и была так занята, что вначале даже не обратила внимания на свой телефон, тихо вибрировавший в кармане, а потом, когда услышала полный горечи голос матери, почувствовала, как все сжимается внутри.

Милая, тебе нужно срочно прийти домой. Папа попал в аварию…

Но теперь его больше нет, и она просто не могла себе вообразить, что же настолько экстренное ей так жаждут передать.

Хотя, может, будет действительно лучше, если они попытаются наладить отношения. И к тому же папа, безусловно, очень бы этого хотел… Ханна всегда походила более на него, чем на мать. Много раз он говорил ей: «Твоя мама не такая, как мы, Ханна. Она немного взбалмошная. Тебе просто нужно быть терпеливой».

Но иногда мама была до такой степени уязвима и ни в чем не уверена, что даже Ханне с трудом удавалось это переносить. Не то чтобы мама была плохим человеком… Просто ей постоянно требовались заверения в том, что ее любят и ценят, и иногда потребность эта становилась совершенно невыносимой.

— Госпожа? — Элизабет ждала ответа.

Ради отца ей все же придется разрешить эту проблему.

— Я поговорю с ней, — ответила девушка, вздохнув.

— Миссис Рено ждет вас на второй линии.

Ханна подошла к телефону и на секунду заколебалась, прежде чем все-таки поднять трубку и нажать кнопку второй линии.

— Здравствуй, мама.

— Ох, Ханна, милая! Я так рада снова тебя услышать!

Девушке хотелось бы сказать то же самое, но именно сейчас звук материнского голоса, его сиропная сладость были слишком уж раздражающими.

— Как у тебя дела?

— О, замечательно. Но мне так тебя не хватало! Я боялась, что ты опять не возьмешь трубку…

— Ты сказала, у тебя что-то срочное.

— А как дела у тебя? Тебе нравится во дворце?

— Все прекрасно.

Если не учитывать тот факт, что жених уехал сразу после ее приезда. Или что отказался разделить с ней ужин.

— Я была очень занята, — сообщила она матери.

— А дворец красивый? А Филипп все такой же роскошный, как и раньше?

Дочь продолжала уходить от ответа. Ханне так хотелось, чтобы мама просто объяснила, что ей нужно, и на этом бы разговор закончился…

— Дворец и Филипп все такие же, какими ты их и видела в последний раз. А теперь объясни мне наконец, что же у тебя такое срочное.