Мечта из прошлого - Памела Кент

— Вам не за что благодарить меня, — заверил он ее. — Только, пожалуйста, не заблуждайтесь впредь относительно моей памяти. У меня отличная память.

— Не сомневаюсь в этом, — ровным тоном сказала она и добавила чуть слышно, так что он, возможно, и не разобрал: — Во всяком случае, не хуже, чем у Роксаны.

Спустившись на первый этаж, она узнала, что Ричард в библиотеке, и решительно направилась туда. Когда она, постучавшись, вошла, Ричард с сосредоточенным, странно окаменевшим лицом коротко взглянул на нее, продолжая мерить комнату шагами.

— Я собираюсь сходить к себе в коттедж за кое-какими вещами для Роксаны, — сказала Валентина. — Боюсь, что вам придется подержать ее у себя несколько дней, Ричард.

— Как она? — поинтересовался он.

Но ответил ему доктор Ламуан, вошедший вслед за Валентиной:

— Ее нельзя трогать. В любом случае, комната больной достаточно удалена, и ее присутствие не помешает твоим планам относительно гостей, Ричард.

— Меня совершенно не тревожит эта сторона дела, — отозвался Ричард, и губы его сжались в жесткую линию.

— Мне бы хотелось пригласить к ней здешнего врача, — продолжал доктор Ламуан. — Я не могу брать на себя ответственность за больную, которая не является моей пациенткой.

— Естественно, — рассеянно ответил Ричард. — Можешь позвонить отсюда. В холле тоже есть телефон, и в буфетной, у дворецкого.

— Я позвоню из буфетной, — решил доктор Ламуан. — Если дворецкий — тот малый, которого я видел, когда мы приехали, то он еще не знает, где находится буфетная.

— Да, он новенький, — кивнул Ричард.

Как только они остались одни, Валентина сказала извиняющимся тоном:

— Не заявись мы сюда сегодня, этого бы не случилось. Мне казалось, Роксана стала поправляться, к тому же она просто горела желанием быть здесь, когда вы приедете. — Валентина попыталась увидеть выражение его лица, но он стоял отвернувшись. — Не могу понять, чем объясняется это ее горячее желание… В любом случае мы не имели права появляться здесь без приглашения.

Ричард бросил в пепельницу окурок и взял из шкатулки кедрового дерева другую.

Каким-то тусклым, безжизненным голосом он спросил:

— Роксана давно находится у тебя? По-моему, никто не знал, где она все последнее время пропадала.

— Она приехала сюда примерно неделю назад… ко мне в коттедж. Я сразу поняла, что она не совсем здорова.

— И ты за ней ухаживала?

— Мы решили пожить вместе. У нее совсем не оказалось денег. Нельзя было не войти в ее положение.

Ричард обернулся, и ее удивила его неожиданная улыбка — мягкая, признательная, почти интимная. Он положил руку ей на плечо и сжал его.

— Как это по-валентински! — воскликнул он. — Ты всегда была милым созданием, Вал.

Она густо покраснела, захваченная врасплох его комплиментом.

— Я, наверное… должна… — запинаясь, пробормотала она ни с того ни с сего, — должна поздравить вас… с помолвкой.

Выражение его лица сразу же изменилось. Оно стало отсутствующим и замкнутым.

— В этом нет нужды, — возразил он. — Мужчина обязан когда-то жениться, и я решил, что пришел и мой черед. Моя мать постоянно твердит о внуках и всем таком прочем, и… ну и я решил ублажить ее. В любом случае мне давно пора остепениться и осесть на одном месте. Меня достаточно носило по свету.

«Да, — с тоской подумала Валентина, — он немало поколесил по свету с тех пор, как его отвергла Роксана. Но ссылаться на внуков, о которых мечтает его мать! Только ли о детях, которые будут носить его фамилию, думал он, когда выбирал в невесты копию Роксаны? Той, двадцатидвухлетней Роксаны…»

Валентина медленно направилась к двери, чувствуя, как у нее нестерпимо щемит сердце и к горлу подкатил комок. Ричард, решив, что она переутомилась, остановил ее:

— Я отвезу тебя домой. Машина все еще стоит перед домом.

— Не надо, я пройдусь пешком. Здесь недалеко.

— Глупости!

Он подхватил ее под руку и вывел из комнаты.

— Возвращайся поскорее и оставайся здесь, Вал. Роксана будет рада твоему присутствию, да и мы все тоже.

Но она отчаянно затрясла головой:

— Нет, у меня много дел в коттедже. Но я, конечно, буду каждый день заглядывать и помогать ухаживать за ней.

Спускаясь по лестнице, она столкнулась с Даной Йоргенсен. Та уже переоделась в вечерний туалет и была ослепительно красива. Так же ослепительно любила выглядеть Роксана, когда намеревалась блеснуть красотой на людях. Дана схватила Ричарда за руку и остановила его.

— Дорогой, куда ты собрался? Ты обещал показать мне дом, но я нигде не могла найти тебя. Мы с мамой дожидались тебя в моей комнате на втором этаже. Но ты еще не переоделся.

— Пока нет. Вот отвезу мисс Шоу домой и сразу же переоденусь. — Он рассеянно улыбнулся невесте, но, заметив, что она сочла его улыбку слишком официальной, потрепал ее по подбородку. Потом запечатлел поцелуй между ее аккуратно подведенными бровями и добавил: — Обстановка здесь сложилась беспокойная. Мисс Бледон нездоровится.

— Она должна остаться в этом доме? — На лице Даны была написана неприязнь, неприязнь молодости к любой болезни. К тому же Роксана представлялась ей старой и никому не нужной. — Почему она вообще оказалась здесь?

— Она оказалась здесь потому, что этот дом раньше принадлежал ей, — она из семьи Бледонов, — и ей хотелось, чтобы к нашему приезду все здесь было красиво, — спокойно и терпеливо, как ребенку, объяснил он, но за внешней невозмутимостью Валентина почувствовала нетерпение и даже некоторое раздражение. — Будь хорошей девочкой и займись чем-нибудь до моего возвращения. Гастон приготовит тебе коктейль.

Гастон вышел в это время из буфетной дворецкого и, подойдя к лестнице, полушутливо поклонился Дане.

— Конечно, я поухаживаю за ней до твоего возвращения, Ричард. Какой мужчина упустил бы подобную возможность? — И, бросив безразличный взгляд на Валентину, добавил: — Если ты не пожелаешь, чтобы я отвез мисс Шоу домой.

Но Валентина импульсивно вцепилась в руку Ричарда. Доктор Ламуан представлялся ей слишком загадочным мужчиной, чтобы в это время дня, окончательно измученная свалившимися на нее хлопотами, она согласилась еще целый час находиться в его обществе.

— В общем-то нет необходимости, чтобы кто-то из вас провожал меня, — сказала она, но пальцы Ричарда крепко сжали ее руку, и он повлек девушку к выходу.

— Ты рассуждаешь как малый ребенок. Конечно, я отвезу тебя. А о Дане позаботится Гастон. Он доктор, и весьма модный притом. Хорошенькие женщины — его призвание.