Ну здравствуй, Питер! И прощай… - Ирина Лакина

– Это он тебе предлагал? – Кира в недоумении смотрела на подругу, но ее смех был настолько заразителен, что сама не удержалась и начала хохотать!

– Да! А еще сказал, что Роман меня бросит! Все мне говорят, что он меня бросит, а он меня уже бросил, – Алиса задыхалась от смеха. – Он-то и не в курсе, что он меня уже бросил! Ой, я не могу! – девушка схватилась за живот и согнулась пополам, продолжая истерично смеяться.

Неизвестно, сколько бы еще продолжалась эта вакханалия, если бы на столе не завибрировал телефон.

– Это он! – Алиса взяла телефон в руки и в одно мгновение перестала истерить. – Слышишь, Кира! Это он! Не прошло и трех часов, как он должен был позвонить! Соизволил набрать мой номер! – девушка была на грани нервного срыва, в ее голосе, исключая намеки, звучал сарказм, самый настоящий и ничем не прикрытый.

Телефон продолжал вибрировать. Алиса держала его в руках, оттягивая момент ответа, чтобы успокоиться.

– Да! – она взяла трубку, стараясь говорить как можно спокойнее и равнодушнее.

– Привет, котенок!

Этот голос… Она многое готова была отдать, чтобы слышать его круглосуточно. Предательские мурашки снова побежали по телу.

– Привет, я уже и не ждала, – она не смогла скрыть обиду в голосе.

– Прости, пожалуйста, задержали на работе, – ответ звучал искренне и правдоподобно.

– Я жду тебя через час на том же месте. Очень хочу тебя увидеть… – повисла пауза, Алиса слышала, как он глубоко дышит, – и обнять, – последнее слово он выдохнул очень тихо и нежно.

Алиса растаяла, согретая всего лишь одной искоркой. «Что же со мной будет, если он даст мне огонь?» – подумала она.

– Хорошо. Я буду, – ответила она и положила трубку, чтобы не начать признаваться ему в любви немедленно, ибо голос внутри нее уже кричал: «Скажи ему! Скажи, как сильно влюбилась!»

– Будешь где? Алис, мы же договорились, что купим пиццу, позовем Пашку и будем играть в карты! Пока ты тут получала предложение руки и сердца, я сходила к ребятам на третий и позвала его. Пашка уже пошел покупать пиццу! – Кира затараторила, недовольно сдвинув брови.

– Извини… – Алисе было уже все равно, куда и зачем пошел Пашка и о чем они договаривались. Она начала судорожно рыться в вещах.

– Хорошо, я буду у ребят на третьем, если что, – Кира постояла минуту, но, так и не дождавшись ответа подруги, ухмыльнулась и вышла.

Тем временем одно за другим на пол летели платья, юбки, джинсы. Все было не то! Ничто не могло подойти к такому случаю. Ведь это было свидание с ним! Она должна сиять, блистать, быть манящей и волнующей. У него не должно остаться ни одного шанса! Он должен погрязнуть в ней так же глубоко, как она уже погрязла в нем. Это болото затянуло ее уже по самую шею. Болото. Иначе и не скажешь. Как еще можно назвать чувство, которое отнимает все силы, занимает все мысли, которое больно колет где-то в груди, но из которого невозможно выпутаться, от которого нельзя отмахнуться; а для того, чтобы вырвать его, нужна помощь десятка спасателей.

После мучительной примерки содержимого чемодана Алиса, наконец, остановила свой выбор на любимом белом сарафане и джинсовой жилетке.

Повертевшись несколько минут перед зеркалом, она случайно глянула на часы. С момента его звонка прошел 1 час и 10 минут. Она опоздала.

Девушка бросила быстрый взгляд на косметичку, затем обратно на себя в зеркало, махнула рукой, взъерошила волосы на голове и стремительно выскочила за дверь.

* * *

Замедлив шаг за несколько метров до условленного места встречи, издалека она увидела его.

Роман мерил шагами взад-вперед пространство перед лавочкой. В его руках был букет ромашек. Точнее, уже не букет, а скорее веник. Очевидно, что он совершенно о нем забыл, и поникшие цветки были безжалостно искалечены асфальтом и пылью. Алиса остановилась, чтобы привести в порядок свое дыхание. Она нервничала, теребя пуговицу на жилетке.

Сделав несколько глубоких вдохов и дождавшись, когда молодой человек развернется в ее сторону, она двинулась ему навстречу.

Роман, увидев ее, расплылся в улыбке. Его улыбка сводила ее с ума. Успокоившееся было сердцебиение вновь разогналось с немыслимой скоростью.

Вдруг, вспомнив про букет, он замешкался и смутился. Неуклюже спрятав его за спиной, он выбросил ромашки и отодвинул их ногой. Чтобы скорее выйти из неловкого положения, он поспешил отойти с этого места. Через пару шагов он уже стоял на расстоянии вытянутой руки от Алисы.

– Привет! – от звучания его голоса мурашки, бессовестные и колючие, рассыпались по всему телу.

– Привет, – Алиса выдохнула и, поймав его взгляд, уже не могла отвести глаз.

– Я уже начал волноваться, боялся, что ты не придешь. Иди ко мне! – он протянул ей свою большую и сильную руку. Он с силой притянул девушку к себе, обняв ее одной рукой за талию, а второй начал гладить ее волосы.

«Он боялся…» – эта мысль не покидала ее ни на секунду, словно назойливая муха. Человек не будет бояться, если ему нечего терять. Значит, ему было что. Точнее, было кого – ее! Осознание этого грело и окутывало невидимым пледом счастья ее плечи.

Алиса смотрела в его бесконечные голубые глаза, которые, благодаря сумеркам и свету фонарей, сменили свой оттенок с нежно-голубого на глубокий и даже немного синий цвет.

Она смотрела и тонула. И казалось, она уже никогда не дождется спасательного круга, чтобы вырваться из этого омута.

– Ну как же я могла не прийти, ведь я… – у Алисы с языка чуть не сорвалось, что она секунды считала до этой встречи, но он не дал ей вымолвить больше ни слова. Его губы с жадностью впились поцелуем в ее губы.

Алиса никогда не «пробовала» ничего более вкусного в жизни, чем его губы. Этот вкус был одновременно похож на нежнейший воздушный зефир, клубничный мармелад и молочный шоколад.

Он целовал ее то нежно и томительно, то страстно и грубо, не отпуская даже на мгновение, в то время как земля уходила из-под ног. Казалось, что этот поцелуй длится уже целую вечность.

Наконец, он остановился, нежно провел ладонью по ее щеке и немного отпустил.

– От тебя невозможно оторваться! – прошептал Роман ей на ухо.

– Тогда как тебе это удалось? – к Алисе вернулось спокойствие, и она могла шутить.

– Признаюсь, это было сложно. Я колоссальным усилием воли заставил себя остановиться, – он улыбнулся и чмокнул ее в лоб.

– Пойдем, прогуляемся до одного тихого местечка, где нам никто не помешает.

Он взял ее за руку и повел за собой. Они вышли за территорию городка, прошли порядка трехсот метров по вымощенной плиткой дорожке, и перед Алисой предстал маленький полузаброшенный парк. Когда-то ухоженные кусты теперь походили на заросший терновник. На центральной площадке парка зарастало тиной небольшое озеро, из которого на цементном постаменте ввысь устремлялась точная копия кукурузника.