То, что доктор прописал - Кристи Голд

Мишель закусила нижнюю губу.

— Вы правда считаете, что это хорошая идея?

— Почему нет? Это даст нам возможность лучше узнать друг друга.

— А почему вы хотите лучше меня узнать?

Это сбило его с толку.

— Странный вопрос. Вы считаете, мной движут низменные мотивы?

Мишель потупилась.

— Я понятия не имею, почему спросила вас об этом.

Ник протянул руку и убрал ей за ухо прядь волос. Это был вполне невинный жест, но от одного прикосновения к ней у него внутри все затрепетало.

— Вы сомневаетесь, не намереваюсь ли я затащить вас к себе в постель?

— Я не хотела вас оскорбить, но у меня было достаточно опыта с другими мужчинами...

— Я не другие мужчины, — спокойно произнес он. — Но я солгу, если скажу, что эта мысль не приходила мне в голову. Признаюсь, одно время я думал об этом.

Мишель потерла обнаженные руки, чтобы унять дрожь.

— Что значит «одно время»?

— Несколько месяцев назад это было все, что имело для меня значение. Секс, и ничего больше. Но вы изменили это.

— Я?

— Да, вы. Я хочу лучше вас узнать, Мишель, прежде чем вступать в более близкие отношения. Я хочу заняться с вами любовью, но только когда мы оба будем к этому готовы. Однажды я уже поспешил, и это оказалось большой ошибкой.

Собственный горький опыт заставил Мишель спросить:

— Это было до или после вашего развода?

Выражение его лица оставалось серьезным.

— Развод открыл мне глаза. Я был верен своей жене, но она сомневалась во мне.

Одна бровь Мишель вопросительно поднялась вверх.

— Она обвинила вас в измене?

— Не с женщинами. Бриджет утверждала, что моей любовницей являлась работа. И в каком-то смысле она была права.

Мишель была поражена его честностью. Но можно ли ему доверять? Впрочем, нельзя не признать, что он все меньше и меньше казался ей похожим на Бретта.

— А как же физическое влечение? — Она оперлась рукой о стойку.

— Влечение, безусловно, должно присутствовать, но это не единственное, что связывает мужчину и женщину.

Мишель было отрадно сознавать, что он тоже так считает.

— Значит, вас ко мне влечет?

— Вплоть до самовозгорания.

Ник медленно окинул ее взглядом с головы до ног. Хотя он стоял в футе от нее, Мишель всем телом ощущала его волнующую близость.

Вопреки здравому смыслу она протянула руку и, расстегнув его бабочку, ловким жестом бросила ее на стойку.

Его глаза сузились.

— Чего вы хотите, Мишель? Свести меня с ума?

Она расстегнула верхнюю пуговицу на воротнике его рубашки.

— Я хочу, чтобы ты немного расслабился. Ты выглядишь напряженным.

— Я напряжен, но дело тут вовсе не в галстуке.

Мишель прекрасно понимала, что причиняло ему такое неудобство, но ей нужно было, чтобы он сам ей об этом сказал.

— Тогда в чем?

— В тебе. Я хочу тебя поцеловать.

Ее грудь налилась, внизу живота разлилась приятная боль.

— Тогда что тебя останавливает? — Мишель не могла поверить, что задала ему этот вопрос. Как и в то, что она желала, чтобы он ее поцеловал.

— Во-первых, мы находимся в доме твоей сестры, — сказал Ник. — А во-вторых, я уже решил, что нам не нужно торопиться.

Прежде Мишель согласилась бы с этим, но рядом с Ником она не чувствовала себя прежней. То, что она собиралась сделать, было совсем не в ее характере.

Подавшись вперед, девушка закрыла глаза и запрокинула голову. Но вместо того, чтобы поцеловать Мишель, Ник схватил ее за плечи и отодвинул от себя.

— Нет, Мишель. Не здесь и не сейчас.

Ее глаза широко распахнулись, словно он дал ей пощечину.

— Что плохого в простом поцелуе?

Ник опустил руки и отстранился.

— Я не уверен, что смогу остановиться, если поцелую тебя сейчас.

Эти слова немного смягчили его отказ.

— И ты думаешь, я буду в таком восторге от твоего поцелуя, что не захочу тебя остановить?

— Я не готов воспользоваться этой возможностью.

— А что, если я готова?

Ник цинично усмехнулся:

— Ты действительно заставляешь меня напрягаться. Во всех смыслах этого слова.

Посмотрим, надолго ли тебя хватит, подумала Мишель.

— Понятно. Доктор смелый только на словах, а не на деле.

Нику понадобилось всего несколько, секунд, чтобы сократить расстояние между ними и ответить на вызов Мишель. Не успела она и глазом моргнуть, как он поднял ее, усадил на стол и поцеловал.

Губы Ника были мягкими, но настойчивыми. От него пахло шоколадом и мятой, и этот аромат будоражил чувства Мишель. Его руки скользнули вверх по ее спине, плечам, шее. Отбросив все сомнения, она сняла с его плеч пиджак. Им ничто не могло помешать, разве только природный катаклизм.

Или голос ее сестры:

— Кажется, я чувствую запах кофе.