Закон популярности - Елена Усачева

В нужную ему точку Андрюха ткнул случайно. Это был первый город, который попался ему на глаза. Само слово Махачкала было написано чуть крупнее остальных и подчеркнуто пунктирной линией.

– Так, хорошо… Что еще ты знаешь о Махачкале? – неспешно вела урок Холодильник.

– Ну, там много народа и очень жарко, – смутился Андрюха. Чтобы не встречаться взглядом с учительницей, он опустил глаза и стал машинально просматривать условные обозначения, где среди прочего было написано, что выделенные и подчеркнутые пунктирной линией города имеют население от 100 до 500 тысяч, и наобум брякнул: – А живет там около двухсот пятидесяти тысяч человек.

– Дальше… – вздохнула Кира Валерьевна.

– Дальше все просто. Волга впадает в Каспийское море, и если мы здесь плюнем, то они там выпьют, – не моргнув глазом, отчеканил Васильев.

Класс снова заржал, на что Андрюха только галантно раскланялся и с гордостью огляделся. На него смотрели завистливо-веселые глаза одноклассников. Им всем было слабо так выступить. Они никогда не могли в открытую сказать подобное учителю. Поэтому они им восхищались и даже немного боялись. А значит, не мог он быть в этом классе изолируемым, лажу гнала психологиня. И как только он достанет ключ, сразу же сможет это доказать.

Получив двойку и за самостоятельную, и за ответ, Андрюха вернулся за парту. Теперь ему нужно было смастерить какой-нибудь крючок, чтобы вытащить ключ.

Пока географичка вещала, что Дагестан самая крупная республика Северного Кавказа и что она имеет население более двух миллионов человек…

– Ха, в нашем городе в три раза больше, – хмыкнул необычно сообразительный сегодня Когтев.

– Это потому, что все они сюда приехали, – зло прокомментировала Курбаленко.

Холодильник постучала указкой по столу и продолжила:

– Наиболее крупными реками являются Терек, Сулак и Самур. – Указка ткнулась три раза в карту. – Реки широко используются в народном хозяйстве республики для гидроэнергостроительства, мелиорации и водоснабжения. – Географичка на секунду остановилась. – Все понимают значение этих слов?

– А что такое Сулак? – решил блеснуть остроумием Волков.

– Это то же самое, что кулак, только покрупнее, – очнулся от своей задумчивости Андрюха.

Географичка и эту шутку пропустила мимо ушей.

– Внутренний Дагестан – это цепь высоких, до 2500 метров, продольных скалистых хребтов с платообразными поднятиями. В древности эти земли называли Страной Гор. Столица Дагестана город Махачкала.

– А сколько туда ехать? – оживился Когтев.

– Лучше идти пешком, – хихикнул Волков.

– Махачкала основана в 1844 году как российская крепость. – Лицо Снежной Королевы было монументально. Она даже бровью не повела. – И стала городом в 1857 году. До 1922 г. он носил название Порт-Петровск, в честь Петра Первого.

– Теперь мы его переименуем в Порт-Павловск, в честь Павла Быковского, которому предстоит покорить этот город и его останки положить к ногам прекрасной Валерии Гараевой, – на едином дыхании изрек Васильев.

– Одним из ключевых объектов транспортной инфраструктуры Северного Кавказа является Махачкалинский международный морской торговый порт – единственный незамерзающий порт России на Каспии, – произнесла, как прочитала, Холодильник. – Также Дагестан богат газом и нефтью, но основной отраслью хозяйствования здесь является сельское хозяйство.

– Правильно, – щелкнул пальцами Васильев. – Попав в Махачкалу, Быковский переплывет Каспийское море, отправится дальше на восток, откроет пару пустынь и три океана. Станет великим победителем слонов и умрет на чужбине, под звуки тамтамов.

Он пару раз хлопнул ладонями по столу, что стало последней каплей терпения Киры Валерьевны.

– Васильев! – метнула она в его сторону испепеляющий взгляд. – Дневник на стол, а сам за дверь!

– А как же география района? – поднял на учительницу невинные глаза Васильев. – Я так и не узнаю, что производят в Дагестане? А если мне этот вопрос попадется на экзамене в институте?

– Ты до института не дойдешь, а прямым ходом отправишься в армию, – отрезала Холодильник, показывая рукой на дверь. – Вон!

Класс загудел. Андрюха гордо задрал подбородок к потолку и с достоинством понес свой рюкзак к выходу. Чувствовал он себя невероятно хорошо – класс снова был в его распоряжении.

Теперь для полной очистки совести надо было раздобыть ключ и убедиться, что психологиня соврала.

На четвертом этаже он привычно расположился около батареи и для начала провел исследование – ключ был на месте. Если подсовывать снизу карандаш, то ключ подпрыгивал, слегка позвякивая кольцом, но вниз не падал. Видимо, в секции было какое-то препятствие, не дающее ключу проскочить ниже.

Васильев покопался в рюкзаке. Ничего, что было бы похоже на железку или крючок, там не нашлось.

Учебники, учебники, учебники…

Вот, спрашивается, зачем нужны эти учебники, если от них пользы никакой, только искривление позвоночника и плохое зрение?

Кстати об учебниках! А не пропихнуть ли ему ключ вниз? Сверху карандаш из-за подоконника не пролезал, но ведь можно было что-то подложить.

Очень медленно, как бы еще раздумывая, а стоит ли, Васильев вырвал страницу из учебнике по алгебре, смял ее и запихнул в ребристую секцию. Следующие три страницы тоже пошли из алгебры, но тут Андрюха вспомнил о великом законе справедливости и рванул пару страниц из географии.

А он-то всегда думал, зачем ему приходится таскать весь этот мусор, если даже на контрольных не всегда удается из них списать? А оказывается, вот для чего!

Отомстив географии, Андрюха принялся за русский. С языком у него была вечная неравная борьба – язык побеждал, выше двойки за диктанты Васильев никогда не получал.

Последним пострадавшим оказался учебник по английскому. Но взять оттуда удалось всего одну страницу – совать бумагу больше было некуда.

Андрюха до того увлекся, что немного забыл, зачем он это делает. А когда вспомнил, было уже поздно.

Ключ не выпал, но зато сверху он теперь был прочно законопачен бумажными комками.

– Вот ведь, – прошептал Андрюха, когда до него дошло, что он натворил. Собственными руками навечно запер ключ в батарее.

Васильев ногтем подцепил видневшийся лоскуток страницы и потянул его наверх. Английский милостиво сдался и выбрался наружу.

Андрюха задержал дыхание и пообещал следующий диктант написать на трояк. Небеса обещанию его не поверили, потому что листок из русского вылезать не хотел.

В сердцах Васильев со всей дури долбанул кулаком по батарее, отчего та ответила привычным недовольным гулом.

– Да гори ты синим пламенем! – ругнулся Васильев, дрогнувшей рукой вытирая лоб.