Ранетки - Надежда Зарочинцева

Делай как знаешь. Я устала быть монстром, я просто хочу,чтобы моя семья хорошо жила.

Спасибо, дорогие родители, за завтрак и за доброе утро, —заключила Аня. — Приятного аппетита. — И, взяв с тарелки бутерброд, вышла изкухни.

Возле школы мимо Ани, не здороваясь и наме­ренно не замечаяее, прошли Лужина с Зеленовой, за ними Женя. Аня остановилась у крыльца,раздумывая, не пойти ли домой, пока не поздно.

— Аня! Прокопьева! — Это был историк Рассказов.

Здравствуйте. Вы меня запомнили? У меня память такая — спервого раза человека запоминаю. А ты почему не заходишь?

Не хочу, — грустно ответила Аня, — позитива в школе мало.

А-а-а... — понимающе кивнул Рассказов. — Л ты чай с сахаромпьешь?

Нет. А при чем тут это?

Позитив — тот же сахар в чае. Ладно, наду­маешь — заходи.

Игорь Ильич поднялся по ступенькам и скрыл­ся за дверью. Аняпостояла еще пару минут и, решившись, тоже вошла.

В коридоре, возле директорского кабинета, Савченко разговаривалс мамой Семенова. Сам Семенов с отсутствующим видом стоял рядом.

Только учтите, Лидия Семеновна, это — в последний раз! —грозился Шрек.

Что с ним поделаешь, Николай Павлович, — причитала женщина,— без отца рос. Я, наверное, не смогла его правильно воспитать.

Да вы не вините себя. Смотрите, какая здо­ровенная детинавымахал и уже на шею вам сел. Так, Михаил?

Семенов не слушал, он смотрел в окно: в школь­ном двореназревала драка. Мишаня знал, что без него пацанам не справиться, ему позарезсейчас нужно быть там.

Да, Николай Павлович, я со всем согласен, — торопливо сказалон, не глядя на Шрека.

С чем ты согласен, Миша? — уточнила Ли­дия Семеновна.

Со всем, — с готовностью повторил Миша. — Со всем, чтоНиколай Павлович говорит.

Оставьте его. — Савченко махнул на Мишу рукой. — Видите, унего дела поважнее. Иди, Се­менов!

Мишаня сорвался с места и понесся по коридо­ру, крича находу:

— Пока, мам!

Аня вошла в класс со звонком. Учителя еще не было, но 10 «Б»в полном составе уже сидел за партами и шуршал тетрадями. Аня собралась сдухом, подошла к доске и покашляла, чтобы при­влечь внимание. Рита Лужинапосмотрела на нее.

Ты чего туда смотришь, там разве кто-то есть? — громкоспросила у Риты Зеленова и пер­вая засмеялась над своей шуткой.

Всем доброе утро, — начала Аня. — Я вчера совершила одинпоступок... В общем, хочу у всех за него попросить прощения. Отдельно у Миши иу Полины.

Класс молчал.

— Вот, в принципе, и все. Спасибо за внима­ние, —закончила Аня, подошла к своему месту и трясущимися руками стала разбиратьрюкзак.

Выскочка, нам наплевать на то, что ты там просишь, — подалаголос Полина.

Хорошая попытка, Прокопьева, — вторил ей Семенов, — тольконеудачная. Может, еще разок на бис, а?

Аня готова была провалиться сквозь землю от стыда. Она непонимала, почему у нее такие злые  одноклассники: она ведь попросила прощения,а они...

Перед уроком истории в 10 «А» Лера поманила Наташу изкласса.

— Идем, разговор важный есть!

Девушки зашли в туалет. Глаза у Леры были по прежнемузаплаканные.

В чем проблема? — спросила Наташа.

Я залетела, — обреченно произнесла Лера.

От кого?

От деда твоего, блин. От Егора, конечно! Он у меня первый иединственный.

Что делать-то теперь будешь? — прошептала Наташа. — Аборт?

А что еще? Не папочке же в подоле нести.

А Егору ты не собираешься говорить?

На фига я ему сдалась со своим ребенком? — всхлипнула Лера.— У него своих двое. Я тут нашла в Инете адрес одной клиники. Пойдешь со мной?

Сейчас? — удивилась Наташа.     А чего тянуть-то?

Выйдя из туалета, девчонки наткнулись на Рассказова.

О! — обрадовался Игорь Ильич. — Вы ведь из 10 «А»? Покажите,где ваш класс, а то я пока плохо ориентируюсь.

Вот черт, — тихо сказала Лера, — откуда он взялся?

В кабинете истории Рассказов, оглядев 10 «А», сказал:

Братцы! Такое дело: меня назначили вашим класснымруководителем. Кто-то против?

Я против, — подал голос Платонов. — Мы вас не знаем.

Рассказываю, — начал Игорь Ильич, — ро­дился в 1979 году, вНовосибирске. В 1995 году поступил в МГУ на исторический факультет, потомаспирантура, недавно защитил кандидат­скую. Родители у меня учителя, можносказать, что педагогика в крови.

А дети у вас есть? — спросила Лера.

Пока нет. И девушки тоже нет, но в планах — большая семья.

— Ну так выбирайте из нас! — насмешливо бросилаЛера.

Лера, — обратился к ней Рассказов. — А фа­милия ваша как?

Новикова.

А отчество? - Андреевна.

Значит, отца вашего зовут...

Андрей Васильевич, — оробела девушка. — Л что такого-то?Пошутить нельзя?

А как отчество вашего дедушки?

Не знаю я.

Очень плохо, — покачал головой историк. — Я считаю, чтокаждый должен знать историю сво­ей семьи. Например, мой прапрадед служил прицарском дворе и его очень ценил Николай П. — Рассказов начал чертить на доскесвое генеалоги­ческое древо, мел раскрошился у него в руках. — Товарищи, кто унас сегодня дежурный?

Лера подняла руку.

А, активистка. Поможешь педагогу найти кусочек мела?

Ладно, схожу к завхозу. — Вздохнув, Лера вышла из класса.

Пока Игорь Ильич вещал о своей многочис­ленной семье, Наташапотихоньку взяла Лерин мобильник и переписала номер Егора.

К концу урока на доске красовалась огромная схема сфамильными подробностями рода Рас-с казовых.

Не финты ж себе вы знаете, до прапрапра... — выдала Лена.

Спасибо, лестно, — усмехнулся историк. — И это еще непредел. Значит, домашнее задание вам: к следующему уроку постарайтесь узнатьимена всех родных, где жили, чем занимались. Нарисуйте генеалогическое древо —посмотрим, у кого оно будет самое большое.

В 10 «Б» в это время проходил урок литературы. ЕлизаветаМатвеевна Копейкина читала вслух из «Войны и мира» диалог Анны Павловны Шерер скнязем Василием:

— «Э бьен, мон принс... Же нэ люк не сон плюю кёдезапанж, ке нуз авон ла герр. Же не ву конеплю мон амии, ву не те плю, мойверный раб... ком