Название игры - Любовь - Джули Гаррат

— Нет. Почему я должен быть доволен? И я не успокоюсь, пока ты не помиришься с Воаном, — улыбнулся Рейф. — Но нам пора. Еще раз скажи его имя. Уверен, у тебя во рту горчит от него…

— Да иди ты! Можно подумать, это так важно. Я не умею прощать, и ты это знаешь. Воан сам меня бросил. Он сказал, что не желает видеть меня. А ему было всего девятнадцать. Какому отцу такое понравится?

— Он лишь хотел, чтобы ты дал ему шанс, — вновь посерьезнел Рейф.

— Не дорос еще!..

Оскар бросился прочь от Рейфа.

— Оскар!

— Что тебе? Послушай, Торн, не лезь мне в душу. Но если хочешь составить мне компанию за ланчем, добро пожаловать, буду рад.

— Да ты все равно не позволишь мне есть то, что мне хочется, даже если я встану на колени.

— Конечно, не позволю. Я буду есть яичницу и чипсы, а ты — куриную грудку и пару апельсинов. Ты должен следить за своим весом. Но если собираешься бросить гонки, ешь чипсы.

За ланчем Рейф только и думал о том, как бы снова заговорить о сыне Оскара, но случай не представился, и он огорчился. Ему было отвратительно видеть, как люди напрасно растрачивают свою жизнь, а Воан как раз этим и занимался. Команда Тома Бланшара никогда не достигнет уровня «Оскар-Джейд», и он знал, что Оскар это знает. Воан Херрик тоже это знал, но гордость не позволяла ему признать очевидное.

В конце концов, когда Рейф доедал второй апельсин, Оскар вдруг внимательно посмотрел на него и спросил:

— Как ты думаешь, он хочет вернуться?

— Воан?

— А кто же еще?

Оскар был явно не в своей тарелке. По крайней мере, на еду набросился так, словно не ел несколько дней, но мыслями он был далеко.

— С ним надо осторожно. А ты вечно как слон в посудной лавке.

— Тоже мне примадонна. Это всё Бланшар.

— Том Бланшар не захочет отпустить его. Каждый год, когда он продлевает контракт с Воаном, он делает это в пику тебе. Вы же враги, тебе ли этого не знать?

— Хорошо бы он вернулся. У меня нет ни одного молодого пилота. Но только попробуй сказать кому-нибудь, что я этого хочу. Понял?

Неплохо для начала, подумал Рейф Торн и усмехнулся про себя.

— Я рад, что мы поговорили откровенно. Можешь на меня положиться.

* * *

— Монако! — крикнула Тамсин, размахивая письмом. — Ава! Гляди! Билеты на самолет. Машина до Монте-Карло. Отель…

Она разложила билеты, письмо, конверт на стойке перед Авой, и у той потемнело в глазах.

— Неужели? Как ему удалось? Вот уж не думала, что за такой короткий срок можно что-то сделать…

— Ты могла бы выразить побольше радости. Прочитай письмо. А вот билеты и…

— Ладно. Я поняла. — Ава собрала бумаги и положила их на нижнюю полку. — Там, ты уверена, что стоит ехать? Что нам не помешают наши воспоминания?..

— Не помешают. В Монако все по-другому. Они там гоняют по улицам. Это будет не так, как тогда… когда Джейд… погибла.

— Я знаю, но…

— Пожалуйста, дорогая, не начинай все сначала. Пожалуйста, пожалуйста. Если ты не захочешь смотреть, то сможешь пройтись по магазинам или полюбоваться видами. Вообрази, что ты английская девица восьмидесятых годов прошлого века или…

— Перестань. Дай мне прочитать письмо.

— Он пишет, что не сможет с нами много видеться. — Тамсин помрачнела. — В четверг у них квалификация, в смысле, предварительный заезд, где они решают насчет полупозишен, ну, в каком порядке стартовать.

Ава просмотрела рекламные проспекты и карты, которые Рейф прислал Тамсин, и, несмотря на мучившие ее страхи, вдруг ощутила волнение — первый признак того, что она начинает оживать после пережитой трагедии.

— Все будет чудесно. У меня уже мурашки бегают по коже. — Тамсин не могла устоять на месте. — Неужели тебе совсем-совсем не хочется ехать?

— Наверное, ты права, и нам надо отдохнуть. Мы ведь неплохо поработали.

Ава обвела взглядом комнату и в первый раз откровенно призналась себе, что больше всего на свете ей нравится быть боссом. Что ж, теперь это у нее есть, но в жизни еще много всяких радостей.

— Конечно, надо отдохнуть. Будь моя воля, мы бы отправились на Ривьеру…

Ава прислушалась к ее словам и подумала, что Рейф, в самом деле, только и делает, что старается доставить им удовольствие, а она куксится в ответ, словно ей это неприятно.

Хотя Аве пришлось много поездить, в Монте-Карло она не была: Что ж, будет время и погулять, и посмотреть на тамошние модели. Развеяться не мешает. И она тихо рассмеялась.

— Не забыть бы захватить с собой блокнот. В крайнем случае, буду сидеть на солнышке, и смотреть на людей. Наверняка меня посетит вдохновение.