Соблазн – не обладание - Альмира Рай

— Вот. Сюда сядь.

Подставила ему табурет и заставила усесться.

Затем помыла руки и полезла за аптечкой.

На скуле синяк, бровь и губа разбиты — то еще зрелище. Но это было не так страшно, как порез на боку. Эрика, казалось, ничего не волновало. Он смотрел на меня с кривой ухмылкой.

А когда я села на пол и приняла удобную позу, чтобы обработать его рану, улыбаться перестал.

— Вроде глубокая, — я провела пальцем рядом и поморщилась. — Лучше пойти в больницу и наложить швы.

— Никаких швов, — хрипло отозвался он. — Всего лишь царапина. Просто заклей ее пластырем.

Тяжело вздохнув, я послушалась его. Все равно этот упрямец не позволит ничего сделать.

Эрик потянулся ко мне рукой. Я застыла, когда он сжал мои волосы на затылке и заставил посмотреть на него. В черных глазах не было злости, только неприкрытая страсть.

— А еще лучше, сделай мне минет. Целительный минет полезен для общего восстановления организма и регенерации тканей.

Я зло прищурилась.

— Это не смешно, Эрик, — процедила ему, а затем тише призналась. — Я испугалась, черт побери.

Он медленно расслабил хватку, но руку так и не убрал.

— Они могли изнасиловать меня. Или убить тебя, а потом уже изнасиловать меня.

— Знаю, — равнодушно ответил он и начал поглаживать мои волосы, пропуская их между пальцами. — Но ты все равно поступила глупо. Надо было бежать.

— И бросить тебя? — пораженно пискнула я. — Их было шестеро. У тебя не было шансов.

— Лучше я, чем ты, — произнес Эрик, заставив меня застыть. Странное заявление.

Я нервно хмыкнула.

— Чем? Чем ты лучше меня?

Немного подумав, он неторопливо ответил:

— Ты хорошая. Этому миру нужны хорошие люди. А такие, как я, — нет.

Как же он ошибался. Никогда не встречала никого столь безбашенного, как этот парень. Но спорить с ним не стала.

— Как скажешь. Я не могу судить, потому что совсем тебя не знаю.

— Хм! И что бы ты хотела знать? — с вызовом спросил он.

Я смочила бинт водой и начала оттирать кровь.

— Расскажи о своих родителях. Кто они?

Раз он уже знал о моем отце-алкоголике, мне интересно было услышать его историю.

— Мой отец сутенер, а мама проститутка, — без запинки выдал Эрик.

Я покачала головой, продолжая очищать “царапину”.

— Хватит прикалываться.

— Хотя я не уверен на все сто, что именно он мой отец, — задумчиво произнес Эрик, проигнорировав меня.

Я посмотрела на него и в который раз опешила. Он говорил правду.

— А еще я бедняк. И живу в ржавом трейлере. Что на это скажут твои подружки, когда узнают, с кем ты встречаешься?

Я захохотала слишком громко.

— Мы не встречаемся! С чего ты вообще это взял?

— Потому что ты сохнешь по мне, — произнес он так обыденно, будто говорил понятные всем вещи.

— Что? Нет!

— Да! — заулыбался он и поднял мой подбородок, чтобы снова заглянуть в глаза, которые я почему-то старательно прятала. — Я вижу это в твоем взгляде. Ты без ума от меня.

— Ничего подобного!

— Я заметил, как ты смотрела на мое тело. Признайся, ты бы с радостью облизала мои кубики пресса.

Я задохнулась от возмущения, поднялась на ноги и отскочила от него, как ошпаренная.

— Ты несешь полный бред, Эрик.

— Да брось, — он смерил мое тело тем самым жадным взглядом и, прикусив губу, загадочно улыбнулся. — Я бы с удовольствием облизал твой живот.

Затем он посмотрел мне в глаза и добавил:

— Я бы облизал всю тебя прямо сейчас.

Кажется, я начала гореть изнутри. Это была странная, непонятная мне реакция, учитывая, что я только что пережила. Но ведь и Эрик ненормальный. Даже сейчас, в таком побитом состоянии, он казался мне до жути мужественным и притягательным. Я сжала кулаки, впиваясь ногтями в кожу.

— Нам нужно остыть! — предложила я. — Это все стресс. Ты несешь чепуху. И ты вообще…

Он встал, а я разнервничалась еще больше.

— Ты ненормальный, знаешь? И ты постоянно говоришь мне неприличные вещи.

Эрик все приближался, а я не стала отступать.

— А ты извращенка, — заявил наглец. — Ведь тебе нравится каждое слово.

После чего он нежно взял мою руку и медленно положил на свой живот. Я затаила дыхание и выдохнула, когда ощутила твердость его мышц.

— Ты поможешь мне? Я, конечно, мог бы и сам, но мне нравится, когда ты меня трогаешь.

Я сглотнула, избегая смотреть ему в глаза, и коротко кивнула.

Он вернулся на табурет, и я продолжила очищать засохшую кровь с его лица. Но ее все еще было слишком много на теле.

— Не хочешь принять душ? — спросила я, уже заранее зная ответ.

— С тобой?

— Прекрати, Эрик!

— Тогда нет.

На мой немой вопрос он пояснил:

— Не хочу оставлять тебя наедине со своими мыслями.

— Эрик, я… Хочу тебя поблагодарить. Если бы не ты…

— О, нет-нет-нет! — простонал он, заставляя меня сесть ему на колени. Я даже не думала сопротивляться, рядом с ним было тепло и спокойно. — Только не вздумай реветь. Я понятия не имею, что делать с плачущими девчонками. Но ты можешь отблагодарить натурой.

Я попыталась встать, но он не дал, и тогда я стукнула его по плечу ладонью.

— А со злыми, значит, знаешь, что делать? — догадалась я.

Ответом послужила его самодовольная улыбка. Я хмыкнула и покачала головой. Теперь мы были слишком близко друг к другу, и его глаза опять затягивали меня в свой омут. Он начал медленно склоняться, давая мне возможность отступить, если захочу. Но я не хотела.

— У тебя губа разбита, — как бы невзначай подметила я.

— Мне необходим хотя бы целительный поцелуй.

Я улыбнулась и почти у самых его губ прошептала:

— Это в счет благодарности за спасение.

— Угу!

По тону я поняла, что Эрик не был со мной согласен, но какая, к черту, разница, когда тебя целует самый порочный соблазнитель на свете?

Я не знала, как ему удавалось заставить меня чувствовать то, чего я никогда не ощущала с другими. Наверное, это пресловутая «химия». В одном я была точно уверена — с каждым разом становилось все лучше. Если бы Эрик не придерживал меня за талию, я бы точно свалилась. Хотя, с другой стороны, где-то глубоко в душе я сожалела, что в этот момент его руки не были столь нахальны, как обычно.