Отпусти мои крылья - Ева Мелоди

С Ликой мы встретились на следующий день в центре города, в кафе. Она налетела как ураган, хотя сильно изменилась, повзрослела. Это был уже далеко не безбашенный подросток, а молодая красивая женщина. Внешне. Характер похоже остался прежним, чему я не могла не улыбнуться.

— Как же я рада тебя видеть, Василин! Не представляешь, извелась вся! Ну, рассказывай. Учти, у меня всего месяц остался, потом возвращаюсь в Англию. Жених там у меня. Но должны до моего приезда успеть!

— Что успеть, прости? — недоумеваю в ответ.

— Как это что! Свадьбу!

— Какую?

— Да вашу же, с Артуром. Ну ты прям как маленькая!

— Я… даже не знаю что сказать. Ты меня буквально ошарашила.

— Да, прости, — смеется Лика. — Мне всегда говорят, что я торнадо. — Пойдем хоть за столик сядем. И все спокойно обсудим.

Какое уж тут спокойно — мой пульс зашкаливал. Может покажусь со стороны наивной дурой, но за несколько дней, проведенных с Артуром, у меня ни разу не возникло мысли о свадьбе. Просто потому что голова другим была занята. Мужчиной рядом со мной. Его нежностью. Нашей общей страстью. Безумием близости, закружившим нас. Свадьба — казалась таким приземленным словом, настолько далеким от единения души и тела, которое мы наконец познали.

— Я серьезно, Василин, — продолжает гнуть свое Лика, когда официант уходит с нашим заказом. — Очень хочу принять участие. Так совпало — одуреть. У вас свадьба, и у меня…

— Дорогая, мы ничего даже не планировали! — перебиваю неуемную Бурмистрову. — Всего пара дней как вместе. Лучше мы на твою свадьбу прилетим…

— Чушь, я знаю, Артур на этот раз медлить не будет и все уже решил. Слышала как он с родителями разговаривал.

— А они что? — спрашиваю с замиранием сердца.

— Да ничего, рады очень. И Таисия.

— Мы… все очень сложно, понимаешь, — невольно понижаю голос. Как же трудно говорить на эту тему. Но больше не позволю себе прятать голову в песок. — Мы поссорились с Таей… Я вообще не представляю как быть… с нами, с семьей вашей…

— Ой, ну перестань, Васюш. Ты правда думаешь, что тебя прям ненавидят Бурмистровы? Я все знаю, можешь не краснеть и не опускать глаза. Никто из нас не без греха. И поверь, у некоторых покруче тайны прошлого есть. А ты… ничего страшного не совершила. Хотя Артура было страшно жаль. Но мне, если честно, вас обоих жаль было, я ведь видела как ты в него влюблена… И столько наворотили глупостей, столько лет друг дружку мучили. Не только сами… другие помогли… Эх.

— Спасибо, — выпаливаю от всей души. Как же приятно когда тебя понимают, не судят, не обвиняют.

— Я знаешь ли тоже не ангелок. Покуролесила, намучились родоки со мной. Чего только не перепробовали. Но повзрослела, как видишь. А уж когда влюбилась… Странно, но именно от этого у меня на место мозги встали.

— Кто твой избранник? Иностранец?

— Не-а. Русский. Учились вместе, сначала сдружились, и тоже весьма долго к пониманию что любим шли. Крови я ему порядочно попортила. А он — такой спокойный, сдержанный… Мы как вода и огонь. Ничего общего. Но он меня успокаивает, приземляет. И мне это нравится.

— Он сейчас с тобой?

— Увы. У него работа. И к свадьбе подготовка на нем. Сказал что не доверяет моей креативности, — заливисто смеется Лика. — Родители у него тоже в Лондоне, вот и взяли полностью на себя все хлопоты.

— Как чудесно.

— Обязательно приезжайте на свадьбу.

— Я… если Артур возьмет…

— Ну конечно возьмет, глупая. Вот, смотри, фотка моего суженного.

— Симпатичный, на Якоба похож немного, — вырывается у меня, и осекаюсь, закусываю губу. Так стыдно… Зачем вспомнила? Неужели тень Штаховского так и будет преследовать меня.

— Чего ты побледнела-то так, Василин? — хмыкает Анжелика. — Господи, ну было у тебя с Якобом раз, подумаешь. Фигня полная. А вы с Артуром прям трагедь устроили. В Европе это вообще втроем могло быть и ничего. А вы — ну средневековье. Нельзя так.

— Никогда себе не прощу.

— Не говори так. Артур простил. Пережил. Правда дружбе конец… Это конечно плохо, — вздыхает Лика. — Мой брат тоже бешеный. Якобу досталось. В больницу попал. Потом финансово пострадал сильно. Это бесит. Две ненормальных кобелины.

— Господи, это ужасно! — восклицаю. — Артур правда разорил Якоба?

— Практически да. Но они соперничали честно. Без подстав, без запрещенных приемов. Якоб отбивался, поверь, тоже яростно. Обоим было непросто. Переманивали клиентов, подсылали лазутчиков, разваливали структуры изнутри. Короче, заигрались в войнушку. Придурки. Но нас, девочек, это не касается.

— А ты? Испытываешь еще что-то к Штаховскому? — спрашиваю не в силах удержаться.

— Нет, — смеется Лика. — Это было детское увлечение. И он правда классный. Странный, своеобразный, но невозможно притягательный.

Ужин у Бурмистровых все-таки состоялся, я не смогла отказаться, хотя страшно было до жути. Встретиться лицом к лицу с родителями Артура, с Таисией для меня означало взглянуть в лицо своему позору. Но Принц крепко держал меня за руку, так что было почти не страшно, поначалу я боялась что вообще на ногах не устою. На что Артур сказал, что тогда на руки возьмет.

В квартире Бурмистровых мы появились ровно в назначенные семь вечера и нас приняли очень радушно. Мама Артура крепко обняла меня, расцеловала в обе щеки и громко заявила:

— Добро пожаловать в семью.

Мы пришли все — Анна Григорьевна, папа с Настасьей Михайловной, Лиса и Ромка. Жених бабушки остался дома — желудок прихватило. Но я думаю, это был предлог — Анна Григорьевна оставила итальянца охранять жилище.

Все происходило настолько стремительно, что после встречи с Ликой я так и не успела поговорить с Артуром о словах его сестры. Они не выходили у меня из головы. Анжелика планирует нашу свадьбу. А мне Артур ни словечка… Я надеялась всей душой что этот вечер не закончится предложением руки и сердца — мне этого просто не выдержать. Все было слишком хрупким, слишком личным.

Подошедшая Таисия крепко обняла меня, и сразу стало легче. Но я все равно чувствовала — нам нужно поговорить. После ужина все разбрелись по комнатам. Анна Григорьевна болтала с отцом Артура, а сам Принц увлеченно что-то с Ромкой обсуждал. Таисия подошла ко мне и сама начала нелегкую тему:

— Извини пожалуйста за тот телефонный разговор. Лика сказала ты до сих пор переживаешь. Я на эмоциях была. Артур избитый, с Якобом подрался. Понимала умом, что ни при чем ты…

— Как же ни при чем. Виновата. Ты все правильно сказала.

— Я должна была быть мягче. Знала ведь, какая ты хрупкая. Сразу в самокопания ударишься.

Не слишком лестная оценка, но Таисия всегда говорила прямо, не юлила. И я киваю.